Чтение онлайн

– Ага. – Мальчишка вышел целиком и, подпрыгивая, направился к мужчинам. Остановившись, как и прежде, в нескольких шагах, сверкающими глазами посмотрел господину Ласски в лицо. – Вот. Я пришел.

Тогда мужчина, отступив на шаг, приложил ладонь к сердцу и поклонился.

– Хочу поблагодарить тебя, сын чудесной земли, за то, что сейчас вижу небо. А еще я хочу представиться, как должно. – Выпрямившись, он поглядел в красивое серьезное лицо парня. – Ференц Ласски. Исполнительный директор станции.

Подумав, парнишка кивнул головой, а рыжий хохолок на его макушке закачался, словно упругая травинка под ветром.

– Я принимаю твою благодарность, Ференц Ласски. И должен сказать, что ты – отважный воин.

Черные ресницы над светлыми глазами дрогнули, а на губах появилась нерешительная улыбка.

– Я старался. – серьезно ответил мужчина. – Но превзойти ваше мастерство не смог. А еще прошу тебя: не таи обид. Если твоей команде здесь нравится, приходи один или с друзьями, когда захочешь.

– Спасибо. – Рыжий чертенок улыбнулся смелей, и директор заметил россыпь веснушек, украшавших нос и щеки юноши. – Это – великодушное предложение. Только тут, – он показал пальцем в сторону станции, ваш дом. Мой – там. – Быстрый взгляд метнулся к чаще. – Но, если не возражаешь, мы придем играть в волейбол.

– Конечно. – С облегчением выдохнул директор, некстати вспомнив какие-то сложные переговоры, в которых принимал участие со стороны Совета.

– Увидимся, Фейри. – Мальчишка крутнулся на пятке и припустил к деревьям, за которыми вскоре пропал.

– Фейри? – Посмотрел на своего руководителя господин Лаат. – О чем это он?

– Не знаю… – тихо ответил тот, задумчиво потирая щеку, которой коснулась бархатное крыло пролетавшей мимо бабочки.

***

Результаты исследований «голубой крови» оказались не только очень интересными, но и многообещающими. Первый раз за все прошедшие со времени обучения годы он порадовался, что дед когда-то советовал закончить не только геологический, но и биохимический факультет университета. Структура жизнеобразующего, он в этом больше не сомневался, вещества была настолько сложной, настолько емкой, что для полной расшифровки требовались знания не только по полученным им ранее специальностям. И тогда он засел за биофизику клеточных процессов. Господин Лаат снова занялся обеспечением текущих потребностей станции, а директор, поблагодарив заместителя за усердие, с головой погрузился в погоню за тайнами мироздания. Дело потихоньку шло, поэтому возвращался он с буровой только поздним вечером: уставший, но довольный. После прибытия, обычно во время ужина, выслушивал краткий доклад господина Лаата, гулял по территории, встречался с желающими что-то обсудить с ним людьми и ложился спать, чтобы снова подняться с восходом солнца.

Несмотря на большую, чем земная, силу тяжести, он совсем не чувствовал истощения. Наоборот, с каждым движением, каждым кувырком или переворотом, тело наполняла звенящая энергия, молодая сила, разгоняющая кровь по венам и заставляющая улыбаться. Соскочив с перекладины, он протянул руку к полотенцу и сразу обернулся, когда его окликнул знакомый юношеский голос.

– Привет, Фейри! Ты встаешь очень рано.

Пристроив полотенце на шею, он скрестил руки на груди.

– Здравствуй, капитан Лийм. Давно не виделись.

– Разве ты сожалел о моем отсутствии? Или скучал? – Мальчишка склонил голову к плечу и улыбнулся. – Сам знаешь, что нет.

– Ну… я о тебе думал. – Искренне ответил он, какой-то частью сознания оценивая странность беседы.

– Ты думал о том, каким образом, без привычного тебе оружия поражения, мы нейтрализовали тех недружелюбных существ.

– Да. – Пришлось кивнуть. – Так и было. Разве эти мысли не относились и к тебе?

