Чтение онлайн

Свет, движущиеся, борющиеся фигуры. Затем темнота.
– О, сталь!

Такая боль, словно вошли лезвия! У меня много ртов, и все они блюют кровью!

Тишина.

Затем аплодисменты.

4

...Плоское, прямое, унылое. Это Уинчестерский кафедральный собор, как говорит путеводитель. "Своими колоннами от пола до потолка, так похожими на древесные стволы, он добивается жесткого контроля над пространством. Потолок плоский; каждый пролет между колоннами сам собой являет уверенность и стабильность. Собор как бы отражает дух Вильгельма Завоевателя. Презрение к сложности и страстная преданность другому миру делает собор соответствующей обстановкой для некоторых легенд Мэлори..."

– Обратите внимание на украшенные зубцами капители, - сказал экскурсовод.
– Своей примитивной вырезкой они предваряют то, что позднее станет общим мотивом...

– Фу!
– сказал Рендер, но тихо, потому что находился в храме с группой.

– Ш-ш-ш!
– сказала Джил Де Вилл (Фотлок - ее настоящая последняя фамилия).

Но Рендер был так же поражен, как и утомлен. Хоть он и снимал шляпу перед хобби Джил, но оно так действовало на его рефлексы, что он предпочел бы сидеть под восточным приспособлением, капающим воду на голову, чем ходить по аркадам и галереям, переходам и туннелям и, задыхаясь, подниматься по высоким трясущимся лестницам башен.

Так что он водил глазами по всему, сжигал все, закрывал глаза и строил все заново из дымящегося пепла памяти, чтобы позднее изобразить в видении пациентки, которая может увидеть все это только таким способом. Этот собор был ему менее неприятен, чем другие здания. Да, он должен привести его ей.

Камера в его мозгу фотографировала все окружающее, пока Рендер шел с другими, перекинув плащ через руку, а его пальцы нервно тянулись за сигаретами. Он удерживался от открытого игнорирования гида, понимая, что это было бы надиром всех форм человеческого протеста. Так что он шел по Уинчестеру и думал о двух последних сеансах с Эйлин Шалотт.

Он снова бродил с ней.

"...ГДЕ ПАНТЕРА ХОДИТ ТУДА-СЮДА ПО ВЕТКЕ ДЕРЕВА..."

Они бродили.

"ГДЕ ОЛЕНЬ ЯРОСТНО ПОВОРАЧИВАЕТСЯ К ОХОТНИКУ..."

Они остановились, когда она подняла руки к вискам, раздвинула пальцы и искоса взглянула на него; губы ее разжались, как если бы она хотела спросить.

– Олени, - сказал он.

Она кивнула, и олень подошел. Она ощупала его рога, уши, похлопала по морде.

– Да, - сказала она.

Олень повернулся и пошел прочь, а пантера прыгнула на спину и вцепилась в его шею.

Эйлин видела, как олень дважды ударил кошку рогами, а затем умер.

"...ГДЕ ГРЕМУЧАЯ ЗМЕЯ ГРЕЕТСЯ НА СОЛНЦЕ, РАСТЯНУВШИСЬ НА КАМНЕ..."

Эйлин смотрела, как змея свивалась и ударяла. Затем она ощупала погремушки змеи и повернулась к Рендеру.

– Зачем ЭТИ вещи?

– Вы должны знать не только идиллию, - сказал он и указал

"...ГДЕ АЛЛИГАТОР СПИТ РЯДОМ С ОЗАБОЧЕННЫМ ЗАЛИВОМ..."

Она коснулась плоской кожи. Животное зевнуло. Она изучила его зубы, строение челюстей.

Вокруг них жужжали насекомые. Москит сел на ее руку и ужалил. Она хлопнула по нему и засмеялась.

– Я продвигаюсь?
– спросила она.

Он улыбнулся и кивнул.

– Вы хорошо держитесь.

Он хлопнул в ладоши, и лес и болото исчезли.

