Чтение онлайн

То, что Лука ссылается непосредственно на пророчество Софонии, не вызывает сомнений. Следуя литературному жанру «Евангелия детства», Лука не копирует слова пророка, но скорее актуализирует их, соотнося с новой ситуацией в истории спасения. Пользуясь пророчеством Софонии, он толкует события из жизни Иисуса: Его зачатие, рождение и детство. Лука вносит два важных изменения: 1) Пророчество Софонии стало относиться к Марии – благодатной (kecharitomene); 2) Тот, Кто грядет, у пророка был Господь, Спаситель, Сильный, Святый, у Луки же это – Иисус, Спаситель, Святый (1, 35), Сын Всевышнего. Описание Благовещения с использованием слов Софонии, ведет к отождествлению Марии с Дщерью Сиона, а Иисуса – с Богом, Царем и Спасителем. Мария, приняв благую весть о Христе от имени всего Израиля, становится олицетворением ветхозаветного народа Божия. Она – воплощение нового Израиля; через девственное зачатие и Боговоплощение Она сделалась местом обитания Иисуса, Сына Божия, Спасителя.

Пророчество о Дщери Сиона во времена между Заветами, близкие к Иисусу и Луке, часто упоминалось и истолковывалось в мессианско-эсхатологическом смысле. Эти толкования появлялись как в иудейско-палестинской среде, так и в египетско-эллинистической. Особого внимания заслуживают кумранские тексты. «Премного радуйся, Сион, среди радостных возгласов явись, Иерусалим, и возвеселитесь все города Иудейские… Дщери народа моего, возопите радостным голосом» (1 QM XII 13–14). Большинство таких текстов объясняют пророчество о Дщери Сиона у пророка Захарии (Зах 9, 9). Иногда цитировалась и изъяснялась первая часть пророчества: «Ликуй от радости, Дщерь Сиона, торжествуй, Дщерь Иерусалима» (Зах 9, 9а). Чаще приводился весь стих или же вторая его часть: «Се, Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий…» (9, 96). В упомянутых источниках не только цитируются пророчества о Дщери Сиона, но также проводится их мессианско-эсхатологическое перетолкование. Дщерь Сиона обозначает Иерусалим последних времен, когда Бог восстановит Свое Царство на Сионе; Царь же означает Мессию, и в пророчестве говорится о Его торжественном входе в священный город. Толкуя текст Захарии, иудейские источники ссылаются на параллельные места, которые облегчают понимание пророчества о Дщери Сиона. Чаще других в этих источниках цитируется Второисайя. Из его текстов на первом месте стоят пророчества, воспевающие пришествие народов в Иерусалим и возвращение сынов Сиона из рассеяния и плена (Ис 60, 4, 11, 14; 61, 9-10). Иерусалим – как бы образ матери всех людей: язычников и возвращающихся из рассеяния сынов Израиля.

В том же мессианско-эсхатологическом ключе шли размышления Луки. Он не был первым, кто сослался на эти тексты: это случалось и до него. Однако у него был другая исходная точка, нежели у иудейских писателей; они перетолковывали предсказания о Дщери Сиона в свете событий возвращения из плена; он же истолковывал пророчества в свете пришествия Иисуса. Для него Царь-Спаситель, входящий в священный город, Иисус, имя Которого значит: «Бог Спаситель», а Дщерь Сиона – Мария. Ее особенное материнство торжественно открывает новое время спасения, которое охватывает всех: язычников и иудеев. Распространение этого толкования помогало адресатам Луки правильно понять сопоставление Дщери Сиона и Марии, Царя-Спасителя и Иисуса.

Лука отождествляет Марию с Дщерью Сиона, то есть с олицетворенным Израилем, с Иерусалимом последних времен, как с матерью всех людей. Признание этого факта имеет большое экзегетическое и мариологическое значение.

