Чтение онлайн

Уже смирившись со своей судьбой, которая предвещала бог знает какие головокружительные события, Ши молча сидел на траве и во все глаза смотрел на Алланона. Волна тихого отчаяния медленно поднималась в нем, отчаяния, смешанного с чувством страха и новой ответственностью за свою принадлежность к славному роду Шаннара. А где-то глубоко, в самых тайниках его души, еще теплилась надежда на то, что все это не так, что все это кошмарный сон и Меч рода Шаннара не имеет к нему никакого отношения. И Ши с мольбой в глазах смотрел на пришельца. Флик все еще находился в состоянии величайшего волнения, которое постепенно сменилось изумлением. «Это невероятно», — подумал житель Долины и буквально впился глазами в лицо своего брата, как будто видел его впервые.

— Что все это значит? — спросил Флик, первым сбросив с себя оцепенение.

— Все, что я рассказал тебе, известно также Лорду Тьмы. Он все знает. Единственно, этот страшный человек не знает пока, ни где ты живешь, ни кто ты есть на самом деле. Однако он знает, что где-то на земле должен объявиться наследник дома Шаннара. И рано или поздно его эмиссары найдут тебя и уничтожат.

Голова Ши в изнеможении упала на грудь. Через минуту глаза юноши вновь наполнились страхом. Он смотрел на Флика и, казалось, понял, отчего тот весь содрогнулся и в отчаянии закрыл лицо руками. Почти одновременно оба брата вспомнили о громадном зловещем облаке, которое пронеслось над застывшей в безмолвии Долиной. Это было грозное предупреждение о надвигающейся опасности, весь ужас и размеры которой едва могли бы с чем-то сравниться. Ши и Флика захлестнуло это тяжелое чувство полной безысходности. Казалось, скрылось во мраке солнце, тьма поглотила свет, и что-то страшное, неизбежное, пугающее и неотвратимое с каждой минутой надвигалось все ближе и ближе.

— Но почему? — спросил Ши, с трудом собирая последние силы. — Почему я заслужил такую участь? Что я сделал этому Лорду Тьмы? В чем моя вина? — продолжал лихорадочно спрашивать юноша.

— Тебе предстоит узнать еще очень многое, Ши, прежде чем ты получишь ответ на свой вопрос, — печально сказал Алланон. — К сожалению, у нас нет времени, чтобы продолжить рассказ. Оставим это до следующего раза. Но ты должен обещать мне одну вещь. Ты обязан поверить мне раз и навсегда. Все, что я рассказал тебе, — чистейшая правда: то, что ты наследник рода Шаннара, что наполовину в тебе течет кровь Эльфов и что ты лишь приемный сын Омсфордов. Запомни, ты единственный ныне живущий продолжатель рода Шаннара, ты единственный потомок Джерла Шаннара. Тебе, вероятно, еще не известно, что было немало ложных наследников древнего рода, однако, они были либо чистокровными Эльфами, либо просто самозванцами. В конечном итоге, все они были найдены и уничтожены. Вот почему так долго не может тебя найти Лорд Тьмы. Он еще не знает, что существуешь ты.

И знай, Ши. Меч Шаннара обладает неограниченной силой и мощью. И страх быть побежденным этим Мечом приводит в дикий ужас Брону: Меч — это единственная сила, которой он не сможет противостоять. Легенда о Мече завораживает сознание у представителей многих рас. Это своего рода заветный талисман, который человечество держит в своих руках, и Брона хочет положить конец этому. Для этого ему надо уничтожить весь род Шаннара и не допустить того страшного момента, когда явится сын Шаннара и поднимет против него Меч.

— Да, но я ничего не знаю о Мече, — решительно запротестовал Ши. — Я сам до сих пор не знал, кто я в действительности по происхождению. Мне так мало известно из истории Северных земель… — продолжал отбиваться юноша, не в силах взвалить на себя эту непосильную, нечеловеческую и потому непостижимую по своей тяжести ношу.

