Чтение онлайн

– Я не хотел ехать [на гастроли]. Я хотел остаться дома и быть как все.

Башир спрашивает у Майкла, что он думает о своём отце, полагая, что если бы Джо не был столь строг, Майкл не стал бы так успешен. Джексон говорит что в этом есть доля правды, но повторяет, что ему всегда нравилось быть на сцене, петь и выступать. Однако, замечает Майкл, были и времена, когда ему не хотелось выступать:

– Мне хотелось просто повеселиться, узнать что такое слоняться с приятелем, или что такое вечеринка с ночёвкой, или день рождения, которых у нас никогда не было. Или Рождество, которого у нас никогда не было.

Башир делает комплимент Майклу, говоря, что он "музыкант, который написал мелодии всей нашей жизни", и что благодаря его музыке "сложились мои романтические вкусы". Башир озадачен, почему человек, который принёс миру столько счастья и изумления, оказался столь критикуем другими людьми.

Джексон отвечает, что не понимает постоянной критики, объясняя, какую боль это ему причиняет: отдавать так много, вкладывать своё сердце – и получать в ответ столько жестокости. Он не понимает, почему в людях столько злости, особенно учитывая, что всё, что он хочет – это дать людям счастье и возможность хоть ненадолго уйти от действительности.

– Зачем обижать парня, который хочет внести немного солнечного света в вашу жизнь? За что? Я не понимаю, – говорит Майкл.

Башир говорит, что Майкла резко осуждают за всё, включая то, что он делал пластические операции. Что все люди заботятся о внешности, но ему не понятно, почему пластика стала публичным актом порицания именно для Майкла.

Майкл отвечает, что знаменитости всегда делали пластику, и заметно разозлён тем, что пресса объявила его "одержимым пластической хирургией". Джексон говорит, что он не делал со своим лицом и доли того, что ему приписывают, утверждая, что его глаза остались теми же, щёки и губы – его собственные.

Башир интересуется: сделал ли Майкл когда-нибудь что-то такое, что сочли правильным?

Джексон отвечает: чтобы он ни сделал, всегда найдётся кто-то, кто отзовётся об этом плохо. Без разницы, хороши ли его стремления, но всегда найдётся злопыхатель, который сведёт на нет все его усилия.

Башир спрашивает о "секретном" деле. Оно называется "Международный детский праздник", и это видение Майкла, его надежды помочь делом.

Джексон говорит, что есть День Матери и День Отца, но нет Дня Ребёнка. Майкл представляет себе этот день, который будут праздновать во всём мире. Это будет выходной день, свободный от школьных занятий, когда родители проводят всё время с детьми, отправляются в парк, на пляж, в магазин игрушек, и просто занимаются целый день тем, что хотелось бы ребёнку.

– Если бы у меня был такой день в детстве, когда я рос, мои отношения с отцом были бы совершенно другими, – говорит Майкл. – Он никогда не играл со мной в игры, я никогда не играл с ним, ни разу, ни в одну игру. Если бы он заставил себя, ну хотя бы на выходных, если бы сказал мне: "Майкл, сегодня День Ребёнка, пойдём в магазин игрушек?" – мои чувства к нему были бы совсем иными.

Майкл говорит о преступлениях, которые сегодня можно увидеть в школе. Он замечает, что эти преступления – протест для привлечения внимания, ведь дети слишком часто предоставлены сами себе. Он настаивает, что если бы дети видели больше любви и внимания в жизни, в них не было бы столько гнева.

Башир обмолвился, что один из их совместных планов – поехать в Африку, в ту её часть, где дети не доживают до своего пятого дня рождения из-за СПИДа. Ему хотелось бы знать, что Международный День Ребёнка мог бы сделать для этих умирающих детей из Африки.

– Для этих детей из Африки? – переспрашивает Майкл. – О, это принесёт много удовольствия ребёнку, даже если ему остался всего лишь час. Я видел умирающих детей, светящихся от радости. Я видел детей, которым давали только неделю до смерти. Говорили, что у них раковые метастазы по всему организму. И я говорил: "Позвольте мне позаботиться об этом ребёнке, просто дайте нам немного времени побыть вместе". И они приезжали в Неверленд.

Люди в суде были зачарованы, внимая Майклу на записи. Некоторые присяжные были потрясены, услышав, что Майкл видел полностью излечившихся онкологических больных. Майкл упомянул маленького мальчика, который полностью избавился от раковой опухоли и вновь отрастил волосы после посещения Неверленда. Джексон говорит Баширу о силе любви и молитвы. После Башир говорит: "Снято".

Без камеры, Башир пожимает руку Майклу и благодарит его за то, что он "необыкновенный". Он обещает Майклу, что расскажет всем историю его жизни. Он расхваливает Майкла за то, что он заботится о брошенных детях и продолжительно недоумевает, почему пресса пишет о суперзвезде только дурные вещи.

Башир повторяет, что чудесно видеть, как Майкл воодушевляет детей.

Пока двое мужчин ждут включения камеры и работают гримёры, Майкл спрашивает Башира о том, нравится ли тому жить в Англии. Башир отвечает, что он предпочёл бы жить в Риме, и Майкл отзывается, что любит Рим, хоть и не выносит папарацци, которые преследуют его на велосипедах. Майкл спокойно ждёт, когда заработают камеры и установят свет, и что-то говорит о Папе Иоанне Павле II, интересуясь его здоровьем. Упоминание Папы выливается в разговор об истории, роли Папы и Католической церкви:

Джексон: Они ведь не женятся, так? У них обет безбрачия?

Башир: Да. Но проблема в том – ты только посмотри, чем занимаются священники!

Джексон: Да, с детьми. Они в опасности.

Башир: Они в большой, очень большой опасности.

Джексон: О, да.

Башир: В очень большой опасности.

Джексон: Я знаю женщин, монахинь, они тоже связаны обетами безбрачия. Как и мужчины.

Башир: Знаешь, это не точно, но журнал "Vanity Fair" на днях подсчитал, что 60% священников Католической церкви растлили как минимум одного ребёнка на каждого. 60% – ты себе представляешь?

Джексон: Правда??

Башир: Церковь это покрывает. Знаешь, этот парень [журналист] объехал очень много церквей и говорил с епископами – никто не взял на себя ответственность.

Джексон: Где он ездил – по Риму?

Башир: Нет, по Америке, в разных штатах.

Джексон: Такое часто и у мормонов.

Башир: Ого, прям повальная мода!

Далее заработала камера, и обсуждать эту тему прекратили.

Башир хочет поговорить об "особом дне в Неверленде", когда Майкл приглашает сотни ребятишек в гости, и бесплатно, без ограничений, даёт им целый день наслаждаться всеми благами Неверленда.

Джексон объясняет, что занимается детской благотворительностью много лет, с самого раннего детства. Он рассказывает, что ему всегда говорили, что истинное милосердие идёт от сердца, и он так любит дарить детям улыбки. Майкл чувствует, что делает то, что обязан, замечая, что каждый должен помогать детям.