Они стояли босиком на зыбком песке; солнце и его отражение светили им с поверхности воды над их головами. Стайка ярких рыб проплыла между ними, морские водоросли мчались взад и вперед, полируя течение.

Их волосы поднялись и тоже колыхались как водоросли, и одежда шевелилась. Следы морских раковин разных форм и цветов лежали перед ними, вели мимо коралловых стен, по обкатанным морем камням, и открывались беззубые, безъязыкие рты гигантских моллюсков.

Она остановилась и поискала что-то между раковин. Когда она выпрямилась, в ее руках была громадная, тонкая как яичная скорлупа трубка; на одном конце ее был завиток, он шел к углублению, похожему на гигантский отпечаток большого пальца, и винтом отходил обратно, чтобы соединиться с другим концом через лабиринты тонких, как спагетти, трубочек.

– Это, - сказала она, - раковина Дедала.

– Какая раковина Дедала?

– Разве вы не знаете легенду, милорд, как величайший из ремесленников, Дедал, скрывался однажды и был найден королем Миносом?

– Что-то смутно вспоминаю...

– Минос искал Дедала по всему древнему свету, но бесполезно, потому что Дедал своим искусством мог изменять себя почти как Протей. Но в конце концов советник короля придумал, как обнаружить Дедала.

– И как же?

– Посредством раковины, вот этой самой.

Рендер взял ее творение в руки и осмотрел.

– Король послал ее по разным городам, - продолжала она, - и предложил большую награду тому, кто протянет нитку через все комнаты и коридоры этой раковины.

– Кажется, вспоминаю...

– Вспоминаете, КАК это было сделано, или зачем? Минос знал, что только один человек может найти способ сделать это: искуснейший из ремесленников, и знал также, что гордость Дедала заставит его пытаться сделать невозможное и доказать, что он может сделать то, чего не может никто.

– Да, - сказал Рендер, - он ввел шелковую нитку в один конец и ждал, когда она появится из другого. Крошечная петля, затянутая вокруг тела ползающего насекомого. Он заставил насекомое войти в один конец, зная, что оно привыкло к темным лабиринтам, и что сила этого насекомого далеко превосходит его размеры.

– ...И он завязал раковину и получил награду, и был пленен королем.

– Пусть это будет уроком всем Творцам: творить надо мудро, но не слишком хорошо.

Она засмеялась.

– Но он, конечно, потом убежал.

– Ясное дело.

Они поднялись по коралловой лестнице. Рендер вытащил нитку, поднес раковину к губам, и дунул. Под морем прозвучала одна нота.

"ГДЕ ВЫДРА ПИТАЕТСЯ РЫБОЙ..."

Гибкий, торпедообразный пловец вторгся в косяк рыбы и стал жадно глотать. Они ждали, пока выдра закончила еду и вернулась на поверхность, а затем продолжали подниматься по витой лестнице.

Сначала их головы поднялись над водой, потом плечи, руки, и вот они встали, сухие и теплые, на узком берегу. Они вошли в рощу неподалеку и пошли вдоль ручья.

"ГДЕ ЧЕРНЫЙ МЕДВЕДЬ ИЩЕТ КОРНИ И МЕД, ГДЕ БОБР ШЛЕПАЕТ ПО ГРЯЗИ ВЕСЛОПОДОБНЫМ ХВОСТОМ..."

– Посмотрите на бобра и медведя. Пчелы отчаянно жужжали вокруг черного мародера, грязь плескалась под ударами хвоста грызуна.

– Бобр и медведь, - сказала она.
– Куда мы теперь пойдем?

– "МИМО САХАРНОГО ТРОСТНИКА, МИМО ЖЕЛТЫХ ЦВЕТОВ ХЛОПЧАТНИКА, МИМО РИСА НА НИЗКОМ ВЛАЖНОМ ПОЛЕ", - ответил он и зашагал дальше.
– Смотрите на растения, на их форму и цвет.