Чтение онлайн

Краткая пресс–конференция с главой Города возле здания муниципалитета завершилась, улыбающееся лицо исчезло, и на экране появилась новая картинка: длинный ряд стеклянных пробирок, затем перед зрителями предстали перекошенные страданием бледные физиономии пациентов в больничной палате, люди задыхались в удушающем кашле.

— А теперь главная новость дня: на наш Город обрушилась новая масштабная эпидемия гриппа. — В голосе ведущей появились драматические нотки: — Вирус уже унес жизни двух человек, всего жертвами болезни стали сорок два человека. Вирус передается воздушно–капельным путем, инкубационный период составляет три недели. В связи с этим медики высказывают опасение, что эпидемия будет нарастать, поскольку есть вероятность того, что многие жители Города, сами того не подозревая, являются носителями вируса. К сожалению, вакцины от этой новой разновидности гриппа пока не существует. Сегодня Педагогический Совет издал письменное обращение к жителям Города. Совет настоятельно рекомендует избегать мест массового скопления людей, включая общественный транспорт. Кроме того, с целью предотвращения распространения инфекции при выходе на улицу следует надевать защитную маску.

Тэк отвернулся от экрана телевизора. Он давно убедился в том, что сообщения о массовых эпидемиях так и остаются сообщениями, не выходящими за рамки телевизионных новостей. Хотя, похоже, взрослые относятся к ним вполне серьезно. Самому Тэку до сих пор ни разу не приходилось видеть, чтобы люди падали бездыханными на улицах Города, и он считал это обнадеживающим признаком. Порой мальчику хотелось, чтобы на них действительно обрушилась эпидемия какой–нибудь страшной болезни: возможно, тогда ему не пришлось бы идти в школу. Тэк представлял, как он, нацепив на лицо маску, целый день гуляет по улицам Города.

Подтянув к себе стоявшую на столе перечницу, мальчик щедро посыпал остатки своей пиццы перцем и чесноком в тщетной надежде придать пресной лепешке более определенный вкус и убедить себя в том, что пицца стоила потраченных на нее денег. Он улыбнулся, заметив, что сестра опередила его, щедро сдобрив свой кусок пиццы чесноком и красным перцем. В данный момент Сюзи украшала пиццу кетчупом и горчицей.

Тэк неторопливо жевал, невольно вспоминая программу новостей. «Интересно, — лениво подумал он, — как люди становятся педагогами, и каким образом они попадают в Педагогический Совет?» Эта мысль и раньше приходила ему в голову. Власть в Городе принадлежала правительству, в состав которого входили Педагогический Совет и Исполнительный Комитет. Совет издавал законы, а Исполнительный Комитет следил за исполнением этих законов. Люди, работавшие в Комитете, назывались полицейскими, члены Педагогического Совета, само собой, носили гордое звание педагогов. Полицейские находились в подчинении у педагогов. Педагоги принимали решения, касающиеся жизни Города, и вполне естественно, что в соответствии со своим названием они уделяли особое внимание Системе Воспитания и Образования.

Педагоги назначали директоров школ и учителей, которые в конечном итоге определяли судьбу детей, обучающихся в данной школе. Конечно, среди педагогов была своя иерархия. Тэк знал, что в прошлом его отец занимал какую–то незначительную должность в Педагогическом Совете, но они не любили обсуждать эту тему. Отец и сын вообще редко разговаривали друг с другом, целыми днями оба были заняты: отец много работал, а Тэк большую часть времени проводил в школе.

Кроме отца, единственным педагогом, которого Тэк видел вживую, был дисциплинарный инспектор. Эти люди принадлежали к особому отряду педагогов, они занимались проверкой школ; только инспектор имел право принимать решение о назначении самого серьезного наказания, которое существовало в длинном списке мер дисциплинарного воздействия на непокорных учеников, — исключение из школы. Если в школе появлялся дисциплинарный инспектор и этот визит не был связан с плановой проверкой, все школьники знали: кто–то действительно совершил нечто ужасное, и этому кому–то не поздоровится.

— Ну что, братец, — спросила Сюзи, покончив со своей пиццей, — как дела в школе?

— Мм, так себе, — сказал Тэк, проглатывая последний кусок, — в моей жизни бывали и более удачные дни.

— Что стряслось на этот раз? — Сюзи округлила глаза.

— Социология. Ну, ты знаешь эту грымзу, мисс Вин, — Тэк скроил страшную физиономию, изображая свирепую учительницу.

Сюзи со знанием дела кивнула головой:

— Ага, я слышала о ней — настоящая ведьма.

— Мягко сказано, — хмыкнул Тэк, вытирая рот рукавом форменного пиджака.

— Ничего не поделаешь. Разве у тебя есть выход? — Сюзи пожала плечами.

— Вопрос риторический? — Тэк вскинул бровь.

— Угу, — Сюзи закатила глаза.

— Ну тогда, пожалуй, нам пора возвращаться, а то опоздаем, не стоит злить их, — сказал Тэк, поднимаясь из–за стола.

— Кажется, у тебя сейчас урок мистера Кинера? — поинтересовалась Сюзи.

— Ой лучше не напоминай, — простонал Тэк.

— Эй, братец, не преувеличивай. Я слышала, что он не так страшен, ну, по крайней мере, пока не начнет орать, — Сюзи шутливо пихнула брата локтем в бок.

— Я вижу, ты у нас человек осведомленный, — Тэк легонько дернул сестру за косичку.

— Ага, — Сюзи расплылась в довольной улыбке.

— И многое из того, что ты слышала, соответствует истине?

— Угу, — улыбка сделалась еще шире.

— И все же нам лучше поторопиться.

— Ага, — теперь девочка улыбалась во весь рот.

— Ну, ты, мартышка, — усмехнулся Тэк. Глядя на смешную рожицу сестры, он тоже невольно начал улыбаться. — Пошли, — он ухватил Сюзи за руку и потащил к выходу.

Всю дорогу Тэк и Сюзи продолжали подтрунивать друг над другом, и вскоре они слились с толпой детей, торопившихся обратно в школу. Подходя к дверям, брат и сестра закатали рукава, готовясь предъявить охранникам свои личные номера. Однако, прежде чем встать в длинную очередь, выстроившуюся на ступеньках крыльца, дети замедлили шаг; оба знали, что как только они переступят порог школы, им придется расстаться.

— Дождешься меня после уроков? — спросила Сюзи.

— Ты же знаешь: я могу подождать тебя только в пятницу, а сегодня у меня нет времени, — извиняющимся голосом сказал Тэк.

— Угу, сегодня у нас среда, до пятницы еще далеко, — девочка вздохнула. — Ну почему у меня уроки заканчиваются позже, чем у тебя?

— Потому что они начинаются позже, чем у меня, — терпеливо объяснил Тэк. — Ты же понимаешь, у них все рассчитано.

— Вопрос риторический, — передразнила брата Сюзи. — Ну ладно, Тэк, пока, увидимся дома, — быстро произнесла она, подойдя к турникетам, возле которых стояли широкоплечие охранники.

— Пока, Сюзи, до встречи, — тяжело вздохнул мальчик, протягивая руку одному из охранников.

Остаток дня прошел без особых приключений. После того что случилось утром, Тэк старался вести себя как можно тише, чтобы не раздражать учителей. На уроке математики мистер Кинер устроил настоящий скандал: он разразился дикими воплями и вызвал охранника, обнаружив, что двое из его учеников обмениваются записками; на уроке химии учитель лишил одного мальчика права покидать школу во время перерыва на обед за то, что тот заговорил вслух прежде, чем ему был задан вопрос. Но Тэку повезло: он не попал в число этих несчастных. Одной неприятности в день с него было более чем достаточно, особенно если учесть, что влетело ему совершенно напрасно.

Когда в три часа наконец прозвенел звонок, Тэк сложил свои вещи в рюкзак и устало спустился вниз, чувствуя себя опустошенным и обессиленным. У выхода он почти машинально протянул руку охраннику, тот проверил номер и сделал широкий жест, отпуская Тэка на свободу. Вместе с безликой толпой школьников Тэк прошел через пустынный, залитый бетоном двор, вышел на улицу и зашагал по пыльному серому асфальту к станции метро. Спустившись по ступенькам подземного перехода, Тэк оказался перед очередным турникетом, где ему снова пришлось продемонстрировать свою руку. Правда, на этот раз обошлось без охранников: автоматический сканер сам проверил номер и, убедившись, что Тэк честно отсидел в школе положенные часы, а не прогуливает уроки, машина коротко пискнула и пропустила его внутрь. Еще одна лестница — и Тэк оказался на грязной, похожей на тусклую подземную пещеру станции.