– Нет. – Пожал плечами капитан рейнджеров. – Нельзя понять суть процесса, исключив из рассмотрения волю совершавших его субъектов.

– Значит, я мыслю неправильно?

– Скорее, шаблонно. – Юноша снова улыбнулся, подошел к брусьям и легко, словно не имел веса, взлетел вверх. Подскоки, кувырки – все движения проходили на такой скорости, что невозможно было понять, как парень умудряется их делать. Но вот Инти соскочил вниз. Ни на лице, ни на кофте с длинными рукавами не было ни малейших следов пота. Лишь немного разрумянились скулы.

– Как ты это творишь? – изумившись, воскликнул Ласски.

– Ты тоже так можешь. Если разрешишь сознанию видеть себя не только привычными органами чувств.

– Не понимаю. – В словах мужчины прозвучала едва заметная усмешка. – Дух, душа… и так далее?

– Нет. – В светлых глазах Инти мелькнула искра сожаления. – Весь мир – структурированная определенным образом энергия, из чистой своей составляющей образовавшая форму. Но процесс преобразования может течь в обе стороны.

– Подобные размышления встречались в философских трудах жителей моего мира. И не только его одного. – Стянув висевшую на перекладине майку, он медленно надел ее, немного рисуясь своим прекрасно вылепленным телом. – Однако никто эту теорию пока не доказал.

– Значит, боишься нарушить официально признанные вашими учеными догматы? – Прикусив белыми зубами нижнюю губу и приподняв брови, Инти пристально посмотрел ему в глаза.

– Да причем тут страх? – Крепкая ладонь снова легла на опору. – Есть определенные физические постулаты…

– Несомненно! – Смуглые пальцы Инти, коснувшись его руки, словно пронзили тело мощным разрядом: дыхание на мгновение сбилось, а сердце застучало так часто, словно хотело вырваться из груди.

– Что… – он взглянул на мальчишку, и ему показалось, что стоявшее рядом существо горит нестерпимо ярким оранжевым светом. А еще показалось, что в свет, огонь, превратился он сам – каждая клеточка, каждый нерв дрожал от радости, предвкушения…

– Попробуй, Фейри. – Скорее понял, чем услышал он юношеский голос. – У тебя все получится!

Это был… неописуемый восторг! Собственное тело легко подчинялось каждой его мысли, взлетая вверх и падая вниз. Он наслаждался скоростью, радостью и ощущением всемогущества. Небо… оно было так близко! Стоило всего лишь протянуть к нему руку.

– Возвращайся… – прошептал прямо в голове знакомый голос. – Мир тебя заметил. Теперь тебе нужно принять и увидеть мир.

Чужие слова сразу откликнулись осознанием неоспоримой истины, поэтому он подчинился и теперь снова стоял напротив юного капитана, жадно глядя ему в лицо. В голове, наскакивая друг на друга, теснилось множество вопросов, но Инти так и не дал их задать. Заправив за розовое ушко слишком длинную прядь оранжевых волос, он отступил на шаг…

– Постой! – Рука сама собой вытянулась вперед, желая удержать непостижимого мальчишку. – Когда мы снова увидимся?

– Прилетай пораньше. – Улыбнулся пацан. – Сегодня вечером мы играем в волейбол.

***

Постепенно приходя в себя, Ференц шел ко входу в станцию, чувствуя, как заполнившая тело энергия не исчезает бесследно, а тихо сворачивается, укладывается поудобнее в солнечном сплетении, чтобы однажды, когда он этого захочет, вновь развернуть свои неописуемые крылья, делая свободной привычную человеческую суть. Кроме новых внутренних ощущений приходило понимание трансформации уже знакомых глазу вещей: каждое дерево, трава, цветы и даже земля, по которой он шел, светились не только в видимом диапазоне. Скорее, не светились, а как бы проявляли нечто скрытое в них доселе. Это было очень необычно, интересно… но мозг, перегруженный событиями, вдруг стал от них уставать, заставив реагировать на все происходящее почти непрерывной зевотой.