Чтение онлайн

Второй камень, третий. И ноль реакции — тварь даже не повернула голову. Ладно, теперь попробуем чуть иначе.

Я осторожно сместился и оказался чуть за Грэмом. Пока он нанес два успешных тычка в нос и попытался задеть глаза, я размахнулся, сосредоточился и направил живу в плечо, потом в запястье, и потом в пальцы.

Бросок!

Делал то же самое, что и с кинжалами — усилил в момент броска.

Один…

Потом сразу последовал второй, еще когда первый не долетел, наконец-то третий.

Бам! Бам! Бам!

Один за другим, камни попали как в шею, так и в морду твари. И это заставило ее недовольно зашипеть и чуть повернуть голову. Усиленный удар она ощутила.

И Грэм не упустил момент. Три кинжала взметнулись в воздух — первый отскочил от чешуи, второй скользнул по костяному наросту, но третий вошел в глаз.

Неглубоко, — ящер дернул головой и лезвие вылетело, — но этого хватило. Тварь взревела, и в ту же секунду топор Грэма обрушился на её морду. Точно туда, где у неё были ноздри. Мощный прицельный удар — и тёмная, почти чёрная кровь брызнула в стороны.

Ящер был ослеплен на один глаз и ревел от боли.

КАМЕНЬ. ОБВЕЙ.

Команда была душильнику. Просто взять и бросить его в ящера я не мог — он просто не долетит, слишком легкий. А вот обмотавшись о камень — легко. Мутант послушался, обхватив увесистый булыжник своими отростками и теперь у меня в руке было что-то вроде живой пращи.

Я размахнулся и швырнул, добавив усиление в последний момент, чтобы точно долетело. А за мгновение до того, как камень врезался в морду твари, я послал приказ.

ОТПУСТИ. ОБВЕЙСЯ.

Душильник выпустил камень и тут же ухватился всеми своими щупальцами за тварь. Он обвивался всеми своими отростками, одна часть которых соскальзывала, но другая крепко хваталась за морду. Тварь замотала головой, пытаясь сбросить непонятную дрянь, но душильник был как осьминог: чтобы оторвать его, мало просто мотать головой из стороны в сторону.

Моментом снова воспользовался Грэм и почти вплотную метнул кинжал. Это было непросто из-за подвижности головы твари, но он попал. И в этот раз кинжал вошел глубоко.

— ИИИИИИ!

Тварь завизжала так громко, что у меня от ее рева заложило уши.

Грэм отскочил, потому что она резко рванула вперед. В тот же миг Виа улучила момент, прыгнула на костяную спину твари и поползла к её шее.

ВПЕРЕД.

Её шипы скребли по чешуе, не в силах пробить, но это было и не нужно. Главное — она могла крепко цепляться.

Шея. Обвей. Дави.

Через пару секунд лиана добралась таки до шеи. Я знал, что она не пробьёт эту плотную как броня кожу, но душить… душить она умела. Уж кому как не мне знать. Да и ее умение высасывать жизненные соки возможно сработает.

Лиана обхватила горло ящера и начала сжимать.

Сначала ящер ничего не почувствовал. Просто чуть активнее начал мотать головой и хватать пастью отростки душильника, который по моей команде пытался залезть в раненый глаз, вот только у него, в отличие от Виа, шипов не было.

Зато я чувствовал каждый откушенный отросток. По мне пробегала каждый раз судорога неожиданной боли, от которой я вздрагивал и застывал на месте.

Это было действительно больно — чувствовать как твоих симбионтов разрывают на части. Благо душильник хоть и потерял шесть отростков, — ящер откусил их, и отшвырнул в стороны, — но всё равно держался. Его так просто было не убить.

Куски лозы летели во все стороны, и каждый такой «укус» продолжал отзываться во мне острой болью.

А я продолжал швырять камни, усиленные броски шли один за другим. Отвлекал, не давая сосредоточиться, но понимал — скоро будет откат. Однако это было всё, чем я мог помочь Грэму. В ближнем бою меня хватит на один удар.

Грэм же бил топором снова и снова в одно и то же место на морде. Я видел как чешуя там уже треснула, и как проступает темная плоть.

Ящер замедлялся.

Виа душила его и твари не хватало воздуха. Это стало заметно по замедлившимся движениям и по тому как она стала неровно дышать. Но и сама лиана была на пределе сил, потому что не могла своими шипами проткнуть эту плотную как броня кожу и начать высасывать жизненные соки.

Ящер начал хватать воздух и уже не мог кусать душильник, который уже окончательно закрыл ему обзор.

Всё это вместе, как и удары Грэма, замедляло и истощало тварь, но не убивало. Как только Виа выдохнется, как и душильник, которого быстро покидали силы, тварь останется только с раной от топора и одним глазом. Этого на нас двоих хватит.

Так думал я.

У Грэма было свое мнение на этот счет.

Я видел, как он сделал два шага назад и, выбросив топор в сторону, схватил по кинжалу в одну и во вторую руки.

В очередной раз, когда ящер попытался лихорадочно втянуть в себя побольше воздуха и раскрыл пасть особенно широко, старик метнул кинжал.

Обе его руки вспыхнули от использования живы. Два кинжала, один за другим, почти слившись в одну сверкающую линию, влетели в разинутую пасть твари. Челюсти захлопнулись в тот же миг.

Несколько секунд ничего не происходило. Ящер просто застыл на месте, судорожно пытаясь вдохнуть воздух. Я видел как он хочет закричать, и не может. Не знаю, как далеко прошли кинжалы Грэма, но «пустяковым» подобное ранение было не назвать. Вопрос только в том, хватит ли двух кинжалов на этого ящера?

Тварь резко упала на бок и начала кататься по земле, корчась в агонии. Старик быстро подхватил топор двумя руками и рванул к ней.

— Отзывай! — крикнул Грэм.

Я дернул душильника — вернее то, что от него осталось. Изодранный, потрепанный, он всё же послушался и отцепился от морды ящера. Виа продолжала душить, чувствуя что враг ослаб.

А Грэм обрушил на тварь град ударов.

Топор взлетал и падал снова и снова по морде, по черепу и по тому месту, где уже была пробита чешуя. Ящер дергался, но уже слабо. Виа продолжала душить, не ослабляя хватки.

Наконец Грэм нашёл особо удачную позицию и несколько раз вогнал топор прямо в пасть твари. Раздался сначала хруст ломающихся зубов, а затем и треск пробитого черепа. Кажется для этого удара Грэму пришлось снова использовать Усиление.

Ящер дернулся в последний раз и затих. Виа наконец-то отпустила тварь.

Воцарилась тишина, которую нарушало только тяжелое дыхание. Мое и Грэма. Мои ноги подкосились от отката и я чуть не свалился на месте, чудом удержавшись. Да уж, ненадолго меня хватило. Десяток брошенных под усилением камней — и я ощущаю последствия. Еще и душильник, раны которого болят прямо сейчас и эта боль передается мне.