Чтение онлайн

Отлично. Раз он заключённых «господами» начал называть, значит, я уже достаточно продавил его психику.

Балашов, значит? Это место у меня уже давно на слуху благодаря Токсу. Отсюда до Хопёрска рукой подать. Если выберемся, доберёмся на повозке часов за пять — не больше.

Вот только знакомых у меня в этом городе нет. И единственный козырь, который я могу использовать, может нас с Синицыным вовсе убить. Так что лучше не рисковать. Для начала стоит узнать, что нас ждёт. Может, через пятнадцать суток мы уже выберемся на волю.

— А сколько нам тут сидеть осталось? — спросил стражника я.

Пока он находится под воздействием магии, лучше извлечь из него максимум информации. Открывать клетку он не станет. Всё-таки я — лекарь, а не телепат. Но временно его сознанием я манипулировать могу.

— Да дня два-три ещё посидите, — махнул рукой он. — А потом вам головы поотрубают. Терпеть недолго осталось. Так что наслаждайтесь своими последними деньками.

Ага… Значит, рисковать всё-таки придётся. Молодец, Янус. Отличное у тебя чувство юмора. Засунул нас в камеру приговорённых к смерти. Не исключено, конечно, что он сам этого не хотел. Просто ошибся этажом…

Но я ему это ещё припомню. Ох этот божок проклятый и нажрётся моей мести когда-нибудь. Я всё равно до него доберусь!

— Всё, господа преступники, — тихо хохотнул стражник. — Пойду в картотеку. Выясню, кто вы такие и кто вас сюда посадил. Учитывая, что вас туда с оружием запихали, думаю, ваша казнь пройдёт уже сегодня.

— Передайте сообщение барону Балашову! — воскликнул я.

— Чего-чего? — нахмурился стражник. — Барону? Может, сразу императору письмо напишем?

— Нет-нет, император нам пока что не нужен. Зачем разводить панику? А вот барону передайте, — я перешёл на шёпот, — что я знаю, как погиб его брат. Более того, у меня есть люди, которые сразу же передадут эту информацию императору, если меня или моего друга казнят.

Кто бы мог подумать, что Токс своими мемуарами в итоге поможет мне выбраться из темницы. Синицын, правда, искренне не понимал, что за чушь я несу.

Но этот блеф мог спасти нас. Только он, и больше ничего.

Стражник явно напрягся. Ведь я только что сообщил ему информацию, которую не передавать барону попросту нельзя. Слишком уж высок риск, что его самого в итоге вздёрнут за то, что он проигнорирует мои слова.

— Я попробую ему об этом сообщить, — сказал охранник, всё ещё находившийся под воздействием моей магии. — Но ничего обещать не могу.

Стражник ушёл, вновь оставив нас с Синицыным наедине. Как только металлическая дверь хлопнула, Илья воскликнул:

— И что это было?! Какой брат? Ты что ему наплёл?

— Лучше не спрашивай. Всё равно не поверишь, — помотал головой я.

Я сам-то до сих пор с трудом верю в то, что Токс является бывшим наследником рода Балашовых.

— Что-то мне подсказывает, что стражник тебе тоже не поверил, — подметил Синицын. — Сильно сомневаюсь, что в конечном счёте он вернётся сюда и выпустит нас. А если и выпустит… Что нам делать дальше? Ты хотя бы в свой план меня посвяти.

— Тебе нужно просто стоять рядом и молчать. Никого не провоцируй, — сказал я. — Сам со всеми переговорю. Просто молча кивай, подтверждая мои слова. Я ж тебя знаю! Ты можешь и на дуэль местного барона вызвать.

— Нет, пожалуй, для дуэлей у меня сил больше не осталось, — признался Синицын. — Из меня этот проклятый Тёмный мир все соки высосал. Хотя стоит отметить, после захода туда я даже перестал ощущать абстинентный синдром. Может, к чёрту этот налтрексон? Стану некромантом и всё само пройдёт!

— Нам только тебя ещё в роли некроманта не хватало, — усмехнулся я. — Тем более я для тебя целую партию рабочего налтрексона приготовил. Как начнёшь принимать, станет гораздо лучше уже за пару дней.

— Не забывай о том, что прошёл целый месяц. Может, весь налтрексон уже продали, — пожал плечами Синицын.

— И этот вариант тоже нельзя исключать. Вопрос только в том, кто его за этот месяц имел право продать? — принялся рассуждать я. — Патентом на мои лекарственные препараты владеют всего три человека. Он разделён между мной, Сеченовым и Дебетовым.

— И что по итогу? Доверяешь ты Сеченову? — хмыкнул Синицын. — Мне вот он с самого начала не нравился. А теперь, когда нас с тобой якобы не стало, велик риск, что он забрал себе больше половины доли и начал развивать свою империю.

— Подожди, Илья, я, конечно, не могу отрицать этот вариант, но мы сейчас занимаемся клеветой, не имея при этом вообще никакой информации о внешнем мире. Давай-ка лучше для начала выберемся отсюда, а потом уже будем делать выводы и строить дальнейшие планы, — предложил я.

— Вопрос только в том, живыми мы отсюда выберемся или…

Договорить Синицын не успел, поскольку в этот момент дверь в тюремный блок распахнулась и к нашей камере устремилась группа стражников.

— А вот сейчас и узнаем, в каком виде нам суждено покинуть Балашов, — ответил я.

— Отойдите от решётки! — велел тот самый стражник, которому я только что продавил нервную систему. — Держите руки на виду и делайте всё строго так, как я говорю.

На этот раз он пришёл с подкреплением. За его спиной стояли двое вооружённых копьями мужчин.

Стражник отпер клетку, чем тут же спровоцировал шум во всех остальных камерах.

— И нас! Нас! Выпустите нас! Чем они заслужили помилование?! — кричали заключённые.

— А ну, тихо! — проорал охранник. — Никто не говорил, что их помилуют. Просто их судьбу будет решать барон Балашов. Лично. А ваша судьба уже давно решена. Так что не надрывайте глотку. Она вам ещё пригодится, когда наступит день казни, — он перевёл взгляд на нас и жестом попросил выйти из камеры.

Мы с Синицыным сделали несколько шагов вперёд, после чего охранники сразу же отобрали наше оружие. Один из них залез в мою сумку и принялся изучать её содержимое.

— А у него здесь удавка! — подметил верзила.

— Это фонендоскоп, дубина, — не удержался я.

Нужно иметь очень богатую фантазию, чтобы посчитать шланги фонендоскопа удавкой. Сразу видно — человек мыслит в рамках нанесения вреда другим людям. Для него любой инструмент — оружие.

Как только нас закончили досматривать, стражник произнёс:

— Сейчас вас отведут в покои барона Балашова. Я передал ему ваши слова и… Мягко говоря, он очень заинтересовался вами двумя. Разговор состоится, но я очень не рекомендую совершать какие-либо глупости. Один неверный шаг — и казнить вас придётся прямо в его залах.