Чтение онлайн

— Неинтересно. Я на ваши малолетние тусовки больше не хожу. Скучно и по-детски.

Я могла бы сейчас умолять. Выложить всю подноготную, причины, мотивацию. Но тратить время на Ольховского себе дороже. Мозгов у него, кажется, не осталось. На футболе все отбил.

Поэтому в ход идет план номер два.

— Нет, ты пойдёшь со мной. Сыграешь роль моего парня. А ещё, надерёшь зад Гордееву. Понял?

Слышу смех.

— Звучит заманчиво. А я-то действительно решил, что ты хочешь вместе зависнуть. Хочешь, чтобы он тебя потягал?

— Заткнись! Никто меня не… Ай… — фыркаю. — Ты в прошлом. Но ненадолго вернись в настоящее и сделай то, что я прошу. Хотя… может, Гордееву понравятся твои очень интересные фотографии. Как думаешь?

Кидаю наживку.

— Не вздумай!

— А что? Кукарекууу…

— Ты сказала, что удалила их!

— Удалю. Если сделаешь всё, что я прошу. И без всяких копий.

Шантаж штука хорошая. И как же здорово, что я всё и про всех чаще всего знаю. Слухи проходят через меня и моих подруг, а уже потом мы их фильтруем, пуская в жизнь универа. Дело гадкое, но от него никто не застрахован.

А вот насчёт фотографий Ольховского, если быть честной я их правда удалила. Зря, конечно. Можно было каждый раз с него что-то тянуть. Но благо сейчас этот факт мне пригодился.

— Увидимся в восемь на вечеринке. И надень что-нибудь покороче. Всегда нравились твои ножки.

Он сбрасывает вызов. Телефон держу у подбородка обдумывая произошедшее, и вообще дальнейшие планы, а вокруг меня гробовая тишина. Поднимаю на девочек глаза:

— Ну и чего стоим? Время собираться. Все ко мне.

Музыка гремит, да так что басы будто бьют по груди изнутри. Свет мигает, воздух — густой, сладкий, с привкусом алкоголя, духов и настоящего веселья. Я вхожу внутрь, на мне платье слишком короткое. Даже для меня. Еще и свечусь ярче неоновых огней в зале. Одергиваю подол, уже в который раз. Но оно все равно поднимается, как будто нарочно. Неееет, сегодня я поставлю жирную точку на морде Гордеева, да такую, что он вообще подойти ко мне будет бояться.

— Ну что, готовы? — прорываюсь сквозь шум, чтобы девчонки меня услышали.

— Может, просто повеселимся? Первый день, а уже какие-то приключения. Не набрать бы их на свою задницу, чтобы завтра с позором, — возмущается Ритка.

— Ты их и так наберёшь, когда вольёшь в себя алкоголь. Поэтому сначала сделаем дело, а потом уже гуляем смело, — встревает Вика, быстро приводя Ритку в нужное русло.

— Ваша задача — за малЫм. Просто меня подстраховать. А дальше включайте режим шальной императрицы и отрывайтесь. Я, между прочим, готова разделить с вами свой триумф над Гордеевым.

— Главное, лицом в грязь не упасть.

— Типун тебе на язык, — одёргиваю Риту сумкой. — Пошли уже. Для начала нужно найти Ольховского.

Вечеринка по случаю начала года ничем не отличается от остальных таких подобных. Первокурсники отгребают от старших, проходя «посвящение», которого по факту не существует. Все отрываются. Я хожу на такие тусовки не ради веселья, а чтобы быть в курсе кто, где и с кем и чего натворил. Мимо меня муха в универе не пролетает.

— Рит, ты проверь випки вместе с Викой, а я пока мимо бара пройдусь. Заодно выпью чего-нибудь и выловлю Ольховского.

Девчонки кивают, берутся за руки и исчезают в толпе. А вот я двигаюсь к своей цели. Людей тьма. Все здороваются, улыбаются. Мне приходится через силу давить любезность.

— Да где же ты, Миша?! — ворчу, пробираясь сквозь танцующих со стаканами. Брызги летят, а от бывшего ни следа. Даже компания первокурсниц и красивых девчонок пустует без него. — Твою ж…

Спотыкаюсь. Верёвочка босоножек, которую я весь вечер укладывала на голень, развязалась. Подстава. Замедляю шаг, ищу глазами хоть какую-то опору, чтобы остановиться и привести всё в порядок.

И вот лучше бы смотрела прямо перед собой, держа себя в полном вооружении.

Меня кто-то толкает. Сильно. Равновесие покидает чат. Я выставляю руки вперёд, в надежде за что-то ухватиться. Пальцы цепляются, ощущаю телесно ткань плотная, явно мужская. Но ноги не спасают, и мои колени встречаются с кафелем. Боль резкая, как удар током. Я сжимаю зубы, чтобы не заорать, да и если закричу — никто не услышит. И вот и лучше бы я была в моменте глухой.

— Воронцова, ты, я смотрю, традициям не изменяешь?

В голове раздается голос. Знакомый. Даже слишком.

Это что, галлюцинация? Муха жужжит? Или я сошла с ума?

Ладонь всё ещё сжимает ткань, а вот я медленно начинаю выпрямляться и поднимаю глаза. Вот и все… Победила называется. Сама себя раскатала у ног своего же заклятого врага. Слова застряли в глотке, а вот Гордеев, он явно чувствует свой триумф и выплевывает еще одну колкую фразу.

— В этот раз уже требуешь продолжения? Ну, пошли. — довольно ухмыляется наглец и кидает взгляд на мою руку, которая расположилась между его ног.

Убейте меня. Прошу.

Свят.

Она прикольная… Черт возьми, но есть что-то что меня тянет к Воронцовой. Не могу пройти мимо, чтобы не зацепить ее словом и не услышать ответный рык. Как горят ее глаза при виде меня, и пускай в них ненависть, прямой гнев, но в этом самый кайф. Ощущать ту самую изюминку и искренность по отношению к себе. Девки вокруг им важен мой статус, как сучки в вечной течке. Но для Воронцовой это все неважно… Идеальная картинка студентки отличницы и примерной дочери для меня окончательно развеялась, когда мы с ней…

Блять, Гордеев, стоит меньше об этом вспоминать. Мой косяк там тоже есть и надеюсь, Геля его не заметила. Переволновался чутка. А спасение пришло вовремя.

И сейчас… прям офигенный момент. Когда она у моих ног, вся такая красивая, в коротком платье смотрит растерянными лупатыми глазенками и подбирает в своей голове как же мне ответить. Каюсь… Уже не первый раз наблюдаю ее в таком положении. И это моих рук дело. Только вот в прошлый раз ее пальчики так охотно не обхватывали моего дружка своими коготками.