Чтение онлайн

Эти гении каким-то образом не просто соорудили колбу поддержания жизни, но ещё и вывели новый штамм бактерий-строителей.

Но главный вопрос для меня заключается не в том, как они их создали. А как мне взять эти микроорганизмы под контроль, чтобы заставить их и дальше лечить Павла Петровича.

Ведь одной лекарской магией отрубленную голову в нормальном состоянии поддержать невозможно. Будь у меня хоть сто витков! Голова без туловища всё равно погибнет.

Закончив изучение бактерий, я приступил к созданию новой концепции. Создание лаборатории нужно начинать с малого. И первым делом придётся создать самый простой аппарат для подсчёта клеток крови. Камеру Горяева.

Этот аппарат позволит получать нам тот самый знаменитый универсальный «общий анализ крови», который используется в моём мире уже две сотни лет. Правда, автоматизировать процесс не удастся. Придётся всё считать вручную.

А это значит, что завтра мне нужно приобрести стёкла. А затем создать из них два элемента — предметное стекло и покровное стекло. Затем соорудить специальную сетку между ними — и получится камера Горяева — оптическое устройство для подсчёта клеток крови. Оно работает не так точно, как компьютерные анализаторы из современности, но для начала сойдёт и оно.

Создавать его несложно. Думаю, управлюсь всего за один день.

Когда стёкла и сетка будут на месте, я смогу поместить туда кровь и подсчитать через микроскоп количество клеток, а затем умножить их на заданные числа и получить тот же самый общий анализ крови, только с большой погрешностью.

Пока я придумывал, как мне всё это организовать, ночь уже закончилась. Я отработал свои часы и вместо того, чтобы направиться домой отдыхать, принялся искать по всем магазинам Саратова подходящие материалы. Затем купил в ближайшей аптечной лавке несколько своих же зелий-энергетиков и приготовился к тяжёлой работе.

На создание камеры Горяева ушло несколько часов. Закончил её я лишь к полудню. Осталось лишь протестировать аппарат. И лучше всего для начала проверить его на себе.

Я извлёк из себя немного крови и поместил каплю под предметное стекло. А затем принялся считать. Долго и, честно говоря, мучительно. Поражаюсь, как люди раньше обходились без лаборатории и компьютеров!

Мне пришлось самостоятельно пересчитывать попавшие в сетку клетки. Эритроциты, отвечающие за транспорт кислорода. Лейкоциты, чья задача убивать бактерии, вирусы и создавать воспаление. И тромбоциты, которые являются предшественниками тромбов.

Кстати, последние две клетки непосвящённые люди могут посчитать вредными. Воспаление и тромбы! Звучит так, будто это что-то очень вредное. Но на деле всё не так просто.

Воспаление — это один из самых важных механизмов организма. Люди думают, что воспаление вызывают вирусы или бактерии. Но это не так. Воспаление вызывает иммунная система, чтобы отграничить инфекцию от остального организма. Да, воспалению свойственна боль, краснота, отёк и дискомфорт в целом. Но если воспаление возникает из-за проникновения в организм инфекции, отключать этот механизм защиты не нужно.

Часто при вирусных инфекциях в моём мире люди пили специальные порошки с разными вкусами. Лимон! Клубника! Ого! Наверное, это что-то очень полезное, да? А вот и нет.

Такие порошки содержат в себе противовоспалительное средство и противовирусное. Последнее убивает вирус. Да, так и должно быть. Но! Если у человека температура и он сбивает её таким порошком или другой таблеткой вроде аспирина или парацетамола — это беда. Совсем беда.

Температура нужна. Она целебна, если не превышает тридцати восьми градусов. И когда люди пытаются её сбить раньше времени — это прямой путь продлить болезнь.

А с тромбоцитами вообще отдельная история. В моём мире в умах людей, особенно после ковида, укоренилось, что тромбы — это зло.

Но я бы сказал, что это не совсем так работает. Что ж, давайте уберём все тромбоциты! Что случится?

В лучшем случае, получится сын Николая Второго. Алексей. Который страдал гемофилией и мог в теории умереть даже от самого лёгкого кровотечения.

Хотя зачем так глубоко копать? У нас в госпитале до сих пор лежит Евгений Балашов, которого проверяют на вменяемость, прежде чем вручить ему заслуженный титул барона. У него ведь тоже гемофилия. И это заболевание очень опасно. Тромбы у него никогда не возникнут. Зато при любой травме может произойти кровотечение, как наружное, так и внутреннее, из-за которого он очень быстро умрёт.

И каков же итог?

Как и всегда, все клетки, вещества и прочие элементы организма должны быть в равновесии. В балансе.

К двум часам дня я составил схему камеры Горяева, затем создал её саму, но мне пришлось также расписать статью о клетках крови. Без неё для других лекарей эта камера будет абсолютно бесполезна. Люди должны понимать, что вообще означает то или иное количество клеток крови.

Но самое главное моё достижение сегодня — это первый эксперимент, при котором использовалась камера.

Я подсчитал клетки своей крови и окончательно убедился, что всё работает. Эритроциты, лейкоциты и тромбоциты были в норме. Учитывая моё состояние здоровья, всё так и должно быть.

По идее я должен был пойти и зарегистрировать патент, но мне захотелось ещё раз заглянуть к дяде. Уж больно меня смутило состояние его здоровья. Да, худоба была ему присуща. Но в последний раз мне показалось, что он продолжает худеть.

Раньше он терял вес из-за наркотических зелий, но что с ним происходит сейчас? Вопрос, на которой срочно стоит найти ответ.

— Алексей? — удивлённо спросил дядя, увидев меня в дверях своей квартиры. — Что случилось? Документы уже приготовили?

— Нет, — помотал головой я. — Мне нужно поговорить с тобой наедине. По поводу твоего самочувствия.

— А что со мной? — махнул рукой он. — Всё в порядке, не переживай. Ноги только одной не хватает, а так — всё путём!

— Уж из меня-то дурака не строй, — настоял я. — Ещё в прошлый раз показалось, что ты исхудал. Вес так и падает. Готов поспорить, что я с лёгкостью могу тебя подхватить одной рукой.

— Эх… — вздохнул он. — Ладно. Давай переговорим, раз ты настаиваешь. Всё-таки ты теперь — глава моего рода. И спорить с тобой я не имею права.

Мы закрылись в спальне, я попросил дядю снять рубашку и осмотрел его торс.

Да… Килограммы явно куда-то улетели. Рёбра выступают, их теперь даже простукивать не надо. Всё видно невооружённым глазом.

— Какие симптомы, дядь? — спросил я. — Отключи лекарское мышление. Скажи как пациент. Что изменилось за последние месяцы?

— Аппетита нет совсем, — признался он. — Особенно с мясом проблемы. Мясо вообще есть не хочется. Тошнит, когда на него смотрю. Катька меня бьёт по башке, когда я отказываюсь есть то, что она готовит. А я не могу — хоть убей.