Чтение онлайн

– Шелковый шнурок пришелся бы как нельзя кстати, – кивнула Амира. – Но куда приятнее будет обернуть оружие Мехмеда против него самого, а потом мой супруг сам решит, как закончит дни этот аспид. Муж подходит к таким делам исключительно серьезно. Вот что мы сделаем, – после недолгого размышления сказала она, – ты пойдешь к писцу и попросишь его написать другое письмо.

Немного подумав, Амира надиктовала Нико письмо, из которого следовало, что Мехмед собирался обокрасть хозяина. Они вместе посчитали количество слов в первом письме и сделали так, чтобы оно совпадало со вторым.

– Скажи писцу, что письма должны выглядеть совершенно одинаково!

– Неужели Мехмед не заметит подмены?

– Он глупец и невежда, читать он не умеет. К тому же он не станет рассматривать письмо, прежде чем вручить моему мужу. Хотела бы я увидеть выражение его лица, когда он поймет, что собственноручно вручил моему супругу свой смертный приговор. А теперь поспеши! Сообщи, когда вернешься, я отвлеку Мехмеда, и ты спокойно пройдешь в его комнату и вернешь письмо на место.

Новое письмо действительно с виду было неотличимо от старого, даже красивая вязь в конце выглядела точно так же. Нико вышел из комнаты Мехмеда, крайне довольный своей хитростью, спокойный за судьбу госпожи, и тут три пушечных залпа нарушили вечернюю тишину и радость Нико. Тройной залп означал, что в гавань вошло какое-то важное судно. Мальчика охватил ужас, ноги подкосились от страха. Почему-то он думал, что такой залп прозвучит лишь после того, как он сбежит отсюда.

Молясь про себя, чтобы это оказались корсары, Нико залез по лестнице на черепичную крышу и выбрался на террасу, откуда открывался вид на гавань. Да, вот она. Огромная торговая галера с каждым взмахом весел неумолимо приближалась к берегу. Нико не мог разглядеть название судна, но это было и не нужно.

Тройной залп. Хозяин вернулся.

Фарук направится домой не сразу, сначала ему нужно было нанести обязательный визит вежливости бею и вручить тому щедрые дары из удачного путешествия, поэтому у слуг было несколько часов на подготовку. В доме забурлила жизнь: тут же забили барана и развели огонь в печи, повсюду расставили свежие цветы и благовония в серебряных подставках. Сменили постельное белье, трижды выбили пыль из всех ковров. Иби занялся садом, повар – котлами с кушаньями, Мехмед – Нико, а Юсуф – всеми приготовлениями.

Зная предпочтения своего отца, Юсуф отправил Нико в бани, где его пропарили, промассировали, вытерли и одели в чистую одежду. Мехмед дал ему духи, но Нико отнесся к подарку с подозрением. Последнее время он стал замечать, что Мехмед был противоестественно расположен к нему, практически благоволил. Нико решил, что это естественное сочувствие пастуха, ведущего ягненка на заклание, потому что Мехмед рассчитывал, что письмо сделает все за него.

Наконец наступил вечер, и Эль-Хаджи Фарук прибыл домой. Сначала он встретился наедине с Юсуфом, и они отужинали вдвоем. Весь дом слышал гневные крики хозяина. Видимо, в путешествии не все прошло гладко, и Фарук пребывал в мрачном настроении. Нико понимал, что это плохой знак, и разволновался еще больше. Они с Мехмедом вместе прислуживали господам за ужином. Фарук не обращал на них внимания, читал нотации Юсуфу и много пил из серебряного графина с вином. Когда рабы унесли со стола посуду, Фарук взглянул на Нико и сказал:

– Придешь, когда я закончу с Юсуфом.

– Да, господин, – ответил Нико, понимая, что Мехмед слышит их разговор.

Нико и Мехмед унесли блюда с остатками еды из комнаты. Нико уже достаточно хорошо выучил арабский, чтобы понимать даже быструю речь, и спросил у Мехмеда:

– Господин уезжает завтра утром?

– Да, – задумчиво кивнул Мехмед. – Юсуф навлек на себя гнев хозяина, пустив на самотек важное дело, и теперь хозяину придется ехать в Бон. Похоже, у тебя будет всего одна ночь, чтобы произвести на него благоприятное впечатление, и тогда он наверняка возьмет тебя с собой.

