Чтение онлайн

– Там, снаружи, есть забор, изготовленный из этих старых жал. Ты видел, как прыгала молния.

– Ну и что? Это целое состояние, но не для нас. Может быть, для тех охотников, которые появятся здесь после.

– Магия, Стапьюлар. Магия.

– К чему ты клонишь, низший ум?

– Проводники магии. Магия, с помощью которой можно сразиться с химерой.

– Ты сошел с ума!

– Как ты заметил, у меня есть пояс левитации и перчатки, и я пришел из мира, в котором существует магия. Если я снова смогу выбраться наружу, вырвать одно из жал, ухватиться за него перчатками и направить через него магию…

– У тебя есть магия? – Стапьюлар выглядел все менее скептически настроенным.

– Да… – У Келвина еще никогда не было такого сильного искушения солгать. Но ему было трудно изменить своим глубоко укоренившимся привычкам. Он решил сказать всю правду. – Да. Мои перчатки магические. Они часто знают, что делать, когда я сам этого не знаю.

– Серьезно?

– Да. – Но угрызения совести заставили Келвина добавить: – Мечи, копья, щиты, арбалеты – они пользовались даже лазером.

– Но знают ли они, как пользоваться магией?

– Может быть. Возможно.

– А может быть, и нет?

Келвин пожал плечами.

– Мне кажется, что любой шанс лучше, чем ничего.

– Правильно, низший ум. Правильно. Тогда каковы же твои планы?

– Я хочу достать жало. Чтобы встретить с ним химеру.

– Пока, как я предполагаю, я буду отвлекать ее.

– Тебе придется сделать это.

– А если она прочтет твои мысли? Я могу не думать об этом и сохранить это в тайне. А ты?

– Мне придется это сделать.

– Легко сказать. Но когда она рядом, твое сознание открыто для нее. Ты знаешь, что не сможешь скрывать от нее свои планы. Какие бы ни было.

– Тогда именно поэтому мы и должны сделать это сейчас, – сказал Келвин. В этот момент он понял, что единственный план, который у него был, это добраться до жала, пока Стапьюлар отвлекает химеру. Это было трудновыполнимо, даже если бы Стапьюлар действовал достаточно успешно.

– Ты мог бы ухватиться за жало химеры. Держаться за него. Сделать так, чтобы она не смогла направить свои молнии в цель.

– Я мог бы навалиться на него всей своей тяжестью, но все равно я не думаю, что смогу удержать его.

– Но ты попробуешь?

– Да, – пообещал Стапьюлар.

Келвин позволил себе немного надежды. Наконец-то ему удалось убедить рыжего сотрудничать с ним, помочь ему. Это означало, что у них все же появился шанс, пусть и очень малый.

Кайан удивленно посмотрел на своего отца.

– Что мы сделаем, отец? Мы не можем остановить его!

– Нет. Конечно, нет. Туда далеко добираться. В тот раз нас несли туда, помнишь?

Кайан кивнул, глядя на транспортер и втайне думая о чем-то своем. Его мучили мрачные мысли.

Келвин был его братом. Пусть только сводным. Не следовало, нельзя было покидать его, особенно после того, как Келвин отправился за ним в мир змеев. Келвин спасал их всех несколько раз. Сначала он спас Рад, их родину, от родной матери Кайана. Вовлеченный в революцию в Раде, во главе которой стоял Келвин, Кайан воспользовался транспортером и отправился на поиски своих пропавших отца и матери. В мире другого измерения, в параллельном мире, который был так похож на его родной мир и в то же время так сильно отличался от него, Кайан нашел своего пропавшего отца и девушку, к которой он теперь так отчаянно хотел вернуться. Келвин прибыл позже, разбил роялистов и вызволил Кайана и Джона Найта из темницы короля Рауфорта. Теперь у Кайана был шанс отплатить добром за добро.

Но, будь все проклято, Келвин повел себя очень глупо! Отправиться обратно в логово чудовища для того, чтобы спасти этогоЄ этого браконьера! Никто, у кого сохранилась хоть капля здравого смысла, не стал бы делать этого! Никто, кроме идиотского героя!

– Может быть, – сказал Джон, – мы сможем получить помощь от квадратноухих. Они хотят, чтобы мы убрались прочь из этого измерения.

– Если они позволят уничтожить охотника, то тем более позволят уничтожить и глупца, – Кайан немедленно пожалел, что употребил это слово. Временами Келвин вел себя глупо, но в то же время он был его братом.

– Боюсь, что согласен с тобой, – сказал Джон. – Но если мы просто начнем снова пробираться по болоту, то нас поймают лягушкоухие. Надо как-нибудь иначе.

– Да, должно быть, так. – Кайан задумчиво поводил носком сапога по полу камеры. – Отец, как ты думаешь, они нас спасут еще раз?

– Думаю, на это нельзя рассчитывать.

– Я тоже так считаю. Зачем им нужно проявлять терпение, имея дело с глупцами?

– Действительно, зачем? – воскликнул Джон с ироническим смешком.

– Если бы только Келвин оставил нам хоть что-нибудь. Он взял пояс левитации и оружие Маувара. Чем же мы будем сражаться?

– У нас есть пара магических перчаток и наши мечи. Плюс наши мозги, – сказал Джон.

– Много пользы они тебе принесут!

– Я не так в этом уверен. Этот плод, который сюда закатили лягушкоухие, – как ты думаешь, он растет неподалеку?

– Предположим, он действительно растет рядом. Он свалит нас с ног, едва мы вдохнем его аромат.

– Но ведь лягушкоухие держали его.

– Может быть, они невосприимчивы к его запаху. Может быть, он просто не действует на них, отец.

– Гм-м. Возможно. Я и не говорю, что мы могли бы воспользоваться им, просто обдумываю возможности.

– Перчатки… как ты думаешь, могут они провести нас через болото к острову?

– Возможно. Наверное, возможно. Вспомни, как у них чудесно развито чувство направления.

– Но у нас только одна пара.

– Вот что я скажу, – Джон Найт стянул с руки правую перчатку и протянул ее сыну. – Я надену левую, а ты правую. Тогда мы будем защищены в равной степени.

– Спасибо, отец. – Кайан надел перчатку. Хотя ладонь отца была больше, чем его, мягкая кожа дракона сжалась и превосходно подошла ему. Если бы его рука была больше, то перчатка бы волшебно растянулась.

Джон пожал плечами.

– Почему я должен позволять своему сыну подвергаться опасности, если ее можно избежать?

Вопрос был чисто риторический, но Кайану было приятно это слышать, и у него потеплело на душе. Он знал, что Келвин герой, сын той женщины, которую Джон любил истинной любовью, и иногда сомневался в чувствах отца к сыну, рожденному злой королевой. Кайан сгибал и разгибал правую руку с надетой на нее перчаткой. Он вытащил меч, сделал в воздухе несколько пробных выпадов и аккуратно вложил меч в ножны. Как же, подумал он, будет обращаться со своим мечом отец, ведь он правша?