Чтение онлайн

По воле обстоятельств Джанет показалась в зале суда лишь дважды: когда приехала на предсудебное совещание, (в тот день вся семья появилась в белом), и в день оглашения вердикта. Так или иначе, источники утверждали, что вся семья Джексонов очень помогали Майклу, занимаясь делами "за кулисами" действа, поддерживали и успокаивали его во время всего суда.

Один из его братьев, Рэнди, играл самую активную роль в деле защиты Майкла. Именно Рэнди Джексон работал с Джонни Кокрэйном, который посоветовал пригласить в дело Тома Мезеро взамен Марка Герагоса, в тот самый момент, когда Майклу нужен был высококлассный специалист, способный полностью сфокусироваться на его деле.

Разумеется, ради сына там был и Джо Джексон. Возможно, он был там даже чаще, чем, возможно, кто-то от него мог ожидать. Ему приходилось прилетать порой из очень далёких мест, например из Японии. Джо не был в суде каждый день, но он приезжал постоянно и мог остаться на недели, чтобы услышать самые важные показания.

Джо, похожий на важного государственного деятеля, стоически восседал в зале суда. Он наблюдал за разными людьми, пытающимися упечь его сына за решётку. Казалось, его сильная личность и внушительная фигура олицетворяли собой твёрдость и основу всей семьи. Глядя на Джо, сидящего подле своей жены, было видно, что она занимает важное место в его сердце. Конечно они были далеко не воркующими влюблёнными, однако было заметно, что они составляют единое целое. Они очень волновались о благополучии своего сына, и не позволили бы никому отвлечь себя от дела заботы и поддержки Майкла. Ни Джо, ни Кэтрин не были в восторге от тех толп, что окружали здание суда. Они не были против фэнов, но, разумеется, очень не любили прессу. Но больше всего родители Майкла уставали от вспышек камер и были озабочены тем, чтобы прекратить грязные обвинения против Майкла.

Взгляд всего мира был прикован к семье Джексон. Ближе к концу процесса Джо невольно стал причиной переполоха среди прессы, приехав к зданию суда, когда присяжные совещались перед вынесением вердикта. Джо спрашивал людей, не видели ли они Майкла. Восприняв это как то, что он знает что-то о приговоре, а так же интересуясь, зачем он бегает вокруг здания суда, представители масс-медиа облепили Джо, давя друг друга в стремлении выследить его. Это был один из тех моментов, когда репортёры помчались напролом, в панике и суматохе, одержимые историей для своих статей. Однако всё быстро закончилось, когда пресс-координатор смог уладить этот беспорядок. Но всё же после того случая Джо Джексон покинул здание суда с ещё большей антипатией к прессе.

Так же каждый день там присутствовала и Кэтрин, которая в своей мягкой и безупречной манере скрашивала тот хаос, что окружал Майкла. Она всё время была в суде, и не имело значения, кто давал показания или сколь гадкие вещи должны были быть озвучены. Кэтрин крайне редко теряла концентрацию, крайне редко выражала эмоции, позволяющие показать людям, что же она думает по поводу этих назойливых обвинений в адрес сына. Кэтрин была женщиной, обладавшей той силой, без которой Майкл не смог бы прожить.

Суд шёл, и дни сменялись месяцами. Порой, сидя в зале, Майкл выглядел рассеянным. Порой по утрам он был так невероятно слаб, что для того, чтобы попасть за своё место за столом защиты, он нуждался в помощи одного из охранников. В таких случаях Кэтрин улыбалась и подмигивала ему, и это давало ему силы держаться, расправив плечи. Взгляд Кэтрин, направленный на присяжных, был пронзителен, и её кивок, казалось, проникает вглубь души Майкла. И как бы плохо ему ни было, всё, что было нужно Майклу, чтобы успокоиться и собраться, готовясь к новой битве – это присутствие Кэтрин.

Одним утром для дачи показаний со стороны обвинения был вызван Энтони Аркуизо, психолог, специализирующийся на работе с детьми, подвергавшимися насилию. Он сказал присяжным, что занимается пострадавшими от насилия детьми с конца 70-х годов. Этот человек имел за плечами годы клинических исследований, защитил диссертацию по клинической психологии. Он был вызван не для обсуждения конкретных обвинений, рассматриваемых в суде, но для того, чтобы дать присяжным понимание "действий, вводящих преступника в доверие ребёнка", которыми часто пользуются похитители-насильники детей. Доктор Аркуизо объяснил, что наблюдал преступников, которые начинали свои дела с дружеских отношений с ребёнком, потом постепенно вносили в эти отношения "лёгкую сексуальную подоплёку", например, шутки на грани фола, или комментарии по поводу груди у девочек – в общем, закидывали такие маленькие удочки, вносящие сексуальный подтекст. Объясняя процесс сближения с ребёнком, доктор Аркуизо сказал, что всё происходит постепенно: сначала ребёнку показывают специфические фильмы, потом добавляют порно-содержимое, потом следуют

прикосновения и трения сзади, и это продолжается всё дольше. В конечном счёте сексуальный характер действий выражается всё настойчивее, и выливается в настоящее сексуальное проникновение.

