Чтение онлайн

– Тебе отдал кольцо хозяин замка?! И ты приняла от него этот подарок? – неприятным голосом уточнил Дар и даже вроде попытался слегка отстраниться от меня. В ответ я рассмеялась и потерлась спиной об его грудь.

– Да ты что, смеешься? Какой подарок?! Это же настоящий боевой трофей, полученный мною путем шантажа и вымогательства!!!

– Ты умеешь шантажировать некромантов? – с облегчением переспросил парень. – И чем же ты его так доконала?

– Пригрозила бросить драконий зуб в зелье, которое он варит уже месяца два… Дар?

– Что? – успокоившийся чародей уткнулся носом в мой затылок и теперь смешно фыркал в него.

– Подожди, не щекочи меня! Я ведь должна сообщить тебе ужасную вещь! – спохватилась я и виновато посмотрела на парня. Тот неопределенно хмыкнул и продолжил перебирать прядки волос, выбившиеся из моей растрепанной косы. Я было раскрыла рот, чтобы призвать его к порядку, но в это самое время Данара мягко спланировала вниз.

Что тут началось! Ванька с разбегу повис у меня на шее, да так там и остался, хлюпая носом от избытка чувств. Степан зашел с фланга, гордой птицей взмыл ко мне на плечо, обмусолил щеку и ухо и завыл от радости. Горыныч, позабыв про свой солидный возраст и положение в обществе, носился кругами и истошно каркал. Тинка молча терлась лбом об мою спину и вздыхала. Даже гордый Пилигрим соизволил подойти и, слегка потеснив Ванятку, положил голову мне на плечо. Не было только Радоша. Как пояснил Дар, оборотень крутился у замка – шпионил за его обитателями.

Перецеловав друзей в лица и морды, я утерла набежавшие слезы, а затем расцеловала их ещё раз, «начисто».

У края широкой поляны, на которую опустилась Данара, горел костер. Кроме нашего маленького отряда и драконихи, вокруг огня сидело с десяток людей – чародеев, прибывших к нам на подмогу по просьбе Дара. Мою повесть они выслушали с сосредоточенным интересом, иногда негромко обмениваясь между собой малопонятными репликами. Перспектива схватки чуть не с сотней личей и кучей злобных ящеров, не говоря уже о некроманте, их, похоже, не пугала. Молодой улыбчивый маг, чьё румяное лицо я видела в одном из радужных шаров, и которому очень шло его имя – Смеян, - всё время удовлетворенно кивал, словно хотел сказать: правильно, хорошо, именно это нам и нужно! Другой чародей, мрачный мужчина средних лет, на протяжении моего рассказа хмыкал и делал пометки на куске пергамента. Единственная среди них женщина, немолодая колдунья с прямой, как стрела, спиной и рыжей с проседью гривой волос, поглядывала на меня сочувственно, не забывая, впрочем, задавать уточняющие вопросы, на которые, к сожалению, я далеко не всегда могла дать ответы. Я и так старалась рассказывать всё по порядку, стараясь не упустить ни одной детали. Выходка с драконьим зубом, позволившая мне отогнать сладострастного чернокнижника и заполучить хрустальный перстень, получила всеобщее одобрение. Правда Смеян, фыркая от смеха, посетовал на то, что я, в конце концов, всё-таки не испортила зелья. В общем и целом, я была с ним согласна, если не считать того, что вряд ли потом мне удалось бы об этом кому-нибудь поведать…

Известие о том, что в подземельях замка обитает сама Тиамат, повелительница преисподней и всех злых драконов, дало сигнал к началу полновесной научной дискуссии. Забыв на время о практической стороне вопроса, маги принялись увлеченно обсуждать, какие чары в принципе способны подействовать на гигантскую дракониху. Спор грозил затянуться надолго, но Перенег, седой длиннобородый мудрец, личный чародей князя Велимира, вовремя поинтересовался, не проще ли оставить чудовище в покое там, где оно находится. Вряд ли могущественная Тиамат стала бы сидеть в унизительно тесном каменном мешке, если бы только могла оттуда выбраться. Скорее всего, рассудил старый колдун, ее, это живое воплощение зла, сумел пленить тот, кто когда-то владел Долиной Драконов и выстроил серый замок.

Эта мысль так заинтересовала всех чародеев, что всё остальное было вновь немедленно забыто. Я немного понаблюдала за тем, как они дружно погружаются в пучину теоретической магии, а потом потихоньку, стараясь не привлекать к себе внимания, поднялась с наваленных вокруг костра еловых лап и пошла к небольшому лесному озеру, ясным голубым глазком подмигивавшему из-за деревьев.