— Все это не имеет никакого значения, — резко прервал его Алланон. — Если бы ты был мертвым, вот тогда бы в тебе не было сомнений. И уж тем более никто другой не сомневался бы на твой счет. — Его голос перешел в глухой шепот, невнятный и едва различимый, и внезапно растворился в тишине дня. А могучий пришелец вновь устремил свой таинственный взгляд на отдаленные вершины холмов. Ши в совершенном изнеможении лег на мягкую траву, подложил руки под голову и посмотрел в небо. Высоко-высоко в нежной голубизне проплывали белые воздушные клубящиеся облака. Золотистые лучи солнца, казалось, насквозь пронизывали их. Окутанные этим чудесным сиянием облака казались волшебными: они то медленно и плавно плыли по небу, то, причудливо изменяясь, стремительно неслись навстречу яркому солнцу. Ши почувствовал, что все его существо охватило то сладостное ощущение покоя и счастья, тишины и безмятежности, какое нередко бывало у него в детстве. Лебединые, торжественные облака медленной чередой уплывали на север. Нежное сияние этих облаков достигало земли, лица, и хотелось улыбаться солнцу, облакам, лесам, птицам, всему миру. Как тих и невыразимо прекрасен был мир! Он повернул голову. Над душистой травой неосязаемой волной струился благовонный воздух. В вышине звучали волшебные музыкальные трели. Одинокий жаворонок, кружась в лазурной тишине, пел о вольной жизни, весне, лете. Мириады легких насекомых, спрятавшись в зеленых коврах, неумолчно звенели и радовались жизни. Цветы и трава приветливо улыбались ему, покачиваясь от того, что на них садились тяжелые шмели, пчелы и пили жидкий пахучий нектар. В его сердце подымалась какая-то родственная нежная любовь к каждому дереву, травинке, цветку. Как спокойно и радостно жилось ему раньше… Острая тоска стиснула сердце, напомнила о мрачном Алланоне и зловещей тени, которая пронеслась над Долиной. Что ждет его впереди? Ши охватило щемящее сожаление о несбывшихся мечтах, утраченных надеждах, сожаление о том, что не удалось — да, пожалуй, и не удастся — увидеть мир в его ошеломляющем великолепии. И если уж суждено умереть, так лучше здесь, среди благостного покоя и ласковой красоты летнего дня, Под нежными лучами огромного солнца… Резкий посторонний звук заставил его очнуться. Ши открыл глаза и сел. Около него в задумчивости сидел Алланон и наблюдал за юношей. Тихая прелесть несбывшегося праздника жизни уходила все дальше и дальше. И Ши с тяжелым сердцем погружался в запутанный ворох вопросов, на которые он не получал ответа.

— Ты сказал, Алланон, что… мне угрожает смерть от руки… мифического существа? Что я должен, по-твоему, делать?

Впервые за все время на лице пришельца появилась теплая улыбка.

— В данный момент ничего. Пока для тебя нет прямой опасности. Хорошенько подумай над тем, что я тебе рассказал. Об остальном мы поговорим позже. Я с удовольствием отвечу на все твои вопросы. Однако никто, кроме твоего брата, не должен знать о нашем разговоре, даже твой отец. А пока веди себя так, как будто нашего разговора не было вовсе.

Молодые люди переглянулись и согласно кивнули в ответ великану. На самом же деле в глубине души каждый из них хорошо понимал, как трудно им теперь будет жить, пока они не выберутся из плена тревожных мыслей и не избавятся от страха перед надвигающимися событиями. Алланон молча встал, выпрямился и стал растирать занемевшие мышцы. Братья тоже поднялись и молча наблюдали за ним.

— Легенды и мифы, которые бесследно растаяли в прошлом, обладают способностью оживать. И то, что вчера еще казалось несбыточным и ушедшим, может неожиданно появиться сегодня. Коварное, жестокое и бесправное зло, пролежав под пылью столетий, сегодня опять пробудилось. И над человечеством вновь нависла зловещая тень лорда Уорлока.

Я не хотел быть суровым к тебе, мой мальчик, — неожиданно добавил Алланон и ласково улыбнулся юноше. У Ши потеплело на сердце. — Однако ты должен знать, что сейчас человечеству угрожает серьезная опасность. Ты стоишь перед лицом реальной угрозы. Сказки и вымыслы остались в далеком детстве. Вряд ли грядущие события принесут тебе счастье. Ты еще многое узнаешь о жизни в этом страшном мире.

Алланон замолчал, вновь устремив свой взор на зеленеющие холмы. Братья повернули головы и увидели, что по самому краю дальних холмов пробежала странная серая тень и исчезла так же стремительно, как и появилась. Алланон положил на плечо Ши свою огромную руку, с силой прижал его к себе, молча поклонился и удалился.

Планам Алланона поговорить о тревожных событиях в скором времени, видимо, не суждено было сбыться. Он стремительно исчез и оставил молодых людей в полном недоумении.

