Чтение онлайн

— Слушаю, сир.

— Вот и хорошо. Можете идти. Подождите у дверей, пока мой секретарь не оформит все приказы. И сразу возвращайтесь в Сент-Эльмо, пока ла Серда окончательно не распустил подчиненных своим упадническим настроем.

Медрано, ерзнув стулом, встал и покинул кабинет. Ла Валетт продиктовал распоряжения и поставил подпись на приказе, который секретарь отправился передать ожидающему капитану.

— Надо бы найти для Сент-Эльмо подходящего человека, — вздохнул ла Валетт раздумчиво. — Который, зная, что дело может кончиться плачевно, тем не менее действует без колебаний. И полон решимости дорого продать свою жизнь, взяв с врага максимальную цену. И чтоб в поступках своих руководствовался холодным рассудком, а не рубал сгоряча. Хватит с нас одного ла Ривьера. Но при этом люди должны следовать за ним с такой же убежденностью и чувством долга. При любом исходе.

— Такие люди редки, сир, — заметил Мас. — К их числу я себя не отношу: умом и смелостью не вышел. Но если вы распорядитесь, то я готов взять командование Святым Эльмом на себя.

— Иных слов, полковник, я от вас и не ждал. Но вы пока приносите больше пользы Ордену по эту сторону бухты. А когда Сент-Эльмо падет, что, увы, неизбежно, тогда лучшим из нас предстоит держать оборону здесь.

— А как насчет сэра Томаса? — ядовито внес свою лепту Стокли. — У него есть необходимый боевой опыт. Да и выдержки ему вроде бы хватает: как-никак захватил турецкого офицера и людей ла Ривьера привел обратно в целости и сохранности.

— А ведь и в самом деле, — оживился Великий магистр. — Возьметесь?

Прежде чем обернуться к ла Валетту, Баррет взглядом ожег своего заклятого друга. О том, принимать предложение или нет, речи даже не шло. Но притом надо было все взвесить, хотя бы за эту минуту. Прежде всего, с Марией им больше не увидеться. Не примириться и уж тем более не построить каких бы то ни было планов. Обречено на неудачу и задание Ричарда, даже если удастся уберечь эсквайра от участи сопровождать своего господина в Сент-Эльмо. И если насчет того документа юноша прав, то последствия этой неудачи и впрямь скажутся на Англии самым незавидным образом. Так что уважительных причин для отказа ла Валетту хоть отбавляй, а причин согласиться всего одна. Та самая, которая и составляет сущность рыцаря.

— Сочту ваше предложение за честь, сир, — проронил Томас.

Великий магистр, подержав на рыцаре взгляд, улыбнулся.

— Сэр Томас, испытание вы прошли. Ценя вашу готовность, я, тем не менее, вынужден ее отклонить, несмотря на убедительные доводы сэра Оливера. У меня нет сомнения в вашей способности возглавить командование, однако сейчас вы нужны мне здесь. Оборону Сент-Эльмо пусть возглавит кто-нибудь другой. Я подумаю, кто именно. Несколько дней пусть пока покомандует капитан Медрано. Человек он хороший, но не такой беззаветный великомученик, на которого я бы рассчитывал. Не надо забывать и о том, что у нас уйма работы по Биргу… Ладно, об этом позже. Объявляю собрание закрытым.

— Сэр, вы упустили еще кое-что, — напомнил Стокли. — Помните, мы уже обсуждали этот вопрос раньше?

На лице Великого магистра промелькнула невеселая ухмылка.

— Ах да, разумеется, — кивнул он. — Спасибо, что напомнили, сэр Оливер.

Ла Валетт щелкнул пальцами, и к нему, вскочив, подлетели Аполлон с Ахиллесом и с вилянием хвостов стали тыкаться влажными носами в пальцы. Приязненно поглаживая морды своих псов, которые от блаженства заводили глаза, Великий магистр протяжно вздохнул.

— Речь о собаках, что не переставая лают при звуке пушек. Это действует на нервы всем — и в Биргу, и в Сенглеа. Сэр Оливер полагает, что разумнее всего было бы этот лай пресечь.

