Чтение онлайн

Гупи и Журналист прижались к стене. Чисто рефлекторно.

Призрачный кабан пронесся мимо них и растаял во тьме.

– Спецэффекты, мать их…

– Далеко еще? – спросил Журналист.

– А что? – искоса глянул на него Гупи.

Не верь никому – закон Зоны.

Тем более – Излому. Кто знает, сколько человеческого в нем сталось? Может, лишь прикидывается человеком. А сам только и ждет, когда Гупи его к Монолиту выведет. Чтобы снести ему там башку, как тем военным сталкерам, в окопе.

– Ломает меня, – с неохотой признался Журналист.

– Это как же так? – удивился Гупи. – Как нарка без дозы?

– Ну, наверное, вроде того, – процедил сквозь зубы Излом. – Горит все внутри… И голова…

– Что – голова?

– Ну, вроде как, не в порядке.

– Болит или соображает плохо?

– И то, и другое… И мысли все время…

– Это разве плохо, что мысли?

– Плохо, когда мысли чужие. И не знаешь, откуда они пришли.

– А о чем мысли-то?

– О судьбах человечества.

– Да ну!

– Не знаю я!.. Попробуй, разберись в чужих мыслях!

– Ладно…

– Да, не скажи…

– Я хотел сказать, потерпи. Уже недалеко.

На очередной развилке Гупи свернул в проход, рядом с которым был нарисован большой глаз, тупо уставившийся в пустоту. Прежде такой знак им не встречался.

– Я уже видел такой, – указал на глаз Журналист.

– Ага, я тоже, – кивнул Гупи. – На американских деньгах.

– Нет. На двери в четвертом энергоблоке.

– А что за дверью?

– Не помню.

Гупи остановился возле закрепленной на стене металлической лестницы.

– Дурной знак.

– Ты веришь в приметы?

– Приметы – это одно. А знаки – совсем другое. В приметы можно и не верить. А вот знаки нужно примечать. Знаки многое сказать могут. Верный путь указать. Или от беды уберечь. Глаз – это дурной знак. И к гадалке ходить незачем.

– А что, есть другой путь?

– Ну, если и есть, то мне он неизвестен.

– Так чего ж мы тут стоим?

– Так пришли.

Гупи положил ладонь на лестничную перекладину и посветил фонарем вверх. Метрах в пяти над головой луч света уперся в рифленую крышку люка.

– Там Монолит? – посмотрел туда же, что и сталкер, Излом. – Ты уверен?

– Я не знаю, что там наверху, – покачал головой сталкер. – Но это то самое место, которое было обозначено на плане. Так, что…

Гупи умолк на полуслове и в некоторой растерянности посмотрел по сторонам.

– Что-то не так? – насторожился Журналист.

– Все исчезло, – зачарованно развел руками Гупи.

– В каком смысле «все»?

– Все! – повторил тот же самый жест сталкер. – Я больше не вижу ни гигантских светляков, ни привидений, ни психоделических слизней, ползающих по стенам и оставляющих за собой радужные узоры… Я даже не слышу колокольцев, что последнее время звучали у меня в голове… Странно…

– Это значит, мы действительно пришли, – Журналист почему-то перешел на полушепот. – Мы находимся под Монолитом – в мертвой зоне, которую не покрывает его излучение.

– Как сбоку от пулеметного гнезда, – сравнил Гупи.

– Точно, – кивнул Журналист.

И вдруг – улыбнулся. Впервые за все то время, что они были вместе. Почти по-настоящему. По-человечески.

Гупи снова посмотрел наверх.

– Кто первый?

– Если позволишь, я.

– Прошу, – сталкер сделал шаг в сторону.

Журналист взялся за металлические перекладины и стал быстро-быстро карабкаться наверх.

Добравшись до люка, он попытался осторожно приоткрыть его. Крышка не сдвинулась с места. Излом поднялся на одну перекладину выше и уперся в крышку плечом.

