Шрифт:
Глава 1.
Валерия.
– …таким образом - это и является ключевым элементом, без которого вся конструкция просто рухнет - в прямом и переносном смысле.
– Молодец, Ветрова. Как всегда, отлично. Можешь садиться, - преподаватель кивает с довольной улыбкой. Только вот когда я двигаюсь к своему месту, ловлю недовольные взгляды сокурсников.
– Ветрова, а есть вообще что-то, чего ты не знаешь?
– смеётся Комаров с задних парт. В голосе его раздражение пропитанное высокомерием.
Ответить не успеваю, за меня это делает Виктор Львович:
– Комаров, вместо того чтобы уточнять знания других, сам бы показал свой уровень. А Ветрова, между прочим, уже готовый специалист.
Так всегда. Не хочу привлекать внимание, но преподаватели будто сговорились. От слов Львовича морщусь, тем самым хочу провалиться сквозь землю. Да, я учусь. И что? Мы ведь для этого сюда пришли. Только вот у меня нет богатых родителей. На бюджет я поступила сама, без блата и подачек.
– Я же не выскочка, как эта… - вновь брезгливо кидает Комаров в мою сторону.
– Хватит! К доске давай будешь по делу говорить, раз язык у тебя так подкован. Сейчас и проверим, кто ты у нас.
Он кривится, гримасничает, бросает в мою сторону очередной взгляд. Я лишь отвожу глаза. Подруга рядом сжимает мою руку для успокоения. Но Диму спасает звонок с пары.
– Не судьба, - роняет довольно парень в сторону преподавателя и, проходя мимо, толкает бедром мою парту. Книги валятся, а вокруг начинается смех. Мда уж… Такие поступки не от великого ума. Я чаще глотаю всё это, спуская на глупость обидчика. Зачем лишний раз трепать себе нервы, если никто ничего не поймет.
– Лер, не обращай внимания, - Ирка помогает собрать вещи и Ваня присоединяется к нам. Они мои лучшие друзья. Мы с первого дня вместе. Такие же простые ребята, отличники, но почему-то именно меня все недолюбливают.
– Сама виновата. Наверное, не стоило руку поднимать. Лучше бы сидела.
– А что плохого? Пусть еще скажут спасибо, что твое желание ответить помогло некоторым двояков не нахватать.
– Ладно, пойдёмте.
Накинув рюкзак, выходим из аудитории и прямиком на улицу. Осень сейчас приятная. Листва только начала опадать, а птицы всё ещё поют - особенно когда солнце пробивается сквозь облака.
Сделав несколько глотков воздуха и поморщившись от яркого луча, опускаю глаза, возвращая их прямо перед собой и, собственно встречаюсь с загадочными лицами друзей.
– Эй, вы чего?
– Да так… Может, обсудим твой день рождения? Осталось всего два дня. Как насчёт клуба? – игриво, явно с каким-то намекающим уклоном спрашивает Ирка.
– Я бы начал с домашних посиделок. И вообще, в этих ваших клубах обычно слишком шумно. Я недавно читал статью, где говорилось, что превышение децибелов, прямиком действует на мозговую активность, - поправляя очки, отвечает Ваня.
– Вот я согласна с ним полностью. И мама моя уже всё расписала. А как вы знаете… - заминаюсь с извиняющимся взглядом.
– …ей отказать я не могу. Так что танцуй, Вань, будут домашние посиделки. Потом чай и тортик.
– Скукотища… - пыхтит Ирка, закатывая глаза.
– Ветрова, тебе уже почти двадцать, а ты сидишь дома. Самое время отрываться.
– Всё успею ещё.
– Успеет она… - снова ворчит подруга.
– Ирина, хватит. Я, например, уже предвкушаю фирменный «Наполеон» Тети Оли. Вкусный он, пальчики оближешь.
– Тоже мне, друг называется, - пихает его Ира, потом щипает за руку. Парень от этого визжит:
– АААА! Я, между прочим, не только твой друг.
– Ой, ну вас. Скучные вы. Пылью скоро обрастёте.
– Что ты заводишься?
– ситуация выходит на повышение градуса в нашем разговоре. С одной стороны, я понимаю: мой день рождения должен выглядеть иначе. Но с другой… Меня вырастила мама. Одна. И я всеми силами стараюсь её не огорчать. А быть примерной дочерью - это один из пунктов.
– Ничего, - обиженно отворачивается подруга и рассматривает свой маникюр.
– Хорошо. Что ты хочешь? Чтобы я, не знаю… надела какое-нибудь шлюхастое платье, пошла в клуб, пила алкоголь? Там, например, залезла бы на стол и танцевала? Хотя знаешь, может, перед этим мне нужно было бы позвать Евсеева - пусть посмотрит. – выпаливаю как на духу, слегка повышая тон голоса.
– А это уже интересно, - с кокетством тянет Ирка призадумываясь. А меня ещё больше подрывает.
– Отлично. Так и сделаю. Довольна?!
– В принципе, да. Только вот кишка у тебя тонка, подруга. Ты к Евсееву подойти боишься. А как видишь - так вообще кипятком… кх… прости.
Она понимает, что перегибает, но на слабо меня явно берёт. Моментами, ее такие пендали меня выручают, двигая на смелые поступки. И вот факт, не было еще ни разу, чтобы случилось что-то плохое. Ваня, как обычно, молча наблюдает стоя рядом. Порой ему не хватает коробки с попкорном. Но не стоит думать, что с Иркой мы ругаемся - это так, периодически наше привычное.
– А вот и нет.
– Что - нет?
– с хитринкой выгибает бровь Ирка, вновь вытягивая из меня слова.
– Я позову Евсеева на свой день рождения.
– А платье и клуб?
– Оооо, ну, тут ты не перегибай, - тычу ей в лицо указательным пальцем с угрозой.
– Ладно, остановимся на Максе. И посмотрим, как ты это сделаешь.
_____
Вот я и стою у двери мужской раздевалки. Мда… А могла бы сейчас сидеть в столовой, жуя булку и запивая всё чаем. Эх… Но Ирка, наверно, метлой меня погонит.
Давай, Ветрова. Пришло время отвечать за слова. За язык меня никто не тянул, хотя как посмотреть. Сейчас тут либо сбегать с последней пары, чего я допустить не могу, либо мне не отвертеться. Позорится, так позорится.
Группа Евсеева после физкультуры принимает душ и переодевается. Так вот, уже минут пять я топчусь у двери, периодически касаясь пальчиками ручки.
– Ну же, Ветрова, ничего сложного. Всего пару слов… Хотя… - делаю шаг назад.
– Можно же сделать это позже. Или вообще сказать Ирке, что пригласила, а Евсеев отказался. Да, именно так.