Чтение онлайн

Глаза Крсмана Теофиловича засияли, их острый блеск превратил зрачки в кованое серебро.

– Конечно, я его знаю… – робко пробормотал он.

– Знаете, где он живет?

– Конечно… Вы можете найти его в старом доме покойного дядюшки на Палилуле. Я слышал, что его навещает только сводная сестра. Навещает его и… Словом, заботится о нем. Прекрасная набожная женщина.

Внезапно Крсман умолк и задумался, золотистый блик от освещенного солнцем стаканчика ракии играл на его левой щеке.

– Я очень хорошо знаком с Драгутином. Разве что… Как вам это сказать? Вы собираетесь навестить его?

– Как только представится возможность.

– Советую вам сделать это как можно раньше.

– Почему?

– Он очень тяжело болеет, говорят, долго не протянет…

– Неужели? – Неманя прикинулся простачком. – А что с ним такое приключилось?

У Крсмана задрожал подбородок, дрогнула и рука, в которой он держал стаканчик ракии. Он изобразил на лице невероятную любезность, после чего холодно произнес:

– Болезнь у него древняя…

Одним махом проглотил ракию, посмотрел Немане прямо в глаза и добавил чуть тише:

– От греха своего страдает.

Отто фон Фенн задумчиво вздохнул. Он вдруг поймал себя на том, что пытается вспомнить, какого цвета была ограда в их семейной летней резиденции в Шварцвальде. Белая? Зеленая? А может, тусклая, оттенка древесной коры? Он с трудом вспоминал, что было с ним в прежние времена, как будто жизнь его началась только в то мгновение, когда фюрер отправился в поход на завоевание мира. Тем не менее иногда ему нравилось мысленно возвращаться в прошлое – так святой Петр возвращался в Рим, несмотря на то что его там собирались распять на кресте.

Но почему бы и не вспомнить? Ведь это такие пустяки. Там уже никого нет. Он – последняя ветвь угасающего рода. Останутся только герб, имя и история семьи… Может, и об этом не будут говорить. Все забывается…

Отто был одним из лучших выпускников академии образцом для подражания. Если бы возобладала справедливость, он был бы там, где идут настоящие сражения. Командовал бы солдатами, а не интендантами, тыловиками и машинистами. А вместо этого его послали в страну, где живые люди радуются, когда надо плакать, где они сначала вешают своих героев на телеграфных столбах, а потом воздвигают памятники в их честь. Армия, в которой он служил, стремительно превращалась в армию призраков, и он каждое утро видел подтверждение тому на картах фронтов, где погибающие батальоны и дивизии были обозначены красными и черными прямоугольниками.

Война уравняла всех.

Правда, совсем не так, как того желал фюрер.

Их объединила не великая арийская империя, но царство мук и страданий.

Потому эта война стала недостойной, бесчестной, и всем хотелось только одного – выжить.

И что ему остается теперь, когда эта вселенская резня подходит к концу? С покорностью отправиться на поле боя, вспаханное разрывами артиллерийских снарядов, или бежать от большевистских штыков по заснеженной стране, ступая по мертвецам, словно Иисус по водам? Нести бремя своих грехов в сожженную землю, которая некогда звалась отечеством?

Или остаться таким как есть?

Командиром побежденной армии.

Дворянином без чести и достоинства.

Слабым человеком в тяжкие времена.

– Если вернусь, перекрашу ограду в белый цвет… – Едва слышно произнес он.

Контрразведчик Рихтер оторвался от бумаг, которые он внимательно изучал:

– Ты что-то сказал, полковник?

Отто фон Фенн отрицательно мотнул головой и машинально одернул мундир:

– Нет, просто задумался немного.

Рихтер пожал плечами и продолжил изучать густо исписанные листы рапортов.

Полковник потянулся за бутылкой черешневой водки, стоявшей на полке слева от его письменного стола.

«Как же произносится это слово по-сербски?» – подумал он.

Потом налил в бокал темную жидкость, благоухающую фруктами.

Вурдалак?

Он сделал глоток и сквозь стекло бокала посмотрел на своего товарища:

– Расскажи мне, Герман…

– Что, Отто?

– Все, что знаешь.

– О чем?

Отто фон Фенн сделал еще один глоток:

– Про Аненербе.

Рихтер снял очки с круглыми линзами и отодвинулся от стола:

– Плесни-ка мне немного шнапса.

Пока полковник наливал ему водку в высокий хрустальный бокал, Рихтер пробормотал:

– Наследие предков.

– Что?

– Аненербе… Это означает «наследие предков». Нам известно, что фактически это подразделение СС, и мы порой слишком легкомысленно воспринимаем его существование. Когда-то мы любили подшучивать над ними. Некоторые офицеры даже называли их гробокопателями. Ну кто мог всерьез воспринимать Карла Марию Виллигута [22] ? Он ведь побывал пациентом психиатрической лечебницы. Или этого финского путаника Ирье фон Гренхагена… [23]

– Это тот, что пешком путешествовал по Европе?

– Тот самый.

– Что за идиот!

– Аненербе основали как исследовательский институт. Он никак не был связан с вермахтом. Таких связей нет и сейчас. Еще до войны, точнее, в тысяча девятьсот тридцать третьем году профессор Герман Вирт [24] организовал в Мюнхене выставку под таким же названием. Помимо всего прочего, на ней оказались в качестве экспонатов некие рунические и проторунические письмена, которые, как предполагают, были созданы двенадцать тысяч лет тому назад. Выставку посетил Гиммлер, и она очаровала его. Особенно его вдохновили доказательства происхождения германских племен, которые основывались в основном на «Хронике Ура Линда», книге, обнаруженной в восемнадцатом веке, рассказывающей об истории германских племен. Вирт считал, что она весьма древняя, хотя эта рукопись в действительности была списком со старого оригинала, а то и вовсе фальсифицированной. Гиммлер, привлек Вирта к сотрудничеству, так, в сущности, и возник Аненербе. Вирт стал первым его руководителем. Как ты думаешь, где он сейчас?

Отто фон Фенн пожал плечами.

– Под домашним арестом. Причем его изолировали еще до начала войны.

– Значит, такова была благодарность за исследования праистории германских племен? Наверное, он выкопал неправильный скелет!

Рихтер прервался, чтобы отхлебнуть водки.

– Официальной целью Аненербе было изучение истории германских предков, но это являлось всего лишь прикрытием. Интерес фюрера к… скажем, оккультизму известен. Говорят, что он окружил себя толпой спиритистов, волшебников и колдунов. Что он отправил лучших своих людей на поиски священного Грааля и ковчега Завета. Что он позволил доктору Менгеле проводить в лагерях изуверские опыты. В действительности Аненербе, как и СС, под покровительством которого оно работает, просто-напросто оккультная организация, я бы даже сказал – секта. Во главе с первосвященником Гиммлером. Ты слышал, что его прозвали Птицеловом? Говорят, Гиммлер уверовал в то, что он – реинкарнация короля Генриха…

– Реинкарнация? Боже мой… А кем тогда в прошлой жизни был рейхсмаршал Геринг?

– За такие шуточки три года тому назад тебя подвели бы под трибунал!

– Три года тому назад армия, в которой я служил, называлась непобедимой. Пока свиньи вроде Геринга не начали строить тактику своих действий на массированных и неэффективных атаках. Проклятый наркоман! Знаешь, сколько самолетов он потерял в небе Британии?

– Немало… Знаешь, мне иногда кажется, будто это, как и гибельная авантюра с нападением на Россию, сделано намеренно.