Чтение онлайн

Ситуацию могли спасти ёлки и сосны, но их, почему-то, было мало. Сами они радовали взгляд, но общую картину спасти не могли.

Мне быстро надоел этот бледный, мертвенный пейзаж. Он напоминал о Царстве мёртвых.

Конечно же, в Аиде не было снега и ёлок, но царили пустота и одиночество. Голый, по-зимнему неживой лес, вызывал именно такие чувства. Пустоты и одиночества.

Всего девять утра, но вся эта серость за окном раздражала, будто едем уже пару сотен лет.

Задёрнул шторы и улёгся на диван. Голова коснулась подушки и я провалился в сон.

Проснулся после обеда и оказался, будто в другом измерении. Коля включил в купе лампы. Жёлтый свет заливал помещение теплом. Играл на стенах, на покрытой лаком столешнице.

Николай расстегнул сумку Ирины Леонтьевны и достал наши запасы. На столе появился контейнер с варёной картошечкой. Стукнул скорлупой пакет с варёными вкрутую яйцами. Звякнула солонка, зашуршала фольга, раскрывая жареную курочку.

Тонкая корка хрустнула, и по купе поплыл вкуснейший аромат. Рот тут же наполнился слюной, а в животе заурчало.

Коля ещё доставал какие-то котлеты, соусы, нарезанные в салат овощи, но я не присматривался. Отделил корочку и отправил в рот.

Тёплый свет и накрытый стол создали уютную атмосферу. Покачивания поезда добавили умиротворения. Я забыл обо всём на свете, даже о вилке с ложкой.

— Как же пахнет, цербера мне в завистники, — пробубнил я с набитым ртом.

— Эх, завидую Вам, господин, — Коля грустно посмотрел на стол и наколол на вилку картофелину.

Я вспомнил, что он у меня не учувствует ни вкуса, ни запахов. Исправить это сейчас я не мог, но, есть же другие варианты, правда?

— Хочешь, — я макнул котлету в соус, — расскажу тебе, как пахнет?

Коля не успел ответить, а я продолжил:

— Представь, что ты прошёл сотню вёрст за день, устал. Нашёл для привала удобное место под сенью дерева у ручья. Развёл огонь и стал жарить над ним Курочку. Лёгкий ветерок бросает на тебя дым костра. Ноги покалывает, они отходят от долгой дороги, а над огнём лопается корочка, жирок капает на угли, шипит…

— Господин, не надо, — жалобно протянул Коля, — чем я заслужил такую пытку?

— Хм, да ничем, извини, — я вздохнул и посмотрел на остатки обеда, в животе ощущалась приятная тяжесть, — просто настроение какое-то такое, — я покрутил в воздухе ладонью, — мечтательное, что ли.

— Понимаю, — протяжно вздохнул Коля, — меня в поезде тоже пробирает единение с миром. Все проблемы оказываются неважны, и я, словно вне времени нахожусь. Оно замедляется, исчезает. Нет ни вчера, ни завтра, есть только сейчас. Мерный стук колёс, шаги за дверью купе, голоса за стенами. Словно снова в детстве оказался, надо только лежать и есть.

— Хех, Коля, точнее и не скажешь, — кивнул я. Оказывается, мой слуга не чужд философских измышлений. Открытие, однако.

— Господин, а Вы вернёте мне чувства? — спросил Коля с надеждой во взгляде и в голосе.

— Верну, — я вспомнил, какие взгляды он бросал на публичный дом у пустыря, — вернёмся в Питер, подготовим для этого всё.

Чтобы внести изменения в ритуал, мне нужна была сила. Если заберу часть духа у артефактора, или у кого-то из столичных, то, возможно, хватит емкости резервов, чтобы сделать всё разом. Иначе, придётся идти по длинному пути. Жаль, что в этом вопросе артефакты накопители мне не помогут.

Мысли после еды стали вялыми. Время, как заметил Николай, замедлилось. Меня снова потянуло в сон.

Помотал головой, прогоняя хмарь из головы. Встал и сходил к титану в вагоне, набрал кипятка для растворимого кофе. Хе-хе, название-то какое, титан. И, ведь, угадали. Среди чайников это монстр.

В голове мелькнула мысль, что я пью кофе из титана, и стало ещё смешней.

Задерживаться в коридоре не стал.

— Ты заметил, что у нас в соседях много аристократов? — спросил я у Коли, когда вернулся.

— Ни одного не видел, — пожал плечами слуга.

— Я тоже, — хмыкнул я, — но охраны у них там полно. Одни мордовороты из купе выглядывают.

— Разузнать, кто едет рядом?

— Не надо, — я поставил кружку с кофе на стол.

С одной стороны, надо пользоваться любой возможностью, чтобы наладить связи с аристократами. А с дургой, мне так лень. Все эти светские разговоры ни о чём. Обсуждать погоду или политику… Ну на фиг. Как сказал Коля, я выпал из реальности. Вне времени я, пока еду в поезде. Лучше другими делами займусь.

Сонливость от прогулки сняло, как рукой. Я решил воспользоваться моментом, и поработать с отчётами по ремонту клиники. Взять их у Арсения управляющего я не успел. Он был сильно занят. Пришлось просить копии у Шальной.

Достал папку с бумагами и вчитался в строчки и цифры. Разбирался я долго. То ли потому, что глаза снова начали слипаться, и приходилось подбадривать себя, отправляя Колю за новой порцией кофе. То ли потому, что никогда не любил всю эту финансовую ерунду, но суть старалась ускользнуть от моего понимания. Цифры не складывались, и многое не сходилось.

За окном стемнело, а я всё пытался разобраться, что не так. Формулировки были какие-то запутанные. Создавалось ощущение, что, вроде бы, всё в порядке, но финальная сумма и бюджет на будущее неоправданно раздуты.

Когда мозг окончательно потонул в отчётности, я отложил папку в сторону. Ничего не понимаю. Буревестов прекратил мешать моему проекту, но цены на работы и материалы не упали. Это единственное, что я смог вычленить из документов. Как приеду, надо будет навестить Арсения. Пусть объяснит всё подробно.

Утомлённый отчётами и убаюканный поездом, я крепко уснул и проспал до самого утра. Разбудил же меня долбёж в дверь и крик:

— Именем Императора, откройте.

Крик сопровождался лязганьем затвора. В руках у Николая оказался пистолет, который он направил на дверь.

— Ты чего? — удивился я, приводя себя в порядок простым заклинанием, — говорят же, именем Императора.

— Мало ли, что говорят, — повёл стволом Николай, и протянул пистолет мне.

Взял оружие машинально. В руке Коли возник второй пистолет и он шагнул к двери: