Чтение онлайн

— Твое слово мало чего значит, — проворчал Рейлан.

Ей становилось трудно удерживаться от вступления в бой с генералом; от чего-то импульсивного. Ее окованные железом пальцы впились в ладони. Она не доставит ему удовольствия, взглянув на него.

Впервые у Зайанны не было надежного плана. Ее идеи за последние недели основывались на импровизации на ходу. Она надеялась обнаружить что-то во время своего заключения, что сможет предложить мастерам, чтобы унять их гнев, когда они узнают, что она все это время замышляла сдаться, как трусиха, за своих сородичей.

Тайнан и Амая были для них столь же расходным материалом, как и любой пехотинец.

— Я теряю терпение, Ваше Величество. — Зайанна встретилась взглядом с легендарным правителем. Ее уверенность слегка пошатнулась, когда она заметила, в каких чертах Фэйт была на него похожа и как она сама чуть не стала той, кто отнял дочь у отца.

Если они посылали Оборотня выследить Фэйт, где бы они ее ни прятали... король должен был быть частью этой уловки.

Уловки, которая окажется напрасной, если Маверик поймает ее.

— Сразитесь со мной или примите мою капитуляцию, — сказала Зайанна. — В любом случае я достигну того, ради чего пришла. Выбор за вами.

ГЛАВА 17

Тория

«Тория Стагнайт, я не ожидал вас».

Зарриус выпрямился там, где он склонялся в глубокой задумчивости, когда Тория вплыла в игровую комнату. Она скрыла подергивание раздражения на лице, полагая, что его использование ее фамилии было намеренным. Он проверял ее реакцию на это, что говорило о его отказе принять соединение ее имени с именем Ника.

— Я хотела сама прийти к вам, — начала она, держа осанку прямой, чтобы не выдать своего беспокойства от нахождения рядом с лордом. Тория с ожиданием посмотрела на самца, занятого игрой в шахматы с лордом.

Словно спрашивая разрешения, он взглянул на Зарриуса, который коротко кивнул. Она стиснула зубы от этого тонкого игнорирования ее авторитета.

Она скользнула на освободившееся место, не спрашивая, прежде чем начала расставлять замысловатые деревянные фигуры. — Мы не всегда находили общий язык. Мне часто было интересно, почему вы меня так ненавидите. — Она наблюдала за его реакцией, расставляя последние из своих фигур на исходные позиции. Не отрывая от него взгляда, она поставила свою королеву. — Вы начинаете, — сказала она, когда белые фигуры выстроились на его стороне доски.

Зарриус подчинился после короткого колебания. Его пешка открыла игру. — Ненависть — сильное слово, принцесса. Прошу прощения, если вы так интерпретируете мою заботу об интересах этого королевства.

Тория отразила его пешку, как и ожидалось. Он вывел своего слона, и снова она ответила точно таким же ходом.

— Можно спросить, что именно во мне не соответствует интересам Хай Фэрроу?

Они обменялись еще несколькими ходами. Он забрал ее пешку, она взяла его слона, и хотя они разговаривали, Тория изучала игру, задаваясь вопросом, как часто он сидел перед этими деревянными фигурками и рассматривал их ходы как реальные стратегии.

— Если вы хотите моего искреннего совета, я считаю ваше союзничество опрометчивым и безрассудным.

— Вот как?

— Это королевство зависит не только от монархов. Вы рассердили лордов, не посоветовавшись с ними по вопросу, который затрагивает нас всех.

— Два монарха сильнее, чем один. Мы объединили два великих королевства.

Его взгляд соскользнул с фигур на нее, неся осуждение, от которого у нее зашевелились мурашки. — Не обижайтесь, когда я говорю это, Ваше Высочество---

— Во второй раз вы не обращаетесь ко мне по надлежащему титулу, — прервала она с предупреждением. Было опасно раздувать пламя такого непредсказуемого огня, как Зарриус, но она не станет склоняться перед его попыткой превзойти ее.

— По закону это не так. У вас нет королевства, Тория Стагнайт. Ни настоящей короны. Связав себя с нашим королем, вы принесли этому королевству бремя, от которого мы недостаточно сильны, чтобы защититься в одиночку. Нам нужен был союз, который *приумножил* бы силу Хай Фэрроу перед лицом грядущего, а не истощил наши ресурсы.

Его заявления жалили, каждый укол был как маленький кинжал, который она чувствовала и раньше. Раны болели, но потом покрывались коркой и полностью заживали, готовые к следующему, кто попытается выпустить из нее всю кровь. Тория пришла сюда не для того, чтобы защищать себя. Она пришла сюда не для того, чтобы тратить ни секунды дыхания, убеждая колючего лорда, что она *достойна* его жалкого одобрения.

— Оставьте нас.

Тория не подняла глаз, повторяя приказ, от которого стражи засеменили из комнаты. Она сделала свой ответный ход на доске, забирая еще одну пешку. Она снимала их одну за другой.

Она не осмеливалась продолжать разговор, пока они не остались наедине.

— Вы правы, — наконец сказала она, поймав крючок его брови, когда она передвинула своего коня, чтобы заблокировать его ладью. — Я стала шпионом Никалиаса в Олмстоуне. Связь позволяла нам общаться, и это было умно. Я думала, что смогу увидеть счастливую жизнь рядом с ним, но возвращение сюда лишь каждый день напоминает мне о праздном титуле, который я носила десятилетиями. Никто не знал, как я ненавидела быть подопечной Орлона, и Никалиас ничем не отличался от своего отца.

— Ты считаешь меня дураком, чтобы поверить, что что-то из твоих слов правда, учитывая связь, которая вас связывает?

— Нет. — Она пожала плечами, забирая его ладью и атакуя короля. — Но у меня есть чувство, что вы можете мне помочь, а Никалиас не должен узнать.

— Будь осторожна, принцесса.

Тория посмотрела ему прямо в глаза, когда взяла его короля. — Я не могу перестать думать о двух вещах, которые узнала в Олмстоуне. Первое — предложение, которое могло бы принести пользу нам всем. Второе — способ разорвать связь.

Тишина повисла тяжелой. Удивление Зарриуса было не в ее пользу.

— Ты не захотела бы ни того, ни другого. Никалиас не позволил бы этому случиться. — Он пытался играть свои ходы небрежно, но Тория украла его интерес.

Она темно улыбнулась. — Мордекай предложил мне все, чего я хотела больше века.

— Он тот, кто отнял это у тебя.

— Неверно. Марвеллас ведет эту войну.

— И все же именно она та, кто разорвет вашу связь. Она тебе нужна.

Тория не позволила своему триумфу проявиться. Зарриус знал все.