— Как понять «пресечь»? — недоуменно спросил полковник Мас.

— Собаки, мало того что нарушают сон защитников города, — внес ясность Стокли, — еще и поглощают рацион. Все это неблагоприятно сказывается на обстановке. Да и вообще нам со временем так или иначе придется от них избавляться. А потому лучше сделать это сейчас и сохранить таким образом еду, которая может нам понадобиться позже.

— Это будет не так-то просто, — заметил ла Валетт, любовно почесывая псов за ушами.

— Ваших собак сюда включать, понятно, не обязательно, — не замедлил оговориться Стокли. — Во всяком случае, этих двух, ваших любимцев. Двумя собаками больше, двумя меньше — это уже роли не играет. Пускай себе живут.

— Возможно, — ла Валетт узловатыми пальцами гладил своих гончих по вытянутым головам.

Томас чуть исподтишка смотрел на Великого магистра. Вот она, возможность открыть дорогу к сундуку, где хранится не то пергамент, не то бумага, решающая безопасность, а в конечном счете и судьбу Англии.

— Сир, — прочистив горло, печально покачал он головой. — Имеет значение, пощадим ли мы этих двоих. На сегодня рыцари и горожане пребывают в редкостном единении. Всем известно, что мы делим опасности и тяготы на равных. В этом наша сила. Она нас сплачивает. Так стоит ли ставить это единение под вопрос, исключая себя из собственного магистерского эдикта, обязывающего подчиняться большинству? Казалось бы, мелочь. Но среди населения может подняться ропот: если собак обязаны уничтожить все, то почему от этого уклоняется сам Великий магистр? Ведь кто, как не он, всегда подает своим поведением пример? Даже если речь идет всего о двух его четвероногих любимцах.

— Да, они мои любимцы, — медленно и тихо произнес ла Валетт.

Животные, чуя похвалу, еще сильнее завиляли хвостами, с обожанием глядя снизу на своего хозяина. Ла Валетт с мукой во взоре отвернулся, сцепив под подбородком руки.

— Увести их, — скомандовал он слуге. — В общий вольер со всеми. Сделать все без проволочек. Только чтобы не мучились.

Слуга, подойдя, крепко ухватил псов за ошейники и повел к выходу. На подходе к двери палевый лобастый Аполлон обернулся напоследок на хозяина, вслед за чем под нажимом слуги послушно затрусил прочь. Когда закрылась дверь, в кабинете повисло дружное молчание.

— Прошу простить, сир, — первым нарушил его Томас. — Но, по-моему, это к лучшему. Хотя, видит Бог, лучше бы все обстояло иначе.

— А? — отвлекся от каких-то своих мыслей ла Валетт и будничным голосом добавил: — Ничего. Это же всего-навсего собаки. Наименьшая из жертв, а их нам предстоит принести еще ох как немало. Всё, мессиры, собрание окончено. Прошу всех разойтись.

Советники, задвигав стульями, один за другим потянулись из кабинета. Последним выходил Томас, который у дверей приостановился, видя, что старик не сводит глаз с того места на полу, где еще недавно лежали его питомцы. Что и говорить, кошки скребли на душе — лишать старика его, может быть, единственной отрады. Но эти псы препятствовали доступу в хранилище, и с ними так или иначе предстояло бы как-то иметь дело.

— Всего-навсего собаки, — пробормотал себе под нос Томас, бесшумно прикрывая за собой дверь.

Второго июня, на рассвете, караулы на башнях Сент-Анджело заприметили на море свежие паруса, держащие путь к острову. У ла Валетта в это время на площадке цитадели проходил утренний совет. При виде тринадцати галер, гордо идущих ко входу в бухту, совет пришлось прервать. Стройные суда тем временем повернули на северо-запад, собираясь встать на якорь близ берега. Головная галера этой флотилии щеголяла богатым изумрудно-зеленым навесом, вышитым звездами и полумесяцами.