Чтение онлайн

Если мы хотим развить в себе этот состояние неконцептуальности, то в нас должен присутствовать потенциал, или зерно, которое позволит нам прийти к этому состоянию. При этом не следует думать, что, поскольку наша цель — достижение неконцептуального состояния, то никакие концептуальные мыслительные процессы не могут быть полезны для достижения этой цели. Мы находим обширное обсуждение этого момента во второй главе текста Дхармакирти «Изложение достоверных способов познания» (Прамана-варттика). Приводя множество логических цепочек и доводов, Дхармакирти показывает, как концептуальные мыслительные процессы, размышление, анализ и медитация, в которых задействован интеллект, в конечном итоге приводят к переживанию неконцептуального состояния. Об этом следует помнить.

Кроме того, существую два основных вида медитации: аналитическая, где вы используете аналитические возможности своего ума для проведения исследования; и медитативное погружение, ключевым фактором которого является однонаправленная концентрация. Поскольку при анализе предполагается наличие мыслей и мыслительных процессов, то, когда вы развиваете випашьяну в высшей йога-тантре, анализ не применяется. Здесь используется техника, где делается упор на однонаправленной концентрации ума. Этот метод также используется в Дзогчене и Махамудре.

— Есть ли у нас возможность выбора между благими и неблагими деяниями? Или наши поступки и взгляды определяются теми действиями, которые мы совершили прежде?

Как вы верно подметили, многое в нашем поведении, в присущем нам образе мыслей и взглядах определяется действиями, совершенными нами в прошлом. Когда мы говорим о влиянии на нас наших прежних поступков, то ведем речь об обусловленности. Однако вы можете, воспользовавшись свободой выбора, свободой воли, дистанцироваться от этих результатов собственных действий; можете попытаться приучить свой ум к такому образу мыслей и действий, который прежде был ему незнаком. Вы можете осознанно приучать его к этому, пытаясь выйти за пределы ограничений, налагаемых действиями, совершенными вами в прошлом.

Однако существуют некоторые биологические факторы, освободиться от которых труднее. В соответствии с буддизмом, даже наше физическое тело рассматривается как некая совокупность, результат неведения и омрачений. Оно считается не только основой для нашего нынешнего существования, которое характеризуется ограничениями и страданием, но также и отправной точкой для тех страданий, которые мы испытаем в будущем. Сама биологическая структура нашего тела мешает нам вырваться из этих цепей. В нем словно заложен некий механизм, некая летаргия, нечто, что делает его очень тяжелым и препятствует ясности нашего ума. Однако можно обрести контроль над очень тонкими уровнями энергии в элементах тела посредством тренировки ума и медитативных переживаний. Это особенно верно для тантры, где внутри элементов тела выделяются грубые уровни, тонкие уровни и тончайшие уровни. С помощью этих методов мы можем нейтрализовать влияния, которые ощущаются на более грубых уровнях элементов тела. Так что есть и такая возможность.

— Насколько я понимаю, Просветление, в некотором смысле, — это освобождение от оков причин и условий. Разве можно, достигнув этого состояния, по-прежнему оставаться в миру, природа которого относительна и обусловлена?

Что касается оков причин и условий, то они универсальны и распространяются даже на стадию достижения состояния Будды. Например, возьмем для рассмотрения всеведущий ум Будды, который является полностью просветленным, но взаимодействует с другими объектами. Он претерпевает изменения от одного момента к следующему, представляет собой процесс, а следовательно, является непостоянным. Как видите, принцип причинности действует и там. Однако иногда состояние Будды описывают как состояние бессмертия, состояние постоянства. Это нужно понимать в правильном контексте — постоянством обладает сам поток его ума. Состояние Будды иногда описывается как постоянное потому, что среди тел Будды есть непостоянные, которые подвержены причинам и условиям, и постоянные.

Среди тел Будды, кай, мы обнаруживаем те, которые меняются от одного момента времени к следующему, и те, которые не претерпевают таких изменений. Несмотря на наличие двух аспектов, все же, когда мы говорим каях, или телах Будды в целом, то обобщаем и называем их неизменными и вечными.

— Меня сбило с толку ваше высказывание, что причинение зла заложено в самой природе незрелых существ и потому на них не следует злиться. Разве основополагающая природа существ — не природа Будды?