Сначала рассмотрим его значение для экзегезы. Если Мария как отдельная личность представляет Собой и как бы содержит в Себе весь ветхозаветный народ Божий, святой остаток Израиля, ожидающий и окончательно принимающий спасение от своего Господа, то в таком случае к Марии можно отнести все, что в Ветхом Завете говорится об Израиле. Имена, относящиеся к Богу, Новый Завет перенес на Христа (например Лк 1, 35), имена и характеристики народа – на новый народ Божий – Церковь и на олицетворение этого народа, Марию. Этот принцип открывает перед библейской мариологией новые перспективы. Современные исследования мариологических текстов открыли множество направлений. Любопытен, например, частый переход непосредственно от Израиля к Марии (Лк 2, 34–35) или от Марии к обществу Израиля (Лк 1, 46–55). В глазах Луки эти две действительности словно накладывались друг на друга и отождествлялись. Израиль назывался рабом Божиим (Ис 49, 3), Мария тоже называет Себя рабой (Лк 1, 38–48). Однако больше всего связей обнаруживается с Заветом на Синае. Отрок Божий воспринял тело от Марии, и, таким образом, Она способствовала началу Нового Завета Бога с людьми. Ответ Марии на слова посланника Божия Елизавета назвала верой (Лк 1, 45): они соответствуют ответу веры народа Божия на слова посредника Завета (Лк 1, 30; ср. Исх 19, 8; 24, 37; Ис Нав 24, 21, 24; Мер 42, 20; Езд 10, 12; Неем 5, 12). Общество Израиля выражает свое согласие, хотя и другими словами, нежели Мария, однако, с тем же содержанием. Как следует из текста, слова народа Ветхого Завета были сказаны с подлинным воодушевлением и искренностью. Таким же был и ответ Марии. Таких соотнесений очень много. Мы вернемся к ним в дальнейших размышлениях.

Этот тип экзегезы был поддержан Иоанном Павлом II в его окружном послании о Богородице. Его Святейшество называет Марию Дщерью Сиона. Согласно этой энциклике, Матерь Иисуса приносит абсолютную новизну веры, «начало Нового Завета» (RM 14, 17–27). Это начало Папа Иоанн Павел II усматривает в Благовещении. Сила Всевышнего, осеняющая Марию, сравнивается им с облаком, осенявшим богоприсутствие во времена Моисея и отцов (Исх 24, 16; 40, 34–35; 3 Цар 8, 10–12; RM 17). «Вера Авраама – это начало Ветхого Завета; вера Марии во время Благовещения положила начало Новому Завету» (RM 14). Мария, по мнению Папы, до глубины прониклась духом «нищих Божиих», которые в молитве Псалмов ожидали спасения от Бога, полностью уповая на Него (Пс 25; 31; 35; 55).

По тому же пути идут и римские богослужебные тексты, созданные после II Ватиканского Собора. В «Сборнике Месс о Пресвятой /\еве Марии» (1987 г.) ветхозаветные тексты о Дщери Сиона (Соф 3, 14–18; Зах 2, 10–13; 9, 9-10) отнесены к Богородице. Прекраснейшие отрывки Песни песней (2, 8-14; 4, 6–7, 9, 12–13), которые иудаизм и древняя Церковь толковали как тексты о народе Божием, новый сборник Месс о Деве Марии относит к Богоматери. В этих литургических молитвословиях Мария именуется возлюбленной Дочерью Бога. В Ветхом Завете эти слова относились к Израилю, народу Божию (Ос 11, 1–4).

Значение этого имени для более глубокого понимания мариологии неизмеримо. Определение Марии как «Дщери Сиона» обогащает видение Ее места в Церкви. Мария присутствует в Церкви не только как молящаяся (Деян 1, 14), Она – не только образ Церкви, но Она – также и подлинное олицетворение Церкви, Нового Иерусалима-Матери. Она не просто входит в состав Церкви, но вся полнота тайны народа Божия находится в Ней и в Ней совершенно воплощается. Дщерь Сиона относится к Марии как прообраз – к образу. Однако нужно помнить, что речь здесь идет не о чисто литературных или вымышленных героях, но о реально существующих людях, которые имеют ценность сами по себе. Сам Бог создал этот прообраз и образ, придав им богословское значение. Только в полноте Откровения через Иисуса Христа эти две реальности приобретают смысл и становятся очевидными. Слова «Дщерь Сиона», отнесенные к Марии, указывают на Ее особую связь с Церковью. Эти две действительности – Мария и Церковь – объясняют одна другую: Церковь обретает грань материнства, Мария же – общинности. Благодаря этому олицетворению Церковь становится ближе, больше похожа на заботливую мать. Она становится подлинной Матерью. Мария же, олицетворяя Церковь, приобретает общинные черты. Если мы хотим узнать, какой надо быть Матери-Церкви, нам нужно взирать на Матерь Иисуса. Живое почитание Марии, Дщери Сиона, привносит в Церковь материнское и женское тепло, отсутствующее в Церквях, отодвинувших Марию в тень. Библейское название Марии «Дщерь Сиона» может стать исходной точкой для экуменических дискуссий, потому что многие протестанты тоже принимают этот образ.

