Чтение онлайн

Ничего не ответив, Быков покинул офис, почувствовав, как между ним и Кареевым впервые за время их знакомства пролегла трещина. Прошатавшись весь день по различным инстанциям, он вернулся к себе домой поздно вечером, решив на этот раз переночевать у себя.

В тот вечер он выкурил перед сном слишком много сигарет. Сказывались треволнения тяжелого дня и неприятный разговор с Кареевым. Он прилег, и тут началось нечто невообразимое, неподдающееся обычному осмыслению.

Вначале, лежа на кровати с закрытыми глазами, он почувствовал вдруг, как его тело начало вибрировать каждой мышцей, каждым сосудом и каждой клеткой. Ему показалось, что он раскачивается в пространстве, словно на качелях, вверх-вниз, вверх-вниз. Затем закружилась голова, и он неожиданно очутился где-то вне пределов своего тела. Сознание раздваивалось. С одной стороны он ощущал все переживания, связанные с восприятием его органов чувств, а с другой – разум его находился где-то вверху и позади его головы, далеко за пределами его физического мозга. Внезапно, хотя глаз он не открывал, Быков увидел погруженную в темноту спальню, в которой смог четко различить знакомые ему предметы. Затем изображение размылось, его внутреннему взору предстала чернильная пустота, из которой прямо на него медленно наплывал зловещий черной окраски шар. Этот шар становился все больше и больше, пока не заполнил собою весь окружающий мир.

Затем с Быковым стало твориться нечто страшное, чего он никогда не испытывал и не желал бы испытать никогда. Это были голоса, тысячи, миллионы всевозможных голосов, заполнивших весь его разум. Настойчивые, неуловимо быстрые, угрожающие, эти голоса звучали отовсюду, со всех сторон и даже, казалось, откуда-то изнутри его естества. Описать словами это жуткое состояние не представляется возможным. Это было каким-то кошмаром, бредовым наваждением.

Внезапно до него дошло, что голоса принадлежат всем людям, когда-либо жившим на Земле – живым и мертвым. Они нахлынули на него подобно бурному паводку, затопив его сознание хаосом и мраком своей информации.

Он попытался избавиться от них. Вскочил на ноги, зажег свет и принялся расхаживать по комнате. Стал кашлять, разговаривать вслух и даже петь песни. Но тщетно, ничего не изменилось – голоса не исчезали. От страха Быков весь покрылся липким потом. Еще немного и он определенно сойдет с ума.

Тогда он начал обращаться к Светлым силам космоса, к Богу, к дэвам. Ничто не помогало. Он мысленно обращался ко всем высшим силам, какие только мог вспомнить в тот момент. Сознание его рисовало картины мощной энергетической защиты дэвов, он представлял, как Христос гладит его по голове, произнося вслух обращенные к нему ласковые слова утешения. Но голоса все не пропадали, они продолжали звучать, то стихая на время, то снова усиливаясь.

Тогда он прилег обратно в постель и твердо произнес: «Я жажду истины». И голоса исчезли. Они прекратились так же внезапно, как и начались.

Быков лежал, сжимая кулаки, его неотступно преследовала одна навязчивая мысль. «Теперь я знаю, знаю, – твердил он про себя, – почему многие мистики сходили с ума или заканчивали жизнь самоубийством». За одну такую ночь можно было поседеть, и вконец обессиленный этими переживаниями Быков не был уверен, что утром не увидит в своих густых темных волосах белый снег седины.

Позавтракав, он вновь отправился в город, где потратил весь день на поиски доказательств возникшей у него версии. Он оббивал пороги многих учреждений – вплоть до Управления безопасности, где у него были знакомые. Статус героя Сопротивления давал ему многие преимущества. К тому же во время того памятного рейда, когда они разгромили базу «черных» боевиков, со многими офицерами и сотрудниками силовых ведомств он, что называется, побратался кровью. И теперь люди шли ему навстречу, делились нужной и порою секретной информацией.

Потому сегодня ему все же удалось выяснить кое-что существенное для своего расследования. Вечером, уставший и проголодавшийся, с аппетитом поглощая ужин, он попутно излагал Ларисе те факты, что ему посчастливилось установить благодаря дневным поискам.