Я думаю, вы меня не совсем поняли. Этот аргумент Шантидевы носит чисто гипотетический характер. В этой строфе использовалось сослагательное наклонение. В 39-м стихе говорилось:

Он начинается со слова «если».

Однако, используя термин «основополагающая природа», мы опять же должны понимать, что в разных контекстах он может иметь разные значения. Когда мы говорим: «Изначальная природа ума живых существ чиста», — то говорим о природе Будды, а это совершенно иной уровень.

Когда мы читаем философские тексты о пустоте, необходимо научиться разбираться в тонких оттенках смысла различных технических терминов — уместно будет упомянуть об этом. Например, ключевой термин на санскрите для понимания концепции пустоты — «свабхава». Его можно перевести как «cамобытие», «самосущая природа», или просто как «сущность». В различных контекстах у него будут разные коннотации. Читая эти тексты, следует проявлять большую осторожность, дабы не цепляться за какое-то одно значение данного термина и не пытаться применить его во всех контекстах. Один и тот же термин может иметь одну трактовку в одной философской системе, например Мадхьямаке, и совершенно иную — в другой школе мысли. Поэтому очень важно быть гибким и отдавать себе отчет в многообразии значений в разных контекстах.

— Можно ли как-то воспитать свой ум, чтобы не чувствовать немыслимой грусти, думая о страдании, переполняющем этот мир? Другими словами, как можем мы чувствовать радость перед лицом такого страдания?

Добиться преобразования своего мировоззрения и образа мыслей — задача непростая. Для этого необходимо применять множество различных факторов, заходить с разных сторон. Например, в буддийских практиках мы делаем особый упор на объединении метода (искусных средств) и мудрости. У вас не должно создаваться впечатление, будто есть какой-то один секрет и стоит вам раскрыть его, как все будет в порядке. Такую точку зрения следует отбросить.

Если взять мой случай, то, сравнивая сегодняшнее состояние своего ума с тем, каким оно было двадцать-тридцать лет назад, я вижу большую разницу. Но эти изменения происходили постепенно. Я начал изучать буддизм в пять-шесть лет, но тогда у меня не было к нему особого интереса, хотя я и считался высоким ламой-перерожденцем. Затем, лет в шестнадцать, я начал придерживаться более основательного подхода и приступил к серьезной практике. Затем, в двадцатилетнем возрасте, я отправился в Китай и там столкнулся со множеством трудностей. Но и тогда, при всяком удобном случае, я старался получать учения от своего наставника. В отличие от прежних времен, теперь я сознательно прилагал усилия со своей стороны. Затем, когда мне исполнилось тридцать четыре или тридцать пять, я начал размышлять о шуньяте, о пустоте. В результате интенсивной медитации, в основе которой лежали серьезные усилия, мне удалось добиться более живого понимания природы пресечения страданий. Я начал ощущать это: «Да, страдания можно прекратить, такая возможность существует». Это дало мне огромное вдохновение. Однако Бодхичитта на тот момент времени представляла для меня огромные трудности. Бодхичитта восхищала меня, я понимал, что это поистине удивительное состояние ума. Но о настоящей практике тогда, в тридцатилетнем возрасте, еще не было речи. Затем, когда мне уже было за сорок, в основном благодаря изучению текста Шантидевы и некоторых других книг, я, в конце концов, сумел ощутить Бодхичитту. Я по-прежнему не могу сказать, что мой ум в должной форме. Но сейчас мне удалось прийти к убеждению, что, будь у меня достаточно времени, то, оказавшись в соответствующем месте в соответствующее время, я бы сумел развить Бодхичитту. Мне потребовалось на это сорок лет.

Поэтому, когда люди утверждают, что достигли высоких реализаций за короткое время, это порой вызывает у меня смех, но я стараюсь его скрывать. Развитие ума, затрагивающее его глубинные уровни, требует времени. Когда я слышу: «Много лет прошло, много трудностей пришлось перенести, и тогда что-то изменилось», — то я понимаю, что речь идет о реальных вещах. Если же мне скажут: «За короткое время, за два года, мне удалось достичь больших изменений», — то это мало похоже на правду.

Перевод Юлии Жиронкиной