– Не выходит? – спросил, глядя на него снизу вверх, Гупи.

– Заперто, – с досадой ответил Журналист.

А почему, собственно, они надеялись, что дверь, ведущая в святая святых Зоны, окажется гостеприимно распахнутой? С другой стороны, пройти черт знает через что и упереться в запертую дверь в двух шагах от цели – в этом присутствовала злая ирония. И если бы это случилось с кем-то другим, Гупи, быть может, даже посмеялся бы. Но сейчас ему было не до смеха.

– Слезай.

– Что? – глянул на него сверху Журналист.

– Слезай, говорю! – махнул рукой Гупи.

Излом послушно спустился вниз.

А Гупи скинул с плеч рюкзак и забрался наверх.

Излом знал многие секреты Зоны, о которых сталкер даже не подозревал. Он за версту чуял аномалии. Другие монстры и мутанты предпочитали обходить его стороной, опасаясь психокинетического удара и гипертрофированной левой руки. Но, чтобы замки взламывать, – тут нужна не сила, а ловкость. И самые общие познания в элементарной механике.

Перво-наперво Гупи так же, как Излом, попытался приподнять крышку люка. Чтобы убедиться, насколько плотно она стоит на своем месте. Крышка даже на волос с места не сдвинулась. Хорошо. Гупи не очень-то на это и рассчитывал. Достав нож, сталкер проверил острием все щели. Крышка была подогнана плотно, так, что лезвие не просунешь. Посыпавшиеся вниз чешуйки ржавчины означали, что люком давно не пользовались. Быть может, о его существовании вообще забыли. Замечательно. Скорее всего, люк запирался на широкий, тяжелый засов, расположенный с противоположной стороны. До него, понятное дело, не добраться. А вот две металлические петли, также покрытые слоем ржавчины, были на виду. И что с ними можно сделать? У Гупи на сей счет имелись свои соображения.

Гупи спустился вниз, присел на корточки возле рюкзака и принялся перебирать его содержимое.

Журналист молча наблюдал за ним. Понимал, что сейчас к сталкеру не стоит приставать к расспросами.

Наконец Гупи нашел то, что нужно. Узкий металлический футляр, внутри которого – широкий пластиковый дозатор. Гупи сунул дозатор в петлю на груди, повесил на шею автомат и снова полез наверх. Там он сорвал с дозатора защитный колпачок и принялся осторожно, чтобы не капало вниз, смазывать петли люка густой, желто-зеленой, опалесцирующей пастой. Нанеся пасту густым, ровным слоем, Гупи закрыл дозатор и: «Держи!» – кинул вниз Журналисту.

В дозаторе находилось то, что сталкеры называли «Разрывом». Странное вещество, небольшие лужицы которого появлялись сразу после выброса в сырых, сумрачных углах. Рядом с лужицей «Разрыва» непременно ошивался полтергейст. Что за связь существовала между ними, никто не знал, но именно из-за присутствия полтергейста добыча «Разрыва» превращалась в занятие далеко не безопасное. Поэтому немногие сталкеры брались добыть «Разрыв», хотя заказы на него поступали постоянно, да и платили щедро. Уникальная особенность «Разрыва» заключалась в том, что вещество это, по химическому составу не являющееся кислотой, способно было уничтожить любое неорганическое соединение, оставаясь совершенно безвредным для органики. Поэтому и дозаторы, в которые собирали «Разрыв», изнутри были покрыты специальной полимерной углеводородной пленкой. В лагере «ботаников» Гупи как-то краем ухо слышал, что «Разрыв» не вступает в химическую реакцию с уничтожаемым веществом, а каким-то совершенно непонятным образом разрывает в нем все межмолекулярные связи, что приводит к полной деструкции вещества. «Разрыв», находившийся в дозаторе, Гупи собрал еще в прошлую ходку, для Кугеля. Да так и не донес. Оказалось – на удачу.