Чтение онлайн

А комары на Соловках теперь легко сожрут любого, и уже не в присказке, а по-настоящему. М-да, жесток ты к простому обывателю, новый мир. Мой взгляд задумчиво скользнул по вилке — чистой, в отличие от джинсов. Надо бы помыть лопатку, а то со вчера валяется в облупленной раковине.

За спиной вместо радио болтали знакомые голоса.

Да, утро началось оживленнее, чем обычно. Пока я готовил завтрак, Алекс и Яна завалились на кухню и с жаром обсуждали вчерашнее. Не нашу с Алексом доблесть, конечно. Речь шла о новоиспеченном баффере. Семен присоединился к нам пару минут назад — принес сушеных ягод и листьев для чая — и помалкивал с загадочной улыбкой.

— Нет, серьезно! Можно заготовить порцию крови на всякий случай, хотя б одну. — Яна сдула со лба прядь волос: заплести косу с одной здоровой рукой не вышло, а нас она к волосам не подпустила.

— Если так и сделаем, то очень нескоро, — покачал головой Алекс.

— Ага… — Яна расстроенно глянула на перевязь с раненой рукой. — Сейчас я вам даже завидую, если честно. Вас вчера неплохо отделали, а вон, как огурчики. Мое-то утро началось с обезбола, блин.

Я самодовольно улыбнулся, пользуясь тем, что стою к ним спиной. Да, мои руки лишь слегка розовели царапинами, а те, что исполосовали лицо Алекса, затянулись тонкой и на удивление эластичной корочкой. Но мой друг, кажется, торжества не ощущал.

— Ну, у всего свои плюсы-минусы, — промямлил он почти виновато.

— Но про заготовку дело говоришь, дочка, — вдруг подключился к беседе Семен. — А то вдруг в нужный момент недосуг будет кровь терять.

— В идеале найти других бафферов и организовать пункт помощи мутировавшим, — мечтательно сказала Яна. — Они, по сути, сами виноваты, что перехапали этого вашего форсера… Но ведь не каждый — убийца. Многие и рады бы вылезти из мясорубки. К тому же так отпадет надобность их самих убивать. Классно же.

При упоминании мясорубки я хмыкнул, вспомнив красочные сцены из новеллы «Зайчик». Кате из этой игры сравнение бы не понравилось. И положение у нас как у нее: вылезти просто нереально.

— Твои спелеотуристы согласятся помочь? — поинтересовался Алекс. — Реально можно многих спасти.

— Не знаю. Если не разбежались, я бы их поискала, попробовала уговорить… Но только после того, как увижу родителей!

Слушать эти ванильные фантазии, попахивающие бедой для всей команды, я больше не мог. Выключил плиту, повернулся и спросил:

— Господа, вас ничего не смущает в этом прелестном альтруистичном плане?

Все взгляды обратились ко мне. Я скрестил руки на груди, сжимая в кулаке вилку.

— Яна права: сейчас уже мутируют те, кто долго и упорно изводил все живое, что попадалось на глаза. Это опасные и непредсказуемые люди. — Я покачал головой. — Для них баффер, который нейтрализует любую мутацию, — ходячая лечилка для бесконечной прокачки. За тобой начнут охоту, Яна. Тебя до смешного легко вычислить: значка игрока нет. Нравится идея стать добычей?

Судя по выражениям лиц, идею никто категорически не одобрил. Но если Семен выглядел задумчивым, а Алекс — встревоженным, то наша валькирия казалась расстроенной. Ну честное слово, как будто ей на детской площадке запретили песок есть.

— К слову… — Семен снова поднял взгляд на меня. — Уверены, что никто о вашем открытии не проведал? А то вдруг пора меры принимать.

Я хотел ответить, но тут с улицы донесся явственный шорох. Точно легкие шаги под окном. Пришлось напрячь слух, но вроде бы все стихло. Почудилось?..

— То есть я должна забыть о том, что могу лечить мутантов, и забиться в дальний угол? — разочарованно и чуть презрительно спросила Яна. — Потрясающе.

Шаги громко простучали по крыльцу, и в дом ворвался Кеша. Выглядел он так, словно не спал всю ночь, но глаза блестели от распирающих эмоций. Я мог поклясться, что раньше его таким не видел.

— Лечить мутантов? Как?! — Пацан оперся на стол, всем телом подавшись к Яне.

Я наконец-то понял, что увидел на Кешином лице. Надежду.

В рассказе о вчерашних открытиях Яна опустила красочные подробности — то ли для краткости, то ли Кешу берегла. Тот слушал молча, стискивая кулаки. Потом с минуту смотрел на вылеченную руку Алекса. Мы ждали, слегка озадаченные странным поведением нашего неугомонного юнги — выражаясь метафорически. И тут Кеша всхлипнул.

— Что? — испугалась Яна. — Что случилось, Кеша?

— Ну чего ты, мелкий, не реви, — пробормотал я, чувствуя себя глупо.

Кеша рухнул на табурет, всхлипнул и ожесточенно потер лицо ладонями, словно надеясь загнать слезы обратно в глаза.

— К-когда все началось, — сказал он, пытаясь звучать ровно, — я спрятался и родителям п-позвонил. По видео. Т-тогда связь еще не отрубилась. Дозвонился маме. И они… они вдруг м-мутировали. Оба, прямо на видео.

Всхлипы стали чаще, а Кешу начало потряхивать.

— Я думал, ч-что если их… звать, м-может, они услышат и… и н-не превратятся. К-как в кино. — Он беспомощно обхватил себя за плечи. — А они… в-все равно превратились. В каких-то ящеров, не знаю. И… и к-кричали. Но если… м-мы их найдем, может, т-теть Ян, может, вы им… вы…

Кеша уткнулся лицом в ладони и заплакал, согнувшись, будто пытался от нас спрятаться. Семен тут же ласково погладил его по плечу, Яна неуклюже выбралась из-за стола и обняла Кешу одной рукой, прижавшись щекой к светлой макушке.

— Конечно, Кеша, мы обязательно их найдем и вылечим. Обещаю, — тихо и быстро заговорила Яна. — Чем угодно клянусь сделать все, чтобы родители к тебе вернулись. Мы ведь решили, что скоро поедем, правда? Быстренько заберем моих родителей и поедем к твоим. Найдем для них безопасное место. Обязательно, слышишь, Кеша?

Она еще что-то шептала, неловко прижимая к себе Кешу, Семен гладил его по спине, а мы с Алексом ошарашено смотрели друг на друга. Два идиота. Даже не поняли, что пацан соврал нам тогда, в тесной кабине смешного рыжего трактора. Соврал, что безуспешно звонил родителям, даже с телефона того, кто апнул уровень, но с их стороны не было связи. Соврал очень неуклюже, пряча глаза. Просто тогда он был для нас нежеланным попутчиком, проблемным подростком. Последнее, чего нам хотелось, — разбираться в его нежных пубертатных чувствах.