Чтение онлайн

Огненный шар вспух в небе, зацепив и испарив сразу двоих, а у третьего, похоже, отказало какое-то оборудование, и он неуправляемым куском металла помчался к поверхности. Оставшийся аппарат развернулся и пустился наутёк. Их ракеты от взрыва также пострадали, потеряв цель, неслись в сторону моря и гор.

Примерно из точки первой атаки дала залп, похоже, целая ракетная батарея — Роб-Рой насчитал восемь дымных следов. Эт Дрейвер увеличил скорость и стал снова набирать высоту. Автопушка огрызнулась ещё два раза, сбив самые прыткие, остальные просто отстали.

— На юге кто-то очень сильно не хочет, чтобы мы пролетели, потому предлагаю двинуть на север, — он снова ухмыльнулся.

— Запад — море, а в нём и боевые корабли. Восток пока под вопросом, можно сделать крюк в ту сторону. В целом, план принимается. Север — северо-восток. Нас по-прежнему ведут радаром?

— Да, но анализатор не работает, только индикатор облучения. Можно было бы уйти в стратосферу, только тогда нельзя как следует присмотреться к месту посадки. Есть второй вариант — спуститься ниже. Из-за рельефа местности радары могут терять сигнал.

— Хорошо, давай. Но сначала обогни эти чёртовы горы. Думать будем над менее складчатой местностью.

Восточнее кряжа находилось ещё одно море. Было ли оно тем же самым или другим, синарианцы не знали. Штурмовик прошёл вдоль границы горного массива и водного пространства, пока не открылась безжизненная, выгоревшая степь.

По дороге попадались городки, утопающие в зелени садов, но здесь высаживаться не было никакого желания — огромные пространства практически голой степи говорили о жарком лете. На Синар-Сигма за счёт атмосферного щита климат был умеренный, а с жарой подданные Дандара обычно знакомились на курортах Карфагии. Роб-Рой бывал там больше по делам, и жару не любил.

— Надо взять ещё севернее, пока закончится засушливая зона. Что там радар?

— Нас потеряли. Думаю, эта высота пока оптимальна. Скорость держу достаточно высокую, может быть, аборигены будут принимать нас за своих.

— Я как-то не видел признаков боевых действий, — подал голос сзади двигателист, — войны, похоже, в этих краях нет. Это нам не повезло.

— Может, здесь государства разные? А мы границу пытались пересечь?

— Пф-ф, дикость, — резюмировал общий вывод Хэнсон.

Синарианцы за свою экспансию присоединили пять систем, не считая собственной. Раздробленность на сотню государств присутствовала только на одной, захолустной окраине Восточного сектора Зейонс. Цивилизация была отсталой, в космос ещё не вышла, а большие и маленькие государства постоянно грызлись между собой за металлические рудники, территории и вообще просто так, из каких-то своих замшелых обычаев. Впрочем, империи это было на руку, можно выгребать ресурсы оптом, играя на противоречиях между аборигенами и расплачиваясь с ними грошами. Планету даже приводить к общему согласию не стали, всех всё устраивало.

Унылая местность под днищем штурмовика тянулась ещё долго, и сменилась приятной зеленью, когда уже начало смеркаться. Заодно отступили горы, оставив после себя небольшие отроги и множество холмов.

— Кажется, местность становится подходящей, — сказал Роб-Рой, — давай медленнее.

Кораблик снизился и прошёл над холмами, чуть не задевая их верхушки, на минимальной скорости.

— Ищем поселение, дашь там пару кругов, найдешь площадку и будем садиться.

— Я понял, — кивнул пилот.

В этот момент произошло событие, которое изменило весь ход истории этой таинственной планеты. Из-за скалы вылетел неведомый летательный аппарат, технически изящный в линиях и обводах корпуса, совершенно непохожий на угловатые атмосферные истребители, с которыми произошёл скоротечный победоносный бой. Вернее, синарианцам показалось вначале, что он появился из-за скалы, на самом деле враг возник словно из ничего, мгновенно, одновременно появившись и на радаре, и в обзорном стекле. Он не стал ни предупреждать, ни уходить, увидев инопланетный штурмовик. Сверкнули вспышки выстрелов, сияющие сгустки энергии пронеслись в темнеющем воздухе и ударили в штурмовик.

Первый же разряд ослепил всех, кто находился внутри, обзорное стекло, которое по прочности не уступало броне, с треском разлетелось на тысячи сверкающих обжигающих капелек, машина кувыркнулась в воздухе, и следующий удар пришёлся прямо в двигатели. Пылающей грудой металла грозный в космическом сражении кораблик беспомощно рухнул вниз, на деревья, ломая ветки и сучья. Затем раздался страшный удар, причем для Роб-Роя его направление пришлось вдоль позвоночника, отчего граф потерял способность двигаться и дышать, только хватал ртом воздух, словно рыба, выброшенная волной на берег.

Так он пролежал довольно долго. Ночь постепенно вступила в свои права, на тёмном небе засияли незнакомые созвездия. Огонь погас — в кораблике особенно нечему было гореть, а живые ветви и листья деревьев, набившиеся внутрь, окончательно его загасили, и он не успел добраться до беспомощных людей. Немного погодя корпус штурмовика окончательно остыл, и внутрь его начал пробираться ночной холод. Роб-Роя он заставил дрожать мелкой дрожью, зато не давал потерять сознание и помог организму постепенно оправиться от последствий удара.

Через некоторое время к графу вернулась способность нормально дышать, с хрипом, но всё-таки. Пошевелиться было очень тяжело, он даже стал опасаться, не сломан ли позвоночник. Но обошлось — шок проходил, и силы постепенно возвращались. Было довольно поздно, когда человек, наконец-то, сумел приподняться и сесть. Штурмовик лежал, слегка покачиваясь на ветвях деревьев, которые и смягчили удар при падении, днищем вниз, довольно сильно завалившись назад. Лейтенант эт Дрейвер по-прежнему сидел в кресле пилота, его удержали привязные ремни, Гэлер Хэнсон упал на бесформенную кучу оборудования, и теперь лежал с неестественно вывернутой шеей, — похоже, он был мёртв. Но пока Роб-Рой ничем не мог помочь своим товарищам по несчастью, руки и ноги плохо слушались, и единственное, что он смог сделать — подползти к пульту, цепляясь за скобы.

Лейтенант в кресле был недвижим, но видимых внешних повреждений у него не было. Постепенно силы вернулись к графу, он встал, держась за край обшивки в том месте, где раньше было обзорное стекло, нечеловеческим усилием всех мышц и воли подтянулся, влез на поверхность корпуса кораблика, медленно перебрался через спрессованные падением ветви и листья, ухватился за толстый сук и тяжело спрыгнул на землю. Прыжок отозвался тупой, но сильной болью в позвоночнике, граф со стоном повалился на груду сухих прошлогодних листьев и так пролежал около часа. Затем он ощупал спину, — вроде бы всё было в порядке, смещения позвонков не было, — и пояс, на котором висела кобура с пистолетом и фонарик. Лицо распухло от укусов кровососущих насекомых, которых здесь было довольно много, и которые не преминули воспользоваться беспомощностью человека. Прошёл ещё час, другой. Роб-Рой коротал ночь, отбиваясь от назойливых комаров и изредка включая фонарик, чтобы посмотреть на часы. Потом он задремал, согревшись в ворохе листьев, а когда проснулся, приближался рассвет.