Чтение онлайн

– Внимательно посмотри мне в глаза!
– сказала она Тогрулу.
– Видно, ты так и не узнал меня хорошо. Женщина, которая смогла возвести тебя на престол, сможет и свергнуть тебя с него. Советую тебе не забывать этого никогда! Если бы ни я, ты продолжал бы и сейчас зависеть от воли атабека Мухаммеда. Ты назывался султаном, но власти у тебя было меньше, чем у самого простого визиря. Я сделала тебя элахазретом! Не будь меня, ты был бы все тем же ничтожным пьянчугой. Предатель! Неблагодарный! Не ты ли когда-то клялся моими губами сделать меня мелеке?! Не ты ли обещал провозгласить моего сына наследником престола?! Ты забыл все, что я сделала для тебя! Если бы не Гатиба, халиф Насирульидиниллах не пустил бы тебя на порог своего дворца. Если бы не я, атабек Мухаммед ослепил бы тебя, предателя. Твои глаза должны быть благодарны мне за то, что они видят солнечный свет. И тебе не стыдно смотреть мне в лицо?! Когда я награждаю, моя рука щедра, но трепещи тот, у кого я отнимаю награды! Ты обязан соблюдать условия нашего договора с Бахрам-шахом, Текиш-ханом и иракцами. Ты должен выполнить все, что мы обещали им! Я требую, чтобы ты сдержал свои клятвы, на которые не скупился, когда целовал мои губы!

Тогрул громко расхохотался.

– Как можно серьезно говорить об обещаниях, которые давались в нетрезвом виде? Я попеловавл тебя, ты поцеловала меня. Ответь мне, красавица, как можно верить обещаниям, которые давались мужчиной, разгоряченным страстью и красным вином? В то время я был никем непризнаваемым султаном, а сейчас я всесильный элахазрет. Тогда ты была великая мелеке, а сейчас ты просто обманутая женщина, убившая своего мужа. К тому же ты обманщица. Вспомни, что ты сказала, когда я поцеловал тебя в последний раз?

– Ничего я не говорила тебе.

– Ты забываешь о своих обещаниях, однако требуешь от других, чтобы они помнили свои.

– Я никогда не забываю своих обещаний.

– Тогда ты вырвалась из моих объятий и сказала: "Остальное потом!.." Или, может быть, этого не было?

– - Было.

– Разве это "потом" уже не наступило?

– Нет, еще не наступило. Пойми, я убила своего мужа и сделала тебя полновластным хекмдарсм! Неужели этого мало для тебя?

– Мало, Гатиба, мало! Ты помогла мне овладеть властью, но это еще не все, что мне надо. Трон шатается подо мной. Кызыл-Арслан пока жив. Если я женюсь на тебе и провозглашу твоего сына наследником престола в ущерб моему сыну Мелик-шаху, на другой день народ обвинит меня в убийстве атабека Мухаммеда и изгонит братоубийцу из страны. Я опять останусь без трона и короны. Ответь мне, если я поспешу жениться на тебе, поспешу объявить твоего сына Гютлюг-Инанча наследником престола, как посмотрит на это Кызыл-Арслан? Разве он не сочтет наш брак союзом направленным против него? Ты не должна торопиться, - это может привести к тому, что ты еще раз опозоришься на весь Восток. И, пожалуйста, не надо упрекать меня. Трон и корона, которыми я сейчас владею, по существу всегда были моими. Нечего гордиться тем, что ты вернула мне мои законные права. Ты погубила главу знаменитой династии Эльдегезов. Я ни за что не исполню того, что ты обещала

нашим врагам. Допустим, ты отдашь Персию и Кирман Бахрем-шаху, Хорасан и Мерв уступишь Текиш-хану, а Мосул и Хамадан подаришь иракцам, - где и над кем я тогда буду властвовать?!

– В Азербайджане, над азербайджанцами, - не задумываясь ответила Гатиба.

– Азербайджан, увы, не наш. Там властвует Кызыл-Арслан. Стоит ему обратиться к народу с призывом: "На коней!" - и в поход против нас выступят сотни тысяч всадников. Я не отрицаю, ты убила моего брата, ты избавила нас от его властной руки, ты помогла султану Тогрулу взойти на принадлежащий ему по праву трон, но ты должна знать: Тогрул никогда не сможет стать атабеком Мухаммедом. Когда я уступил ему свою власть, я думал о том, что империя получит большого, деятельнего хекмдара. Однако две веши мешали мне житье ним в дружбе: первая - зависть, вторая - враги нашего государства. А теперь поразмысли и ответь мне: разве ты находишься не в лагере наших врагов? Удар, который ты нанесла по нашему салтанату не могли нанести ни иракны, ни хорезмийцы. Прошу тебя, когда ты будешь попрекать меня, говоря, что помогла мне вновь вернуться к власти, не напоминай мне о том, что ты убила моего брата. Это может испортить нашу дружбу. Не забывай, нас родила одна мать Тюркан-хатун. Если бы не меч атабека Мухаммеда, мы никогда не владели бы таким обширным государством.