На избрание и призвание Богом быть Матерью Его Единородного Сына, на «облагодатствование» Ее Святым Духом и дружбой Господа Мария сначала ответила верой и готовностью, а потом молитвой (Лк 1, 46–56). Дщерь Сиона – олицетворение лучшего Остатка Израиля – как же Она похожа на Свой народ! Видя великие дела Божии, происходившие в истории спасения, которая была также и его историей, Израиль не оставался нем и бесчувственен. Он прославлял Бога за эти дела, благодарил Его, жаловался Ему на свои горести. Все это есть в псалмах. Они – ответ народа на великие дела Бога. «Потому что Бог избрал Себе народ не как бессловесный объект исторического предопределения, но как участника диалога» (Г. фон Рад). Псалмы, будучи ответом Израиля, показывают, какое влияние оказали на него деяния Божии, каким образом он понимал свое бытие и близость Бога. В этом контексте молитва приобретает особый смысл. Это не только некое психологическое действие, она содержит в себе и нечто объективное: великие события и священные слова Бога. Бог первый начал диалог молитвы. Молитвословие народа – ответ Богу. В этом и заключается своеобразие библейской молитвы. Мария – Дщерь Сиона – молится так же, как избранный народ. Песнь Богородицы (Лк 1, 46–55) – это Ее псалтирь, Ее ответ на великие дела Господа, совершенные Им в Ее жизни и в жизни Ее народа. Давайте сначала посмотрим на те части молитвы Дщери Сиона, в которых Она особым образом отождествляет Себя со Своим народом.

«Величит душа Моя Господа, и возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем» (Лк 1, 46). Эта первая строфа имеет большое значение для понимания Песни Богородицы. Первая строка определяет литературный жанр песни, а вторая приоткрывает тайну души Марии, радующейся о Господе.

«Величит душа Моя Господа…» (Лк 1, 46). Эти слова ясно указывают на литературный жанр: величание Бога, незаметно переходящее в благодарственную песнь. Израиль славил Бога в псалмах хваления, составляющих основную часть Псалтири. Эти псалмы – наиболее чистая и совершенная форма молитвы, полностью бескорыстная жертва. В псалме человек не просит Бога ни о чем, а только прославляет в простоте сердца, радостно и воодушевленно. Он прославляет Его святое Имя, Его качества, а также великие дела, совершенные в мире и в истории, в особенности, в истории Израиля. В центре величания находится Бог; это совершенное приношение благочестия, зрелый плод веры… Ребенок только протягивает руку и просит, зрелый же в вере человек прежде всего прославляет, благодарит. Величание построено чрезвычайно просто. Оно начинается призывом к восхвалению великого Бога; этот призыв обращен к себе или к другим. За призывом идет основная часть псалма, в которой перечисляются поводы для прославления Господа. Ими могут быть качества Бога, например, Его святость, милосердие (Лк 1, 49.50.54), или великие дела Божии, сотворенные для народа (Лк 1, 54.55) или псалмопевца (Лк 1, 49). Иногда псалмы заканчиваются призывом к прославлению Бога. Хваления пелись во время храмового богослужения; тогда они приобретали соборный характер. Кроме того, они читались отдельно, вне общественного богопочитания; тогда у них появлялись индивидуальные черты. Мария своеобразно соединила одно с другим.

«И возрадовался дух Мой о Боге, Спасителе Моем» (Лк 1, 47). Из второй строки видно, что молитва Марии не была лишь молитвой уст, осужденной впоследствии Ее Сыном: «Лицемеры! хорошо пророчествовал о вас Исайя, говоря: “Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком; сердце же их далеко отстоит от Меня. Но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим”» (Мф 15, 7–9; ср. Ис 29, 13). Ее песнь прославления была одновременно и молитвой сердца, и молитвой духа. Она воспевала, радуясь о Боге-Спасителе. Так же и Сын Ее, Иисус Христос, будет с радостью прославлять Отца: «В тот час возрадовался духом Иисус и сказал: славлю Тебя, Отче…» (Лк 10, 21). Одно и то же слово определяет радость Марии и Иисуса, а именно глагол agal-liasthai – радоваться, веселиться. Источник радости Иисуса – Святой Дух и благоприятные вести, принесенные учениками, которых Он посылал на проповедь (Мф 10, 17–20). Источник радости Марии – Святой Дух, исполнивший Ее в Благовещении (Лк 1, 35; ср. 1, 41, 44), и величие, сотворенное Ей Сильным (Лк 1, 49). Где действует Бог, там есть повод для подлинной радости.