Чтение онлайн

— А что ж вы сразу мне про это не рассказали, Трофим Евгеньевич? — строго нахмурив брови, спросил я.

Слуга замялся, но потом, видимо, решил, что если уж выкладывать, то все до последней крохи.

— Так ведь это он, ваше сиятельство, и подбил меня на это грешное дело. А я обещал никому про наш с ним разговор не сказывать. Вот и молчал. — Трофим Евгеньевич пристыженно опустил глаза в пол.

— На какое дело? Выражайтесь яснее. — Я сделал вид, что теряю терпение.

— Так на историю с карнизом этим, будь он неладен. Сидели мы с садовником после работы на лавочке напротив особняка. Я этому иуде и излил душу. Ну, про свою обиду на Тимофея Федоровича. А тут как раз он и сам в окне вашего кабинета появился — шторы задвигал. А этот плут-садовник мне и говорит, выкрути, мол, саморезы из карниза, чтобы… ну, вы понимаете. А я дурак и послушался.

Теперь мне стало все предельно ясно. Легко попадающий под чужое влияние Трофим Евгеньевич оказался жертвой прихоти садовника, который был ключевой фигурой во всем этом деле. И теперь мне следовало побеседовать с ним. Но для этого очень важно его не спугнуть.

Я внимательно посмотрел на поникшего собеседника. Его испуганный взгляд говорил о том, что он себе пророчит, как минимум, тюремное заключение, а то и более суровую кару. Однако, у меня были другие соображения на его счет.

— Вот как мы с вами поступим, Трофим Евгеньевич, — строго сказал я. — Вы прямо сейчас пойдете к Тимофею Федоровичу и расскажете ему все, что поведали мне. А потом пусть он сам решает, как с вами поступить. Одним словом, ваша дальнейшая судьба сейчас полностью в его руках. Если он решит, что вас нужно уволить или еще чего… то уж не обессудьте, а если решит оставить вас на работе, то так тому и быть. Да, и еще: если встретите садовника, ни слова ему про наш разговор. Можете идти.

В глазах Трофима Евгеньевича после моих слов затеплился огонек надежды. Встав на непослушные ноги, слуга благодарно воскликнул:

— Спасибо вам, ваше сиятельство, за ваше милосердие! Надеюсь, что у Тимофея Федоровича такое же доброе сердце, как и у вас. — И он неровной походкой вышел из кабинета.

А передо мной сейчас обозначилась непростая задача: взять по-тихому садовника под арест, а потом допросить. Но сделать это надо было так, чтобы он заранее ничего не заподозрил и не пустился в бега.

Я поудобнее устроился в кресле, привел мысли в порядок и стал обдумывать, как и когда мне лучше взять садовника. Беда была в том, что сейчас, из-за недостатка личного состава, охраны у ворот усадьбы не было. И садовнику не составит большого труда удрать при первых признаках опасности. В этом случае послать за ним группу я не смогу — свободных бойцов нет. В одиночку выслеживать беглого слугу, конечно, можно, но это отнимет много сил и времени. Поэтому брать негодяя лучше неожиданно и, желательно, в таком месте, где у него будет мало возможностей для бегства. Его комната подходила для этого как нельзя лучше.

Я посмотрел на часы. Обед, перед которым садовник переодевался и умывался у себя в комнате уже прошел. Значит придется ждать конца рабочего дня.

В этот момент, отводя взгляд от настенных часов, я вдруг заметил краем глаза какое-то движение за окном. Я постарался ничем себя не выдать и не смотреть прямо на заинтересовавший меня объект. К тому же натренированное периферийное зрение гораздо лучше его захватывало.

За окном, метрах в четырех стоял человек и смотрел на меня. В его действиях не было ничего угрожающего. Он просто наблюдал.

Ленивым движением руки я взял со стола телефон и сделал вид, что увлеченно что-то просматриваю. При этом продолжал держать типа за окном в зоне своего бокового зрения. Я не мог понять, кто это. Для этого нужно было бросить на него хотя бы один прямой взгляд.

