Чтение онлайн

«Мы пытаемся, но тут какая-то тяга, еле сопротивляемся!» — ответила Крапива.

«Гор, сейчас будешь мои приказы начальнику транслировать!»

Чтобы сразу решить возможное недоверие в предыдущих переговорах, я решил начать не с ныряния в скафандр начальника, а с Опустошения.

Опустошение!

Имперец еле удержался от того, чтобы упасть вперёд и вбок. Кое-как сбалансировал на одной ноге и упал в кресло.

А зачем вообще мне лезть к нему в скафандр? Я и отсюда могу через Гора с ним общаться.

«Гор, скажи ему, чтобы отключил установку и все защитные поля. Иначе он окажется сам под этой Цитаделью. Один, без тела».

Через минуту я получил ответ.

«Он говорит, что не может. Как только он будет замечен в саботаже, управление перейдёт на запасной пульт к заместителю.»

«У него не так много времени, чтобы вывести из строя запасные пульты, поднять тревогу или сделать что-то ещё. Что угодно лучше, чем оказаться под ударом этой штуки. Я же прав?»

Ответ затянулся, бот тем временем приблизился почти вплотную к границе некого воздействия. Неизвестно только оно уже работало или пока просто было обозначено маркерами.

Капитан, или как он называется в этой здоровенной штуке, начал лихорадочно что-то набивать на пульте управления перед собой.

«Он сможет дать нам только несколько минут. Нам хватит!»

Главный имперец продолжил также сосредоточенно работать над пультом.

«Тяга прекратилась, мы можем лететь отсюда!» — я получил радостный телепатический вопль Крапивы.

«Отлично! А я здесь ещё не закончил! Давайте там, спасайтесь!»

Я переключился на то, что происходит в зале. Тут поднялась суматоха. Все и так, вроде, в поте лица что-то делали, но тут будто всем по стульям ток пустили.

Ладно. Добавим хаоса!

Опустошение!

Капитан, или как там его, получил свою порцию смерти в голову, после чего обмяк в кресле.

В следующий момент суматоха усилилась ещё больше, хотя, казалось бы, истерика и так всеми овладела. Народ поголовно начал выскакивать из кресел и бежать к дверям, но не тут-то было. Двери оказались заблокированными. А то, что произошло потом было для меня вообще неожиданным: забрала у всех скафандров поднялись.

Это было по-настоящему жутко. Материал скафандров, аппаратуры и обстановки в этом зале был насчитан на противостояние дестабилизирующему полю, поэтому казалось, что оно воздействует только на тонгеров. Но сейчас я смог убедиться, что это поле очень даже разрушительно для материи. Лица людей за секунды исчезли, превратившись в кровяной туман. По-видимому, тот, кто взял управление ситуацией на себя, особым человеколюбием не страдал. Он не только подверг мучительной смерти кучу своих сослуживцев, он из еще и в какой-то капкан отправил. Ну и отлично.

Мне, главное, самому выжить.

У моего скафандра тоже поднялось забрало и я тут же подвергся воздействию этого чёртового поля. Но для меня это уже не было чем-то реально опасным. Я быстро отключил почти все восприятия, не говоря уже о каких-то силовых воздействиях.

Наблюдать одновременную агонию и мучительную смерть десятков людей зрелище, конечно, то ещё. Стоило телепатам выйти из игры, а начальству окочуриться, как кто-то быстро сделал вывод, что единственный способ поймать неуловимого меня — это не оставить мне место, где я бы мог прятаться. Вот они и не оставили, раскрыв у всех присутствующих скафандры. Жестоко, а вот насколько эффективно — зависит от меня. Тяга к полу усилилась. А в пол нам не надо. Не верю я, что там меня ждут девушки в сарафанах и кокошниках с караваем на расшитом петухами полотенце. Блин, что за хрень у меня в голове! Кокошники, сука…

На самом деле думал я не только о сарафанах и караваях. В стрессовой ситуации мышление будто расслаивалось. Часть меня, которая отвечала за шутки, прибаутки и социальное общение, отправлялась в «свободное плавание», то есть я полностью отпускал контроль над этими мыслительными процессами. А они вместо того, чтобы просто остановиться, продолжали жить своей жизнью. Отсюда караваи и кокошники. Основные мои аналитические мощности в данный момент были направлены в «боевой компьютер» — ту часть разума, которая помогала выбраться из стрессовой ситуации. В такие моменты «раздвоения» я мог нести всякую чушь, шутить и придуриваться, при этом очень быстро соображать, как и что предпринять. Так было со мной в момент, когда меня хотел зарезать Николай, когда я подходил с мачете к похитившим Крапиву бандитам, так было и сейчас. Пока одна часть сознания забавлялась созданием образов девушек в кокошниках, другая решала боевые задачи. Ну, как боевые… Как свалить отсюда — это же боевая задача?