Доктор Аркуизо рассказывал, что насильники обычно начинают с малого: показывают ребёнку эротический фильм или порно-журнал – то, что внушит ребёнку мысль о сексе и подготовит к нему.

Когда Мезеро проводил перекрёстный допрос, жюри присяжных узнали, что доктор Аркуизо, как свидетель, имеет жалование от штата и его показания в 90% случаев служат пользу истцам. И хотя он раньше никогда не работал с прокурором округа Санта-Барбара, доктор Аркуизо имел большой свидетельский опыт в рассматриваемых уголовных делах по всей северной части Калифорнии. Большинство работ доктора в суде заключалось в том, что он давал оценку детям и их семьям, с точки зрения академика калифорнийского Университета Дэйвис.

– Вы опубликовали множество статей по разным аспектам клинической психологии, не так ли? – спросил Мезеро.

– Большинство из них по вопросу плохого обращения с детьми,– заявил Аркуизо.

– Согласны ли вы с тем, что ложные обвинения в сексуальном домогательстве делаются детьми?

– Безусловно.

– И ни в одной из ваших статей не велось речи об этом вопросе, верно?

– Верно. Это не входит в область моих исследований, – ответил эксперт.

Мезеро желал донести, что, в отличии от доктора Аркуизо есть множество людей, специализирующихся на детской психологии, кто подробно описывал случаи ложных обвинений в сексуальном домогательстве, сделанных детьми. Адвокат защиты упомянул несколько резонансных случаев в Калифорнии, когда дети выдумывали обвинения в сексуальном насилии. Мезеро подробно рассказал о случае в Бейкерсфилде, когда дети заявили об изнасиловании и взрослые были за это осуждены, но годы спустя те же дети выступили с признаниями в том, что все обвинения были ими выдуманы. Мезеро так же сослался на случай в дошкольном учреждении Макмартин. Это был известный случай, когда дети выдвинули лживые обвинения в изнасиловании, и позже были выведены на чистую воду. Но Аркуизо сказал что не был хорошо знаком с деталями того дела, и это его заявление было шокирующим: ведь он вызывался в качестве эксперта для дачи показаний в этой области. "Дело школы Макмартин" было на слуху у большинства детских психологов.

По ходу допроса доктора Аркуизо Томом Мезеро, члены жюри выяснили, что у данного эксперта совершенно нет опыта в вопросах сфальсифицированных обвинений в домогательствах, сделанных детьми. Аркуизо заявил, что он некомпетентен говорить о том, для чего ребёнку придумывать вещи, имеющие отношение к сексу.

Доктор Энтони Аркуизо заявил, что он врач, что он даёт оценки по вопросам душевного состояния ребёнка, и в его работу не входит выяснение того, был ли ребёнок на самом деле совращён, или же нет. Эксперт хотел вернуться к прежним темам, закончив разговор о лживых обвинениях, но Мезеро хотел сконцентрироваться именно на этой теме. Когда Мезеро нужно было добыть ответ на поставленный вопрос, он мастерски демонстрировал свою способность в этом.

– Сейчас вы сделали замечание по поводу того, что родители могут устроить так, чтобы их дети солгали насчёт сексуальных домогательств, верно? – нажимал Мезеро.

– Думаю, я просто привёл это в качестве примера, – ответил доктор Аркуизо.

– Вы согласны с тем, что родители могут поощрить или склонить ребёнка сделать лживые заявления о сексуальном домогательстве, верно?

– Ну, я никогда не любил делать категоричные заявления, – сказал Аркуизо, – Но думаю, что по поводу лживых обвинений в домогательстве возможна поддержка ребёнка со стороны родителей.

– Позвольте мне задать гипотетический вопрос, – попросил Мезеро, – Есть мать и трое детей. Отца, как члена семьи, нет. В недавнем прошлом был тяжёлый развод. По случаю, мать и дети заводят знакомство с кем-то и выбирают этого человека исполнять роль отца в их семье. Они называют этого человека "папа", и их мать поощряет такое отношение детей.

Рисуя гипотетическую картину в попытке выяснить, что могло бы произойти, если мать и трое её детей вдруг увидели, что человек, принятый ими в образе отца, "вышел из игры" и ушёл от них, Мезеро попросил доктора Аркуизо представить, могла ли эта мать подвигнуть своих детей сделать заявления в сексуальном домогательстве против бывшего "отца". Под пристальным взглядом всего зала доктору Аркиузо пришлось признать, что он может себе представить такую ситуацию – когда мать поощряет своих детей солгать по поводу сексуальных домогательств. Однако доктор тут же уточнил, что случаи, подобные этому, если и могут произойти, то крайне редко.