Эта новость потрясла Нико, потому что он оказался в совершенно безвыходном положении. Если господину все понравится, то он заберет его с собой в Бон и Леонардус уплывет без него. Если же не понравится, у Иби появится новый компост для удобрения сада.

Мехмед осмотрел Нико со всех сторон, готовя его к дебюту.

– У господина очень переменчивые вкусы, как и настроение. Делай, что он скажет. Угадывай его желания. Следи, чтобы ему не хотелось отдохнуть, – инструктировал его Мехмед, заходя ему за спину, поправляя воротник и приглаживая волосы. – Повернись ко мне и подними руки: тебе надо поправить рубашку.

Нико не заподозрил неладного и сделал, как ему приказали. Он послушно повернулся и поднял руки, и тут Мехмет размахнулся и со всей силы ударил Нико дубинкой ровно между ног. Мальчик застонал и упал на пол, держась руками за пах.

– Думаешь, ты умнее меня? – прошипел, наклонившись к нему, Мехмед, и через пелену слез и боли Нико увидел у него в руках письмо. – Думаешь, у меня нет друзей-писцов? Ты пропал, дурень! – Мехмед схватил Нико за воротник и привлек к себе. – Ты уже заставляешь хозяина ждать. Где твое чувство долга? Ты разочаровываешь его в первую же ночь! Аллах мне свидетель, ты жалкое существо! – процедил он, спрятал дубинку под одеждой и вышел из комнаты.

Нико с трудом справлялся с волнами тошноты. Он встал на четвереньки, его несколько раз вырвало, и каждый спазм выворачивал его наизнанку. Вытерев рот рукавом рубашки, он заметил пятна крови и понял, что прикусил язык.

Нико осторожно залез рукой в штаны, пытаясь понять, что произошло, но даже от самого легкого прикосновения там все горело огнем. Мальчик застонал, со лба градом лил пот. Он с трудом сел и стащил штаны. Одно яичко распухло и стало размером со сливу. Кожа на крайней плоти натянулась и блестела, переливаясь синевато-красным. Зрелище было жуткое, удар пришелся и по мошонке, и по пенису, все опухло, казалось, что вены вот-вот лопнут. Нико заскулил, мечтая умереть на месте.

– Нико! – раздался голос Эль-Хаджи Фарука.

Мальчик медленно поднялся на ноги – каждое движение причиняло нестерпимую боль. Задыхаясь, он оперся рукой о стену.

– Нико!

У Нико дрожали руки, в ушах звенело от боли, но он вытер слезы и, превозмогая себя, отодвинул ковер, закрывавший вход в покои хозяина.

– Где ты был? – рявкнул тот из угла столовой. – Я уже давно зову тебя!

Нико понял, что господин изрядно пьян. Возможно, в этом ключ к его спасению.

– Прошу прощения, господин.

– Налей мне! – протянул ему бокал Фарук.

На дрожащих ногах Нико подошел к графину. Желудок сводило, кожу покрывал липкий пот. Мальчик налил вино, пытаясь не застонать, и заставил себя улыбнуться.

– От тебя несет рвотой! – с отвращением поморщился Фарук.

– Произошел… несчастный случай, хозяин. Я не успел переодеться. Если пожелаете, я сделаю это прямо сейчас!

– Юсуф говорит, что у тебя сплошные несчастные случаи – и сплошные оправдания!

– Я исправлюсь, господин! Мое единственное желание – доставить вам удовольствие!

– У тебя будет шанс попробовать, когда расскажешь, что видел на верфях. Завтра поедешь туда со мной и моим писцом, и тот все запишет.

– Запишет, господин? А что бы вы хотели записать?

– Подробное описание построения корпуса корабля! Как этот чертов мастер делает корпуса!

Нико вспомнил слова Леонардуса: «Когда они наконец спросят тебя, скажи, что ничего не знаешь, а если выдашь им информацию слишком быстро, они сразу заподозрят неладное». Нико напряженно думал. Именно сегодня ему очень не хотелось навлечь на себя гнев Фарука и попасть под розги. Или как раз сегодня?