Эта немая сцена продолжалась около минуты. А потом человек за окном начал производить какие-то однотипные механические действия своими руками, в которых был зажат какой-то инструмент. И в этот миг до меня дошло: это тот самый садовник. Он стриг кусты возле дома, кидая при этом в мою сторону подозрительные взгляды. Я чувствовал, как он на меня смотрит. Я знал, что человек за окном настороже. И я не хотел его спугнуть.

Он явно оказался здесь не просто так и, скорее всего, наблюдал из-за кустов за нашим с Трофимом Евгеньевичем разговором. По всем его повадкам было заметно, что это отнюдь не простой садовник. Надо будет навести о нем справки. И в первую очередь у Тимофея Федоровича.

Клубок таинственных и странных событий продолжал потихоньку разматываться. И кто знает, что я обнаружу на другом конце нити?

Однако, надо уже что-то делать. Играть в гляделки с садовником и находиться в постоянном напряжении мне надоело. Хорошим вариантом было достать разведывательного мини-дрона, нацепить тактические очки и следить за целью. Но беда в том, что эти вещи у меня в сейфе, который стоит тут же. Копаться там на глазах у садовника, продолжая не обращать на него внимания, это не очень умная идея. Профессионал сразу заметит подвох в моем нарочито небрежном поведении.

Гораздо проще и правильнее сейчас будет усыпить бдительность садовника, который пока точно не знал, сдал его Трофим Евгеньевич или нет. Сделаю вид, что еще раз пошел в казарму. Для этого как раз надо будет пройти мимо тех кустов, которые стрижет этот подозрительный тип.

Конечно, можно было бы просто сунуть ему ствол в лицо — и дело с концом. В этом случае он уж точно никуда не денется. Но, возможно, этот ушлый провокатор работает не один. Не исключено, что и в усадьбе у него есть сообщники. А мне хотелось взять их всех и через них дойти до заказчика, самого важного человека в этой цепочке. А значит, надо действовать осторожно, чтобы никого не спугнуть.

Я убрал телефон в карман, закрыл ноутбук и неспеша, имитируя глубокую задумчивость, вышел из кабинета. Никуда не торопясь, я прошел по коридору, миновал холл и вышел на улицу.

И в ту же минуту я увидел весьма неожиданную картину, которая превзошла мои самые худшие подозрения, касающиеся профессионализма садовника.

Он стоял метрах в тридцати от крыльца и пристально смотрел прямо мне в глаза. И как я не старался выказать сначала равнодушие, а потом легкое удивление его странным поведением, он раскусил мою актерскую игру. Застигнув меня врасплох, он успел что-то заметить в моем взгляде. Что-то такое, что ему очень не понравилось.

Стремительно крутанувшись на месте, он бросился бежать в сторону западных ворот. И это был очень умный ход. Именно так поступил бы и я. За воротами находился мост через небольшую речку, а за ней — лес, тянувшийся до земель соседнего имения. Если уметь хорошо ориентироваться на местности и при этом оставлять поменьше следов, можно было уйти от любого преследования.

Я бросился за ним, на бегу выхватывая из кобуры пистолет. Единственным шансом на получение информации теперь было обездвиживание беглеца. Надо стараться стрелять по ногам. Я вскинул пистолет, притормозил, прицелился, но выстрелить не успел. Беглец скрылся за углом дома.

Чертыхнувшись, я помчался следом. Каково же было мое удивление, когда, забежав за дом, я никого не увидел. Садовник словно в воздухе растворился. До ворот было еще метров двести по абсолютно открытой местности. За следующий угол он также не успел бы забежать, а дверей с этой стороны дома не было. Окна все были закрыты. До крыши — два этажа и никаких лестниц.

Все-таки я, не останавливаясь пробежал до следующего угла, но и за ним никого не оказалось. Внимательно сканируя расфокусированным взглядом окружающую местность, я вернулся к первому углу особняка, за которым скрылся от меня беглец. Нагнувшись, я стал изучать следы на дорожке, посыпанной мелким гранитным отсевом.