Меня тянуло вниз. Я был далеко от боковой стены. Если я буду аккуратно, стараясь не подвергнуться влиянию поля, смещаться в сторону, то меня всё равно втянет в пол, пусть и чуть ближе к боковой стене. Значит придётся потерпеть.

Я рванулся к закрытой двери изо всех сил. Меня тут же стало разъедать это сраное поле. Главное не терять сознание! Траекторию я построил так, чтобы толкать себя телекинезом немного вверх. В итоге я двигался к двери достаточно прямо и быстро. Быстро, но, сука, далеко не мгновенно! Почему не изобрели телепортацию? Всё равно было больно! Причём не просто больно. Меня глушило.

Я чувствовал, что сознание бескомпромиссно разъедает какой-то абсолютной чернотой чернотой. Самое время паниковать, но меня спасала мысль, что я уже переживал что-то похожее в капсуле психиатра Степанова. И этому можно сопротивляться.

Я и сопротивлялся.

Десять секунд. Не быстро. Совсем не быстро. Уже на грани обморока я добрался до стены и проник за неё. Чёрт! Тут тоже самое! Поле и тяга вниз.

Ладно. Я выдержу! Я оказался в пустом коридоре. Ни одного ящика, робота, человека в скафандре. Негде спрятаться!

Сознание начало мерцать. Я терял сознание и приходил в себя, каждый раз обнаруживая себя всё ближе к полу. Чёрт. Так не пойдёт. Я не дойду до конца коридора, меня втянет в пол намного раньше, тем более не ясно, что там меня в конце коридора ждёт.

Может за боковой стеной не будет этого воздействия?

Я дёрнулся влево, намереваясь пройти через стену. Это получилось. Стена, похоже была несущей. Уж очень толстая.

Я оказался в какой-то кладовке, в которой тоже некуда было прятаться. Пол был всё ближе. Сознание снова замерцало, пол был всё ближе. Это фиаско, братан — прокомментировала моя отпущенная на волю часть мышления.

Нет. Фиаско нам не надо…

Какая-то мысль мне показалась очень важной.

Да. Вот она: «сознание снова замерцало». Сознание СНОВА замерцало! Значит оно какое-то время не подвергалось влиянию поля?! Где?

В стене!

Я рванулся обратно, будучи уже на высоте не больше десяти сантиметров от пола. Влез в стену. И да! Внутри стены не было влияния поля! Ура! Я тут же зацепился телекинезом за вещество (больше всего напоминавшее помесь пластика с металлом) стены и понял, что смог, наконец, остановить тягу вниз, которая тут тоже была, но намного слабее.

Фух. Это было на грани.

«Маугли, ты жив?» — пришёл вопрос от Крапивы.

«Да. Я теперь человек-стена!» — от пережитого стресса в голов улезли тупые шутки. Но это меня успокаивало.

Я быстро рассказал Крапиве, что произошло и как я спасся. Нельзя сказать, что прям совсем спасся, но как минимум пока не попался.

Крапива сказала, что истребитель после акта саботажа со стороны капитана смог вывернуться из-под Цитадели. Кроме того, истребитель сделал две интересные вещи: отстрелил свои боты и втянул на их место наш. Оказывается, как только истребитель стал стрелять по Цитадели, Дилан перевёл этот истребитель в друзья. Соответственно, у капитана истребителя не было проблем забрать наш бот. Зачем он был ему нужен — не понятно. Там только наши мёртвые тела и всё. Но сделал и сделал. Капитан истребителя, видимо, до конца сам не понимал, что там такого ценного, поэтому попытался прикарманить наш бот. Сам истребитель опускался на поверхность Земли, выискивая место подальше от зоны поражения Цитаделью.