Мастер расплаты
Шрифт:
Мне не стоило ничего говорить.
С каждой минутой кажется, что стены сжимаются вокруг меня.
Напряжение нарастает, и одна за другой начинают всплывать травматичные воспоминания.
Все те моменты, когда мать била меня.
Бесчисленные дни, когда меня запирали в комнате.
Бесконечный голод.
День, когда отец сбросил меня с балкона. Он пытался убить меня только один раз, потому что вскоре после этого привёл домой Стефано и объявил о нашей помолвке.
Мои руки опускаются, и я смотрю в пустоту, пока воспоминания сменяют друг друга в моём сознании.
К тому времени, когда дверь моей спальни с грохотом распахивается, я уже вся дрожу, а дыхание рвётся из груди быстрыми, неровными рывками.
Что не убивает, делает меня сильнее.
Я ожидаю, что Дамиано вытащит пистолет и застрелит меня, но вместо этого он стремительно идёт ко мне.
Несмотря на то что я напугана до чёртиков, я не двигаюсь с места.
Когда его пальцы снова сжимаются на моём горле и он прижимает меня к стене, из меня вырывается тихий писк. Я хватаюсь за его запястье левой рукой, а правой с силой ударяю по его слишком твёрдой груди.
На мгновение его глаза буквально прожигают меня.
Как ни странно, я замечаю, что его хватка на моём горле не такая сильная, как прежде.
Его ярость накрывает меня, словно волна, давящая со всех сторон, и я с трудом глотаю, когда мне становится почти невыносимо удерживать его взгляд.
Его голос звучит как низкий раскат грома, когда он рычит:
– Никогда больше не говори ничего подобного в присутствии моей матери.
И снова я оказываюсь слишком смелой для своего же блага, когда отвечаю:
– Я не буду лгать ради кого бы то ни было, в том числе ради тебя.
Его челюсть сжимается так сильно, что мышца у виска начинает подёргиваться, и я почти слышу, как его зубы скрежещут друг о друга.
Он ещё не убил тебя. Не доводи его.
Годы борьбы за саму себя приучили меня отстаивать свою правду, и я чувствую, как что-то внутри меня рушится, когда я тихо шепчу:
– Я сожалею, что расстроила твою мать.
Его хватка на моём горле ослабевает, и я удивляюсь, когда его взгляд опускается на оставленные им синяки.
Его большой палец слегка касается моей кожи, и из моего рта вырывается удивлённый вздох.
Ни один мужчина никогда не касался меня с такой нежностью.
Мой живот начинает крутить от нервов, но не от страха, а от странного чувства ожидания. В воздухе витает аромат его одеколона, смешанный с чем-то по-настоящему мужским.
Я вспоминаю, как нежно Дамиано говорил с матерью, как он относится к ней, словно она для него самое дорогое.
Каково было бы находиться под защитой такого могущественного мужчины?
Никто не смог бы меня обидеть.
Его взгляд падает на мою руку, всё ещё сжимающую его запястье, и я тут же его отпускаю. Мои руки опускаются, и, радуясь тому, что сзади меня поддерживает стена, я переношу вес на неё.
Dio, похоже, что книги о любви и "Бриджертоны" начали на меня влиять. Дамиано Фалько не тот человек, о котором стоит фантазировать.
Он делает шаг назад, и я не могу оторвать взгляда от его мускулистого тела.
Когда я читала сцену из одной книги, у меня появилось странное ощущение в животе, а теперь, глядя на Дамиано, оно возвращается, но в тысячу раз сильнее.
Он слегка наклоняет голову, его глаза сужаются, внимательно изучая меня.
Чёрт.
Я опускаю голову, пытаясь справиться с нарастающим влечением, и глубоко вдыхаю, чтобы вернуть себе самообладание. Когда я уверена, что моё лицо не выдаёт эмоций, я поднимаю голову и вновь встречаюсь с его взглядом.
Его глаза всё ещё сузились, и он требует:
– Скажи, о чём ты думала, прежде чем опустила голову.
Он не заметил это на моём лице?
Когда я не отвечаю достаточно быстро, его выражение лица начинает темнеть.
Неспособная солгать, мои щеки вспыхивают, и я сгораю от смущения, признавая:
– Я просто заметила, какой ты привлекательный.
На его лице на мгновение мелькает удивление, но оно так же быстро исчезает.
Отвернувшись от меня, он оглядывается по комнате. Его взгляд останавливается на моём туалетном столике, заваленном косметическими средствами.
Не говоря ни слова, он направляется к двери, но затем мой телефон начинает вибрировать, загораясь уведомлениями с моих страниц в соцсетях.
Он замирает, и моё сердце замирает, когда он поднимает устройство с края моей кровати.
Он разблокирует экран и, глядя на него, бормочет:
– Без пароля?
– Нет.
Набравшись смелости, я подхожу ближе, чтобы увидеть, что он делает с моим телефоном.
Дамиано проверяет список контактов и журнал звонков, затем заходит в мой аккаунт TikTok.
Я слишком напряжена, чтобы разозлиться на него за вторжение в мою личную жизнь.
Когда на экране начинает воспроизводиться моё последнее видео, он говорит:
– Ты не звонила своей семье.
– Нет.
Он смотрит на видео несколько секунд, а затем протягивает мне устройство.
Когда я беру его у него из рук, то тут же прижимаю к груди.
Конец ознакомительного фрагмента.