– На этот раз, – рассказывал он своей подруге, – мне удалось обнаружить кое-что интересное и даже важное для расследования. А именно – я подметил одно очень странное, на мой взгляд, обстоятельство гибели наших друзей. Это касается личности погибших вместе с ними людей. Как ты, наверняка, помнишь, и Богдана, и Петра сопровождали сотрудники Управления безопасности, разделившие их участь. В первом случае это были два пилота, а во втором – двое офицеров охраны. Таким образом, погибших всего шестеро, двое из которых наши друзья. И самое поразительное кроется в том, что остальные четверо были ни кем иными, как членами нашей диверсионной группы, той, что штурмовала цитадель Дивова. Получается, что все, кто участвовал в операции по уничтожению посланца инферномира, теперь уже мертвы. Кроме меня, конечно! Отсюда напрашивается закономерный, хотя и несколько неожиданный вывод: кому-то стала выгодной смерть участников акции по ликвидации «черного» диктатора.

– Боже, о чем ты говоришь?! – испуганно воскликнула Лариса, – но ведь это чудовищно! И вообще, кому это может быть нужным?!

Быков помолчал, собираясь с мыслями, потом кивнул:

– Ну, лично у меня возникли две наиболее подходящие версии: либо это дело рук мафии, в которой верховодят оставшиеся в живых специалисты из дивовской охранки, либо в этом замешаны черные маги и дьяволопоклонники, объединившиеся в клан и отомстившие за убийство Антихриста. В обоих случаях основным побудительным мотивом преступления является акт мести, совершенный весьма опытными в своем деле исполнителями. Ведь нужно было знать время и маршрут следования вертолета в первом случае и автомобиля во втором. И знаешь, я начинаю подозревать, что в самом центре Управления безопасности засел предатель или несколько предателей, пособников наших врагов. И со всем этим еще нужно будет разобраться, но, к сожалению, возможности мои ограничены, несмотря на почетный титул героя Сопротивления.

– Да, – в задумчивости добавил он, – нас было семеро героев Сопротивления, спасших мир от гибели, а теперь вот в живых остался только я один. А мои соратники сейчас находятся уже где-то далеко в тонких мирах, расставшиеся со своими земными оболочками. Так всегда – из куколки должна вылупиться гусеница, и человеческая душа рано или поздно, но обязательно покидает свое тело.

– Руслан, – Лариса прильнула к нему, обняв за шею, – мне страшно. Я так беспокоюсь за тебя после всего, что ты мне рассказал.

– Не бойся, дорогая, – он улыбнулся и поцеловал ее, – ничего со мной не случится. Один раз смерть уже пыталась забрать меня с собой, но ничего из этого не вышло. Я все еще жив и, самое главное, люблю тебя!

Заседание было назначено на семь часов вечера, когда обычно уже спадала полуденная жара. Устроители встречи и приглашенные собрались в актовом зале одного из бывших колледжей, который теперь пустовал ввиду известных всем объективных причин.

Пока Быков занимался частными поисками, Кареев не терял времени даром. Тщательно проанализировав и обобщив в единую цельную систему все те знания, что им удалось получить с помощью вновь обретенной памяти Быкова, он с присущим ему энтузиазмом и предприимчивостью разослал по всем крупным городам страны воззвания к тем, кому не безразлична судьба цивилизации и страны, с приглашением на встречу парапсихологов, экстрасенсов, уфологов и прочих исследователей необъяснимых феноменов.

Приглашение это возымело успех. Обширное помещение, вмещавшее обычно не более сотни человек, было на этот раз переполнено до отказа, так что совершенно не оставалось свободных мест. В желающих выступить не было недостатка, поэтому председательствующий Кареев только успевал следить за установленным порядком выступлений.

Каких только речей не прозвучало в тот вечер! Поднимались самые насущные и злободневные темы, выступающие делились своим опытом и знаниями, возникали оживленные дискуссии между докладчиками и залом. Время летело незаметно. Никто не замечал наступления сумерек и не собирался расходиться, пока Кареев не объявил заседание закрытым. Так как не удалось реализовать полностью все, задуманное организаторами встречи, решили продолжить заседание на следующий день.

Присутствовавший здесь Быков, под руку с Ларисой поднялся на трибуну президиума, где Кареев собирал со стола документы и складывал их в свой портфель. Тепло приветствовав своего соратника, Быков обратился к нему с вопросом: