Чтение онлайн

Я не хочу, чтобы публиковались какие-либо очерки о моем жизненном пути. Я всегда отказываю в разрешении на это всем, кто меня об этом просит.

Моя любовь и благословения.

Мать, дорогая,

специальный номер, посвященный Шри Ауробиндо, готов. Материал подготовлен, но я не хочу частично публиковать переведенное мной, и потому хочу отложить публикацию, если не отменить вовсе.

Я чувствую себя слегка подавленным. Думаю, что мои переводы неудовлетворительны.

Я не знаю, что мне делать. Думаю, на то есть Ваша Воля, чтобы номер не вышел в настоящий момент, и отсюда – во мне неудовлетворенность. Потому что вплоть до последней недели я был полностью удовлетворен своей работой. Если это против Вашей Воли, как же мне выполнить эту работу?

Ты, должно быть, очень напряженно работал над переводом, вот почему сейчас ты неудовлетворен и подавлен. Но я уверена, что перевод хорош, и не вижу причины откладывать его публикацию.

С моей любовью и благословениями.

Я получила письмо от Абхая. Ты можешь написать ему: «Для того, кто связан с Ашрамом, абсолютно не может быть и речи о том, чтобы вмешиваться каким-то образом в политику. Он ни в коем случае не должен идти к господину Акбару Хидари (это было бы совершенно бесполезно в любом случае). Если бы он пошел, и господин Акбар сказал бы нам об этом, мы были бы обязаны отмежеваться от его действий, как не санкционированных нами». Ты можешь послать ему наши благословения.

Мое дорогое дитя,

я всегда здесь, близко к тебе – в тебе самом, и мои благословения с тобой.

Мать,

сегодня X пришел за книгами. Я сказал, ссылаясь на Вас, что это невозможно. Он не уходит. Он говорит, что должен остаться подле Вас и что в действительности у Вас нет возражений против того, чтобы он остался.

Это абсолютно неверно; и Шри Ауробиндо, и я хотим, чтобы он уехал, потому что мы убеждены, что атмосфера Пондичери неблагоприятна для его психического равновесия, а климат вреден для его здоровья.

Абхая пишет мне, что он хочет забрать тебя с собой в Гурукулу.

Я еще не ответила ему.

Сперва я хочу спросить тебя, что ты об этом думаешь.

Конечно, если ты спросишь меня, то я скажу, что не понимаю, почему ты должен ехать. Но ты обязан откровенно поведать мне свои собственные чувства.

Любовь и благословения.

Я вполне довольна твоим ответом, хотя это не является для меня сюрпризом. Я знала о том, что творилось в твоем сердце, но хотела, чтобы ты написал это, и я бы могла категорично сказать Абхая: «Нет».

Можешь быть вполне уверен, что я не отошлю тебя отсюда.

Дорогое дитя, моя любовь и благословения.

Мать,

я хотел спросить Вас, не являются ли размышления о Вашей работе частью размышлений о Вас. Если это приближает меня к верной позиции, то если даже я и не могу всегда помнить о Вас, я, тем не менее, могу помнить о Вашей работе и думать о ней.

Да, это, действительно, хорошо.

Мать,

я не пользуюсь никакими постельными принадлежностями, ни балдахином от комаров, ни даже подушкой. Я сплю на койке, ничего не подстилая, или на полу, на коврике. Мне сказали, что Вам это не нравится. Правда ли это? Конечно, прежде я делал это как акт аскетизма, но сейчас – нет. Я привык к этому и не вижу никакой причины, чтобы Вы тратили больше денег без необходимости. Надеюсь, Вы не возражаете.

У меня абсолютно нет возражений против этого, и мне интересно знать, кто бы это мог сказать тебе, что они у меня были!

Мой двоюродный брат, профессор Y из Хайдерабада, хочет, чтобы я лечил его аюрведическими средствами. Мне не обязательно встречаться с пациентом, я могу получить приготовленное в Гурукуле лекарство и послать ему. Я получу за это около 80 рупий (за вычетом стоимости лекарства), которые, естественно, будут переданы Вам. Если Вы позволите мне лечить его и получить за это деньги, то эти деньги будут положены к Вашим ногам; в противном случае их получит кто-нибудь еще.

Ты можешь получать приготовленное там лекарство, если хочешь, но мы не можем брать деньги в качестве оплаты. Все деньги, которые поступают сюда, должны быть пожертвованием.

Мои любовь и благословения.

Никто не жаловался мне на твою гужевую службу, и можешь быть уверен, что если бы мне нужно было сказать тебе что-то, относящееся к твоей работе, я бы написала об этом непосредственно тебе самому.

Но ты не должен беспокоиться об ошибках и слабостях других; единственное, что необходимо, – это не верить тому, что люди говорят тебе, особенно если они говорят от моего имени.

Мои любовь и благословения.