Чтение онлайн

— И что ты отвечала?

— Я отвечала, что в том повинны европейские мужчины.

— А я-то думала, что ты сама, ну… доказывала обратное этим нахальным китайцам.

— Моё обучение и моё искусство как тогда, так и теперь предписывает мне целомудрие.

— То есть никакой любви и никакого секса? Даже сейчас?!

— Да, — спокойно ответила я. — Потому что я такой мастер. Особый. Не смотри на меня с такой жалостью. Секса мне с избытком хватало в прошлой американской жизни, а любовь… Любовью можно и пренебречь. Особенно тогда, когда есть дело, подходящее и для души и для кошелька.

— Ой, кстати, — смутилась Соня. — Твоя работа наверняка дорого стоит… Сколько я должна буду тебе заплатить?

— Соня, давай договоримся, что ты заплатишь мне потом — когда в твоей жизни наступят позитивные перемены. Вот тогда не забудь мастера фэн-шуй, который помог тебе, ладно?

— Да. А ты считаешь, что перемены наступят?

— Уверена. Что ж, начнём. Ты родилась в год Крысы, твоя доминирующая стихия — вода. Вода — хитрая стихия: она и настойчива и уклончива, течёт в любое русло, но сметает на пути преграды, если они появятся. Вода приносит мудрость, богатство и стремление к путешествиям.

— А, так вот почему я в «челноки» подалась, — усмехнулась Соня.

— Отчасти поэтому. А ещё потому, что твоё число на шкале моего компаса «семёрка».

— «Тройка, семёрка, туз». Прямо сплошная «Пиковая дама». Извини. И что это значит?

— Гибкость и нервозность, неумение сидеть на одном месте, стремление к новому, неведомому… Ты так называемый «человек запада», но это не касается характера или устремлений. Просто наиболее благоприятные для тебя стороны света — это запад, северо-запад и центр.

— Зачем мне это? — удивилась Соня.

— Это важно. Запомни, и когда будешь покупать себе квартиру или, допустим, строить дом, вот и покупай на западе или в центре. Предварительно сверившись с показаниями обычного школьного компаса — знаешь, такие продаются в магазинах школьных принадлежностей…

— Спасибо тебе большое, — горько сказала Соня. — Ты знаешь, как я живу в Туле? То на квартирах перебиваюсь, то у родственников ночую… И трясусь, чтоб, не дай бог, регистрацию не проверили… А ты говоришь: куплю квартиру, дом построю…

— И купишь, и построишь, — самоуверенно сказала я. — Если будешь в это верить и приложишь определённые усилия. Совершишь, так сказать, ритуал привлечения удачи. Тебе покровительствует стихия Воды, так вот и позволь ей действовать вокруг тебя — там, где будешь жить, вешай больше зеркал, ставь стеклянные вазы синего или чёрного цвета, заведи аквариум с рыбками… Но покровительства одной воды тебе мало, — решительно сказала я. — Вода относится к инь, тогда как все активное, настроенное на бизнес и карьеру, относится к ян. Как тебе добавить силы ян? Я вот здесь, на листочке, набросаю тебе базовые рекомендации, постарайся их усвоить. Да, и вот ещё что. Вода — не единственная стихия в мире. Она, по учению фэн-шуй, взаимодействует ещё с четырьмя стихиями, это Огонь, Земля, Дерево и Металл. Я схематично нарисую тебе циклы порождения и разрушения этих стихий, и когда ты в них разберёшься, то поймёшь, с людьми и вещами какой стихии тебе следует общаться как можно теснее, а каких следует избегать, потому что иначе они буквально превратят тебя в пар.

Соня смотрела на меня глазами человека, которому открылась истина, но он этой истины испугался до чрезвычайности и теперь не знает: в каком бы направлении от этой самой истины скрыться… Но я уже вошла в профессиональный раж. Я наговорила Соне столько всяческих «фэн-шуйских» полезностей, что ей по выходе из моего офиса оставалось лишь одно — немедленно стать счастливой.

Но на самом деле… Нет, не поймите меня превратно: я не лгала Соне, когда раскладывала по полочкам её гороскоп, её отношения со стихиями и благоприятными сторонами света: всю ту азбуку, с которой начинается мастерство ветров и вод. Я действительно хотела ей помочь. Вот только, прочитав её «анкету», я совершенно не была уверена в том, что моя помощь сработает.

И не надейтесь, что я сообщу вам, что же такого крамольного и устрашающего сообщила о себе Соня в анкете (анкете, на самом деле являющейся полуастрологическим-полугеомантическим тестом, но это для посвящённых). Меня больше приводили в трепет собственные ощущения, все сильнее возникающие в процессе общения с Соней.

Я — компас.

Я всегда указываю на север.

Я смотрю на Белого Тигра, повелителя Смерти.

А он смотрит на меня — глазами, жестокими, как льдистые сапфиры, — и говорит: «Тебе не изменить её судьбы».

Но я — компас. Я для того и живу, чтобы менять и меняться. Я умею находить верное направление жизни.

Зря меня, что ли, учитель Ван То лупил бамбуковой палкой?!

— Соня, ты все запомнила? — на всякий случай переспросила я, хотя знала наверняка: в голове у моей бывшей однокурсницы сейчас царит непромешанная каша. Ничего. С полным блокнотом записей, с теми внушениями, которые я сделала ей особым голосом и особыми словами, она, полагаю, исполнит все, что нужно…

Нужно для её же счастья.

Потом мы просто пили чай. В Китае питью чая можно посвятить целый день, но мы с Соней ещё не настолько прониклись этим духом…

Собственно говоря, проникнуться нам и не дали. Нашу идиллию нарушила Кэтнян, ворвавшись в приёмную в таком виде, что даже я слегка занервничала. Нет, ничего ужасного, просто дочь напялила на себя здоровенную пёструю и бахромчатую башку льва с отвисающей челюстью и теперь с помощью этой башки из папье-маше пыталась изобразить несколько па из народного танца Льва и Дракона.

— Катерина! — сказала я по-русски, и такое обращение уже свидетельствовало о том, что я недовольна поведением моей прелестной девочки. — Немедленно сними этот кошмар, иначе ты отправишь меня к Жёлтым истокам [3] раньше, чем я туда собираюсь! Я кому сказала! Постеснялась хотя бы гостьи!

Кэтнян, умничка, поняла, что в данный момент я настроена неблагосклонно к её шалостям, а потому с сожалением стащила с себя роскошную львиную башку. На ковёр посыпались мишура и пайетки, но это чепуха. Главное, я узрела свою дочь — вполне здоровую, счастливую и немного чумазую от краски, которой был выкрашен лев.

— Поздоровайся с гостьей, а потом иди умываться, — продолжала я говорить по-русски.

— Мам, ну что ты злишься? — ответила Кэтнян на китайском. — Эту голову мне купила тётя Синлинь и сказала, что я буду танцевать на новогоднем празднике.

— Замечательно, — я упрямо говорила по-русски. — Повторяю: поздоровайся с гостьей. Только на русском языке, потому что гостья не говорит по-китайски.

Моя Катерина вспыхнула — она терпеть не могла, когда я выставляла её в невыгодном свете. Поэтому она сунула голову льва в угол и с нарочито почтительным поклоном сказала: