Чтение онлайн

— Здорово молодцы!—послышался позади мальчика, чей-то мощный возгласъ.

Снова раздалось громкое «здравіе желаемъ». Татарская лошаденка подъ матросикомъ испугалась и шарахнувшись въ сторону, чуть не угодила въ канаву, со своимъ всадникомъ.

Мальчикъ поспшилъ соскочить на землю и отвести ее въ сторону. И было вовремя: мимо его пронесся вскачъ, сдой генералъ въ сопровожденіи многочисленной свиты.

Онъ узналъ его. То былъ главнокомандующій князь Меньшиковъ.

Вотъ, и мсто битвы.

Мальчикъ невольно остановился и заглядлся на невиданное имъ до сей поры зрлище.

Въ далй на огромномъ пространств, переполненномъ дымомъ, грохотали орудія и трещала ружейная перестрлка. Казалось, что это былъ огромный котелъ, на которомъ все кипло.

' Лйціз мальчика поблднло, и сердце его Забилось подъ срымъ матроскимъ бушлатомъ. Онъ видлъ среди дыма массы людей, конныхъ и пшихъ устремлявшихся с бйейой отвагой другъ на друга; сосднія высоты тоже дымились, изрыгая изъ своихъ орудій кучи ядеръ.

— О, Боже,—прошепталъ онъ,—сколько страданій.

Вдругъ слышитъ онъ, что то съ шумомъ пронеслось надъ его головою, и угодило прямо въ стволъ какого то дерева, переломило его верхушку и затмъ плюхнулось въ траву.

— Бомба, братцы, бомба!—слышались голоса, и нсколько идущихъ людей, бросились въ стороны.

— Бомба!..—подумалъ мальчуганъ, соскочивъ съ лошади.

Но, не усплъ онъ схватиться за уздцы, какъ раздался оглушительный взрывъ, и онъ услышалъ, какъ мимо его ушей прожужжало нсколько осколковъ, не причинивъ ему, между прочимъ, никакого вреда.

і — Тутъ опасно,—подумалъ онъ, удерживая испугавшуюся лошадь.—Надо бы подальше куда нибудь.

Взявъ лошадь за уздчку онъ повелъ ее назадъ.

— Охъ братцы! послышался чей то стонущій голосъ.

— Ишь вдь, зацпила Таки бормотали солдаты проходя мимо.

Въ другомъ мст опять стонъ послышался. Видео зацпила ни одного а двоихъ, а можетъ и больше.

— Братцы! заговорилъ вдругъ мальчикъ очутившись около раненаго. Отнесите ихъ вонъ туда. Ради Бога прошу васъ!

Въ голос его и въ прекрасныхъ глазахъ было столько мольбы, что нсколько человкъ поспшили поднять раненыхъ и отнести подъ кустъ, гд мальчикъ съ лихорадочной торопливостью, привязывалъ уже свою коняку.

— Что ты хочешь длать съ ними? — спросилъ одинъ изъ солдатъ, помогая поудобне положить раненаго.

— Идите съ Богомъ, я ужъ какъ ни-будь сама... Самъ управлюсь,—поправился вдругъ мальчикъ, замтно смутившись.

Солдаты незамтили этой легкой ошибки и, взваливъ на плеча ружья, пошли догонять свою роту.

Снять съ лошади корзину, вынуть изъ нея боченокъ и небрежно бросить на траву, затмъ вынуть свертки было дло одной минуты.

Одинъ изъ раненыхъ все еще стоналъ, а другой уже лишился чувствъ.

— Не умеръ ли онъ?—подумалъ матросикъ, замтя, что затылокъ послдняго былъ въ крови.

Надо, было непремнно привести его въ чувство. Быстро снявъ свой бушлатъ и засучивъ выше локтя рукава, мальчикъ вынулъ изъ корзины кувшинъ съ водой и чашку; откупоривъ пробку кувшина, налилъ въ нее воды и началъ быстро промывать рану.

Къ радости мальчика, осколокъ содралъ только кожу съ волосами, не повредивъ черепа, и потому рана не была опасна, и явилась надежда, что солдатъ будетъ живъ.

Обложивъ голову его корпіею и умло перевязавъ ее бинтами, этотъ молодой фельдшеръ, поспшно нацдивъ въ стаканъ спирту, влилъ нсколько капель ему въ ротъ.

— Живъ! Ну хорошо... Теперь перейдемъ къ другому... Гд у тебя задло?^— обратился онъ ко второму раненому.

— Охъ!., вотъ тутъ...—стоналъ онъ, указывая на правый бокъ.—Страсть какъ садануло... Дыхнуть даже трудно...

— Сейчасъ... Повернись—вотъ такъ

Нужно было снять мундиръ.

Но какъ-же его снять, если человкъ шевельнуться не можетъ.

Вопросъ разршился, впрочемъ, скоро и,, не долго думая, мульчуганъ взялъ въ руки ножъ; не жаля казеннаго мундира, распоролъ его такъ, гд было необходимо, и разрзалъ блье.

— Ишь, какъ течетъ, и не остано-

вить...—бормоталъ мальчикъ, причемъ его красивое, съ женскимъ профилемъ лицо сдлалось озабоченнымъ...—Потерпи землякъ, я сейчасъ промою, а потомъ корпію туда воткну.

Опять началась работа... Нжныя блыя руки дятельно и торопливо обмывали рану, причемъ воротъ сорочки у мальчика разстегнулся, что тотъ не замтилъ, но зато получившій облегченіе раненый замтилъ блую двичью грудь.

— Охъ, матушка!—заговорилъ солдатъ, посл сдланной ему перевязки:—Спасибо теб... Это Ангела послалъ Господь на утху нашу.

— Ты можешъ, встать теперь?—спросилъ «мальчикъ», съ смущеннымъ видомъ, застегивая воротъ рубашки.

— Трудно, но попробую.

— Ты выпей немного водки... Бодре будешь. У тебя не много кожу содрало, съ мясомъ и крови порядочно вышло... Дойдешь до лазарета, тамъ докторъ все какъ рукой сыметъ.-

Говоря, это мальчикъ, или какъ читатель догадался, двушка, наливъ чарку, поднесла ее къ своему паціенту.

Солдатъ выпивъ, почувствовалъ себя . бодре, и хотя съ трудомъ поднялся на ноги.

— Спасибо, теб, благодарю...—говорилъ онъ, глядя на свою избавительницу со слезами на глазахъ;—не ты бы, я можетъ быть, и кровью истекъ... Скажи мн, за кого Бога молить, чье имя поминать?

— Коли пойдешь и увидишь, что несутъ раненыхъ посылай прямо сюда,—проговорила двушка, избгая прямого отвта.

Но солдатъ, неотступно просилъ, сказать ему свое имя.

— Дарья, — сказала она наконецъ. — Но только ради Бога не говори ни кому, что я не мужчина...

— Исполню твою волю... Никому не скажу... Но пока живъ буду, не забуду въ молитвахъ моихъ...

И солдатъ, опираясь на ружье, съ легкимъ стономъ поплелся къ перевязочному пункту.

Дарья, принявъ мры, чтобы не узнали ея пола, снова наклонилась надъ раненымъ съ перевязанной головой. Затмъ успокоивъ его, она снова обратила вниманіе на все боле и боле усиливающееся побоище.

Она глядла не на то, какъ вдали куча всадниковъ въ красныхъ мундирахъ (англійская кавалерія) врзалась въ ко-лонну срыхъ пхотинцевъ... и какъ пхотное карре, задымившись отъ’сильныхъ залповъ, отразила отъ себя этотъ натискъ... Ее это не интересовало.