Чтение онлайн

— По курсу планеты, две, три, нет, четыре! — воскликнул вахтенный.

— Это не система нашей точки встречи, — тревожно сообщил Ларрен, — куда нас занесло?

— Массометр показывает девять планет, некоторые даже со спутниками. Какое необычное сочетание, — отозвался эт Дрейвер, разглядывавший экран прибора.

Опасения о нестабильной работе гиперпривода подтвердились, крейсер выбросило через искажённое гиперпространство в неизвестной звёздной системе.

— Возможно, это и есть наша судьба, — сказал Роб-Рой, — нужно попробовать высадиться на одной из них, высчитать звёздные координаты, и затем вернуться за людьми клана. Какие параметры у этих планет?

— Пригодны к высадке вторая, третья и четвёртая от звезды, — вынес вердикт эт Дрейвер, — выбор за вами, монсоэро.

— Четвёртая, — сказал опальный граф, — она к нам ближе всего.

«Уоб» двинулся вперед, приближаясь к красной планете загадочной системы. Прикинув, что полного хода до неё не меньше пяти часов, командиры разошлись по своим каютам, надеясь отдохнуть. Роб-Рой задремал, растянувшись на койке, его мышцы блаженно расслабились, только сердце сжималось при мысли о том, сколько людей, его людей, и кораблей погибло с момента бегства. Затем он уснул и не просыпался до тех пор, пока через два или три часа корпус крейсера сотряс страшный удар. Граф вскочил со своей койки и бросился в ходовую рубку, спросонок не вполне соображая. Из машинного отделения доносился жуткий, прерывистый вой двигателя.

В рубке царило смятение. Первый пилот сидел, изо всех сил навалившись на штурвал, второй торопливо щёлкал переключателями на пульте, пытаясь хоть чем-то ему помочь. «Уоб», надсадно завывая, нёсся мимо красной планеты.

— Между четвёртой и пятой планетой астероидный пояс, мы приняли выше плоскости эклиптики, чтобы обойти его, — испуганно доложил второй пилот, совсем молодой пират, — нас протаранило мелкой частицей в район машинного отделения, броня пробита навылет, разгерметизация по пути всех отсеков. Половина двигателей потеряна, оставшиеся включились на полную мощность, контроля над ними нет.

— Что произошло? Выключите эти чёртовы двигатели, пока они не взорвались! — закричал вбежавший в рубку Ларрен.

Роб-Рой в двух словах рассказал ему, что случилось.

— Если мы не прекратим подачу топлива, грохнемся прямо на эту планету, — проворчал тот, показывая в обзорный экран. Затем развернулся, подал знак нескольким своим людям и вышел вместе с ними.

Третья планета от звезды быстро приближалась, она разительно отличалась от мёртвой поверхности красного мира, которую сейчас можно было детально рассмотреть, виднелись серо-голубые пятна океанов, материки и неплотное белое покрывало облаков. Возможно, она даже была пригодна для жизни, редкая удача для любого колониста, отправившегося к неизведанным мирам.

— Четвёртая планета атмосферы почти лишена, — сказал вахтенный, — я работал с приборами до аварии. На третьей и второй есть атмосфера, но у дальней приборы показывают какую-то ерунду. Возможно, очень большая температура на поверхности.

— С такими повреждениями безопаснее садиться всё-таки на четвёртую, только к моменту возврата контроля мы от неё сильно удалимся.

Гредж эт Дрейвер появился на мостике позже всех, сразу принявшись изучать обстановку. Пилоты всё пытались выровнять крейсер, постепенно уклоняющийся в сторону теперь и от серо-голубой планеты, но их старания были тщетны.

— Как бы нам и здесь мимо не пролететь, — пробормотал один из них.

Неведомый мир приближался. До него оставалось по меркам звёздной навигации совсем немного, когда надсадный гул сзади оборвался. Пилоты, манипулируя рулевыми и тормозными двигателями, выровняли корабль, и, используя набранную скорость, направили его в зону высоких орбит.

— Привод гиперпространства и все двигатели потеряны, некоторые повреждены окончательно, над остальными нет никакого контроля. Мы отключили их, только прекратив подачу топлива. Планетарные катера и штурмовики, те, что уцелели, заклинены в ангарах, многие сброшены с направляющих, — сообщил через коммуникатор Ларрен.

— Будем садиться? — спросил Гредж.

— Больше ничего не остаётся. Сможешь?

— Попытаюсь.

После его кивка второй пилот освободил свой пост, а первый его занял. Эт Дрейвер опробовал тягу, после чего сказал:

— У нас мало времени, около получаса. Нужно сбросить как можно больше массы, чем больше, тем лучше. Зайду на посадку по этому вектору. Задача ясна?

Пираты бросились уродовать остающуюся часть корабля, демонтируя всё, что можно и перетаскивая в сбрасываемые отсеки. В них же приняли решение оставить тела умерших раненых, в том числе последнего старшего офицера «Синского Странника» эт Фурника, скончавшегося почти сразу после гиперперехода.

— Время! Через минуту я сбрасываю корпус!

Экипаж, облачившись в аварийные скафандры, рассредоточился по остаткам корабля почти точно ко входу в атмосферу планеты. Дикая болтанка началась сразу же, но прославленный пилот снова совершил чудо. Теряя куски обшивки и структуры, носовая часть «Уоба» с несколькими примыкающими отсеками, на ругани, молитвах и рулевых двигателях рухнула на поверхность со скоростью недостаточной, чтобы убить всех.

Глава 14

— Кажется, я жив, — пробормотал опальный граф.

Он попытался подняться, неудачно — то ли скафандр повреждён, то ли привалило основательно. Обзорное стекло шлема было абсолютно чёрным. Правая рука задралась куда-то вверх, и шевелить ей не получилось. С левой удалось лучше, постепенно подтягивая и огибая какие-то загадочные препятствия, Роб-Рой смог достать до шлема снаружи и ощупать стекло. Если не считать продолговатого узкого предмета, который получилось сместить вверх, мусора на шлеме не было. Значит, темнота от чего-то другого. Сильной боли он не чувствовал, только тупо ныло побитое во время «приземления» тело. Скафандр спас его от куда худшей участи.

Следующие полчаса синарианец потратил на попытки разблокировать правую руку и сесть. Ни то, ни другое успехом не увенчалось, судя по всему, завал фиксировал оставшиеся конечности надёжно. Коммуникатор молчал, и одной рукой проверить, работает ли, было невозможно. Устав возиться, он принялся размышлять об этом вопиющем недостатке техники и прикидывать, что нужно сделать, чтобы человек, потерпевший крушение, в любом состоянии и из любого положения смог бы пользоваться коммуникатором. Потом вспомнил, где и почему находится, и тихонько затрясся от смеха.

— На мои конструкторские потуги Империи теперь плевать… Интересно, а уцелело ли наше «яблоко раздора»?

Конечно, синарианец был далёк от греческой мифологии, хотя и находился, как вы могли догадаться, на её родной планете. В его устах выражение прозвучало как «общий и ничей». Но не будем вникать в подробности происхождения и глубинные смыслы инопланетных поговорок.

Поняв, что пока сделать ничего нельзя, Роб-Рой задремал и очнулся, когда через обзорное стекло начал проникать неясный свет. Он снова поднял свободную руку и смог различить её силуэт.