Чтение онлайн

— Не поняла, — говорю я.

Сердце резко ухает вниз от нехороших предчувствий.

Ваня сверяется с часами.

— Его тачку дернут аккуратненько и оттащат. Он на сигналку выскочит, там его и встретят.

Боже-боже… Что все это значит?!

— Кто встретит? Зачем?!

— Те, кто надо, те и встретят. Толпой отметелят. Разукрасят. Будет синий ходить, — нехорошо ухмыляется Ванька. — Я обо всем договорился.

— Когда это произойдет? — тормошу Ваньку. — Когда?!

Друг сверяется с часами.

— Минут через двадцать. А что?!

— А то!!!

Я изо всех сил толкаю Ваньку в плечи.

— Отменяй все! Живо! Так нельзя. Так не делается!

— Да почему отменять-то? Я же за тебя отомстить хочу… За выселения эти нечестные!

— Да ты дурак! Только хуже сделаешь! Звони и отменяй. ЖИВО!

— Не могу, — вздыхает друг.

— Почему?

— Я алкашей нанял. Не уверен, что у них есть телефоны. Два пузыря сразу поставил. Еще пять потом, как все сделают…

— Ой, дурак. Ты дурааак! — взывала я. — Ты не понимаешь, что ли, с кем связываешься?! И алкашей твоих посадят, и тебя самого! Тоже мне, мститель… Черный плащ! Ты на велике?!

— Нет, пешком.

— Значит, и я пешком!

Сорвавшись с места, я побежала. Если постараться, как раз успею добежать и… что-нибудь придумать.

Алкашей отпугнуть я не рискну, но Чарского предупрежу хотя бы. Он, конечно, мудак еще тот, но Ваня поступает совсем нечестно. Ничем не хуже него! Мало того, всех найдут и еще хуже сделают. Мэр Лютиково это просто так не оставит… А если докопается до сути, что из-за меня весь сыр-бор, может жестко отыграться на моей семье. Тогда мы не то, что без дома, мы и без работы, и без денег на улице окажемся! Дай бог, чтобы не за решеткой… Хотя я уже ни в чем не уверена. Они могут и это нам организовать…

— Ты куда?! — догоняет меня друг.

— Предупредить…

— Ну ты даешь, я ради тебя старался.

— Ради меня?! Ради меня мог бы просто подойти, плюнуть Чарскому в рожу и набить ему морду. Слабо?!

— А вот не слабо! — огрызается Ванька и прибавляет скорость так, что вихрем уносится далеко вперед.

Ааааа… Что я наделала?!

Таисия

Бегу изо всех сил, легкие готова выплюнуть, но я девчонка, а Ваня — здоровый, сильный парень. увлекающийся бегами и велогонками…

Разумеется, он оказывает далеко-далеко впереди, и быстро скрывается из моего виду.

Но я стараюсь не отставать, поэтому влетаю на улицу Чарских, вопя громко.

Вернее, пытаюсь вопить.

На деле я просто задыхаюсь и сипло выдаю едва слышные приказы.

— Ваня, дурак, стой! Стой, кому говорят! Не смей… Ааа… Тебе же хуже будет!

Даже издалека я различаю в сумерках две фигуры — более долговязый Ванька с модной прической полу-андеркат и Стас со своей пышной шевелюрой. Парни говорят о чем-то, бурно жестикулируя.

Накал чувствуется издалека.

Я подбегаю ближе, улавливая обрывки разговора.

— Думаешь, тебе все с рук сойдет? О грязных делишках твоего дядьки вся деревня знает.

— Так докажи, если знаете, — усмехается Чарский.

Судя по ленивой ухмылке, он Ваньку всерьез не воспринимает.

Краем глаза замечаю, что к месту разборок в пьяную развалочку собираются алкаши, переговариваются. Этих только не хватало! Шары зальют и больше ничего не увидят.

— Ты кто такой вообще? — уточняет Чарский. — Ааа… Ты, кажется. Тот самый Ивааан!

— Да, я тот самый Иван! Я за твои подставы в сторону Таси голову тебе отгрызу, понял?!

— Нет, я не про то. Я слышал, девчонки тебя Ванькой-дурачком называют, — открыто смеется в лицо деревенскому парню мажор. — Я про это.

Ванька застывает и вдруг резко бьет кулаком в лицо Чарского. Взвизгнув, я бросаюсь на спину Ваньке, чтобы тот отстал от мажора.

Только хуже будет, честное слово.

Счет идет на секунды.

Происходит что-то невероятное.

Любой другой бы получил кулаком в лицо и пошатнулся, но Чарский неожиданно ловко уходит от удара, уворачивается и пробивает по корпусу Ваньки несколько раз.

Я же, взлетевшая ему на спину, нечаянно словила удар.

От Ваньки.

Он как раз отводил руку назад, замахивался для нового удара.

Он меня не заметил в запале.

Но заехал очень больно мне локтем в лоб.

Вскрикнув, я рухнула, как столб.

— Кретина кусок! — выругался Чарский и сбил Ваню с ног, подсек его, повалив в сторону на пыльную землю.

Мажор бросился ко мне.

— Тась, Таська… Ты как здесь оказалась? Зачем в драку лезешь? Дурная совсем!

Чарский придерживал меня за плечи, встревоженно смотрел мне в глаза, обнимая.

— Болит? Сильно? Голова кружится? Сколько пальцев показываю?

— Нисколько! Я не вижу…

— В глаз попал, что ли?!

Чарский обернулся на Ваньку, который поднимался с пыльной земли, и крикнул.

— Стой там где стоишь, кретин года! Ты девчонке в глаз заехал.

Ванька вставал, поморщившись, но, услышав слова Чарского, мгновенно подскочил, бросился ко мне, попытался отпихнуть мажора, но тот снова рыкнул.

— Не подходи, рукожопое создание. Научись сначала по сторонам смотреть! — и гораздо мягче в мою сторону. — Давай, покажи мне свой глаз. Если надо, в больницу поедем.

— Болит все… Не глаз. Лоб болит, — заплакала я. — Но болит так, что даже глаза открыть больно.

— Благодари дружка своего! Пентюх! Вставай, я сейчас тебя домой отведу, посмотрим…

— Эй-эй, полегче! — подал голос Ванька. — Что значит, домой отведешь? В логово свое? А потом нечаянно в постель уложишь девку? Испортить ее собрался?

— Кретин! У нее может оказаться сотрясение. Представь, у людей в голове имеются мозги. У всех остальных, имею в виду. У тебя явно там трясти нечего…

— Хватит, — попросила я. — Не обижай моего…

— Парня! — выдал Ванька.

Чарский обомлел.

— Что?!

“Что?!” — подумала я следом.

Ванька же уверенно плюхнулся задом в пыль рядом со мной, приобнял за плечи.

— Я ее парень! — заявил немного хвастливо. — Так что к моей девчонке ласты не клей.

— Вы встречаетесь?