Гатиба почувствовала, что Тогрул не шутит с ней. В его словах прозвучала явная угроза. Это означало, что Тогрул может обвинить ее в убийстве своего брата и предать смерти.

"Хитрая лиса!
– подумала она.
– Ты просишь не напоминать тебе о смерти твоего брата?.. Вспомнил, что вас родила одна мать? Погоди же, у тебя будет возможность раскаяться в своих словах!"

– Элахазрет султан должен был вспомнить о том, что его и атабека Мухаммеда родила одна мать тогда, когда он послал к больному атабеку цирюльника с бритвой, смоченной ядовитым зельем!
– бросила она с усмешкой.

Выпад Гатибы заставил Тогрула переменить тон.

– Кто бы ни совершил убийство, ты или я, - это большое преступление. Ведь этим мы достигли очень немногого. Но атабек мертв, и взаимными обвинениями мы лишь можем погубить себя обоих.

– Раз так, надо выполнять свои обещания,- оборвала его Гатиба.

– Это возможно лишь в том случае, если обстановка будет благоприятной.

– Сейчас ты являешься полновластным султаном. Разве это не означает, что обстановка благоприятна?

– Нет, Гатиба, не означает. Ибо нам неизвестно, что затевает Кызыл-Арслан. Все будет иначе, как только обстановка прояснится. Я не отказываюсь от своих обещаний, но для того, чтобы осуществить их, нужен удобный момент. Мы должны ждать. Я уже клялся этими губами и опять клянусь!..

Сказав это, Тогрул поцеловал Гатибу в губы.

Но каждый понимал: один хочет обмануть другого.

После свидания с Тогрулом Гатиба окончательно поняла: она обманута и допустила большую оплошность, лишив жизни мужа. Стремясь к достижению своих целей, она хотела использовать других как оружие, а получилось иначе: она сама оказалась оружием в чужих руках.

Гатиба пролила много слез, но было уже поздно: она не могла воскресить атабека Мухаммеда. Она понимала, у нее уже никогда не будет власти и прав мелеке большого государства. У Гатибы не осталось никого, кто мог бы прийти ей на помощь. Раньше у нее были два ловких сообщника: Хюсамеддин и Себа-ханум, которой она пожаловала свободу. Но сейчас Хюсамеддин был сердит на нее, а Себа-ханум жила в деревне Касумабад, занятая строительством дворца.

Хюсамеддин окончательно переметнулся на сторону Тогрула, возглавив его армию. При жизни мужа Гатиба часто обещала ему: "После убийства атабека я буду принадлежать тебе!" Но все ее посулы оказались лживыми.

Узнав о том, что Гатиба мечтает стать женой Тогрула, Хюсамеддин отдалился от нее, не переставая думать о мести.

В последнее время, размышляя о случившемся, Гатиба осуждала себя за допущенную ею вторую большую оплошность - небрежность по отношению к Хюсамеддину. Она часто вспоминала слова Хюсамеддина, сказанные ей в дни ее девичества: "Возможно, вы не будете моей, но вы не достанетесь и другому!" Выходит его пророчество сбылось!

Гатиба начала искать встречи с Хюсамеддином. Но Хюсамеддин, не желая вызывать подозрения у Тогрула, избегал ее и отклонял все ее приглашения.

Однажды рабыня, услугами которой Гатиба пользовалась в последнее время, сообщила ей, что Хюсамеддин прогуливается в саду дворца покойного атабека. Гатиба не мешкая оделась и спустилась в сад.

Хюсамеддин, встретив старого садовника, поинтересовался;

– Мелеке часто гуляет здесь?

– С тех пор, как умер атабек, я ни разу не видел ее в саду, До прогулок ли ей, несчастной?!

Гатиба остановилась у бассейна, разглядывая плавающих там причудливых рыбок. Она рассчитала: покидая сад, Хюсамеддин должен непременно пройти мимо нее.

Хюсамедин, дав старику-садовнику несколько серебряных монет, хотел удалиться. И вдруг он увидел Гатибу и ее рабынь.

– Салам алейкюм!- сказал сардар* с поклоном.

______________

* Сардар - глава войска, военачальник.

– Алейкюм салам!
– ответила Гатиба, печально посмотрев на него.- Я должна сказать тебе, Хюсамеддин: прячась от меня, ты не смоешь черного пятна со своей совести. Есть лишь одно средство, чтобы облегчить душевные муки: соблюдать верность друзьям и выполнять данные клятвы.

Рабыни, сопровождавшие Гатибу, удалились.

Она продолжала:

– Если ты не обладаешь совестью, какая должна быть у настоящего мужчины и героя, так и скажи об этом. Вы оба, и ты, и твой падишах Тогрул, хотите взвалить на слабую женщину ответственность за совершенное вами преступление! Стоит мне захотеть - ты завтра же расстанешься с мечом, который висит у тебя на поясе. Ты лучше меня знаешь, кто ты есть. Скажи, разве я не сделала Тогрула падишахом? Разве не я сделала тебя сардаром? Да, я слабая женщина, но не настолько, чтобы позволить таким ничтожествам, как ты и твой Тогрул, строить свое счастье на моем несчастье! Обманщики!.. Убийцы моего мужа!