Флик и Ши медленно возвращались к реальности. Они зашли к отцу узнать, как идут дела, и вскоре их обоих отправили с очередным поручением. Путь предстоял на север. Однако, к счастью, ничего примечательного в пути не произошло. Никто не встретился им на дороге. В лесах было тихо. Закат тяжело пылал на кронах деревьев, покрывая их темной позолотой. У подножия деревьев было совсем темно и глухо. Бесшумно летали и как будто заглядывали в лицо летучие мыши. В лесу стоял тихий монотонный звон. День угасал. Вокруг разливалось звучание вечера. Между тем прославленный историк и путешественник так и не появлялся. Братья вернулись в гостиницу и сели ужинать. Ели молча, каждый думал о своем. Отец сидел рядом и хитро посматривал на братьев. Закончив ужин, они решили заглянуть в комнату Алланона. Флик всячески протестовал против этого, невольно вспоминая тот ужас, который он испытал при встрече с великаном на лесной тропе. Но Ши был настойчив. Он уговорил Флика осторожно пройти мимо комнаты Алланона и украдкой заглянуть в нее.

Каково же было их удивление, когда они увидели, что дверь пришельца не заперта и в комнате никого не было. Все вещи стояли на своих местах. Казалось, Алланон и не ночевал здесь прошлой ночью. Они вышли из комнаты и в немом изумлении принялись лихорадочно искать великана в окрестностях гостиницы. Однако все поиски были тщетны. И братья пришли к заключению, что по какой-то неизвестной причине Алланон покинул Тенистую Долину. Ши едва мог скрыть свое возмущение тем, что таинственный великан, обрушив на них головокружительный поток информации, бесследно исчез и даже не попрощался. Кроме того, Ши понимал, что с уходом Алланона он невольно лишился защиты и поддержки со стороны великана. Его сердце начинало тяжело и глухо биться всякий раз, когда он вспоминал страшный рассказ великого путешественника. Флик, в отличие от Ши, казалось, был даже доволен исчезновением Алланона. Братья расположились в креслах возле камина в одной из самых просторных и пустых комнат гостиницы. Флик всячески пытался успокоить брата. Не стоило огорчаться из-за неожиданного ухода таинственного странника. «Все к лучшему», — продолжал убеждать брата Флик. Теперь пришелец был уже далеко. Сила его гипнотического, ошеломляющего воздействия на ум и сердце юношей постепенно ослабевала, тем более что окружающая действительность то и дело возвращала их к реальной жизни. Несмотря на весь страх и непередаваемое ощущение ужаса, который вызывала фигура великана и необычные рассказы о событиях давно минувших дней, Флик так и не смог до конца поверить во все это. Во всяком случае, даже если все эти тревожные события и имели место в прошлом, то опасность или угроза для Ши представлялась ему явно преувеличенной, что-то наподобие страшной сказки.

Ши сидел молча и слушал рациональные рассуждения брата. Однако в глубине души он не переставал задавать себе один и тот же вопрос: что будет с ним дальше? Рассказ великого историка совершенно потряс его, лишив сна и покоя. И, хотя многое в этом рассказе казалось надуманным и малореальным, невозможно было теперь отрицать причастность Ши ко всем этим странным событиям. Пришелец появился так внезапно, обрушил на них свои умопомрачительные истории, предупреждал Ши о реальной опасности и в довершении всего бесследно исчез, как будто все остальное его уже не касалось. Где найти доказательство того, что Алланоном не руководили собственные коварные замыслы и что он не ставил цель заманить Ши в ловушку? Вопросов было гораздо больше, чем ответов. А Флик между тем продолжал убеждать брата забыть обо всем и никогда не вспоминать эти загадочные события. Рассеянно слушая брата, Ши думал о своем. Флик замолк и стал задумчиво смотреть на огонь. А в сознании Ши вновь и вновь возникали зловещие картины имевших место событий. Сердце замирало при мысли о том, что он, Ши, становится теперь чуть ли не центральной силой в этой непонятной исторической раскладке. Вскоре братья поднялись и молча направились в свою комнату. События прошлого дня больше не обсуждались. Казалось, силы опять оставили их. Войдя в комнату, Ши обессилено опустился в кресло и обхватил голову руками. Флик тяжело рухнул на кровать и уставился в потолок. В помещении воцарилась мрачная тишина.