Мне хотелось подумать. Слишком много вопросов столпилось в моей голове.

Верно ли то, что Тиамат не опасна, поскольку заточена в подземелье? И заточена ли?

Сколько всего драконов в долине? Все ли они подчиняются Владану, или среди них есть такие, как Данара?

Есть ли на свете что-либо, способное противостоять толпе личей и чернокнижнику, владеющему какой-то тайной и необычной магией?

Хватит ли у нас сил? Далеко ли до замка? И как мне сказать, что…

– А мы сейчас вообще не в Долине Драконов, - Дар неслышно подошел ко мне, обхватил своими длинными руками и сунул нос в мою макушку. – Она во-он за тем холмом. Так безопаснее.

– Ты что, опять подслушивал? – обернувшись, я с подозрением уставилась на парня.

– Не-а! – весело ответил тот. – Просто ты так выразительно озиралась…

Сильным и нежным движением чародей привлек меня к себе; серебристо-серые глаза медленно приблизились.

– Я так испугался, что потерял тебя!
– прошептал он. – Там, у скал, где нам пришлось тебя оставить, ты выглядела такой обиженной, такой несчастной…. Когда на тебя напал дракон, я опоздал всего на несколько мгновений, и он успел ускользнуть. Скажи, ты сможешь меня простить?

– Ну, тогда-то я желала только одного: чтобы тебя сожрала первая же ящерица! – усмехнулась я. – Но, как вижу, тебе удалось избежать когтей и зубов Нукера.

– Нукера?

– Так зовут дракона, к пещере которого вы с Радошем направились, благополучно прикопав меня на опушке леса.

– Ты успела узнать даже имена этих зверюг? – натянуто засмеялся маг.

– Не всех, только некоторых. Но я знаю кое-что похуже…. Дар, я не смогла рассказать об этом при всех, у костра. Мне так не хочется причинять тебе боль, но ты сам должен решить, что делать с тем, что стало мне известно. Если захочешь, то ни одна живая душа кроме нас с тобой никогда не услышит об этом.

Чародей внимательно смотрел на меня. На его лице смешались добродушное любопытство и недоумение. Я набрала побольше воздуха и выпалила:

– Этого некроманта зовут Владан, и этот чернокнижник, погубивший пол-Синедолии, приходится тебе троюродным братом. Твоя матушка происходила из его рода. Он мне рассказал, что род был почти полностью уничтожен после смерти княгини Светаны. Владан думает, что вместе с нею погибли и оба ее сына – понятно, что я не стала его в этом разубеждать. Он считает, что виновником истребления его семьи является твой отец, великий князь Велимир, и хочет ему отомстить!

Ну вот, сказала! Словно в ледяной омут прыгнула.

Я вглядывалась в лицо Дара, ожидая и страшась увидеть там боль, гнев и презрение. Но чародей спокойно выслушал мой торопливый рассказ.

– Так вот где на этот раз объявился мой непутевый родственничек, - задумчиво сказал он. – Надо же, а я его со спины и не признал…. Ты знаешь, Слав, меня в этой истории удивляет лишь то, что Владан сумел овладеть настолько серьёзной магией, да ещё стал хранителем филактерий. Его способности проснулись довольно поздно, и сперва он делал довольно скромные успехи. Правда, недостаток сил и навыков он компенсировал чудовищным честолюбием. Он постоянно ввязывался в разные сомнительные дела, водился с некромантами, учился управлять нежитью, а потом даже сумел стать учеником самого Сивелия Слепого (ты же знаешь, о ком идет речь?), и это ни для кого не секрет. Надо сказать, что с тех самых пор Владана никто не встречал. И вот теперь он вынырнул в Долине Драконов. Кстати, в свое время ходили упорные слухи, что Сивелий долгое время разыскивал ее….

Ну, и врать Влад большо-ой мастер! Никто никогда целенаправленно не истреблял родню моей матери. Магов в нем, кстати, было немного, и большинство мужчин рода традиционно становились ратниками. Хоть Синедолия за последние сто лет ни с кем и не воевала, время от времени витязи ввязывались в приграничные стычки со степняками и, случалось, гибли. Но так могло случиться с каждым воином. Так что, у милейшего братца нет оснований мстить князю Велимиру.

– Значит, он всё наврал?

– Наврал. И он, между прочим, прекрасно знает, что я не умер вслед за мамой. Мы с ним даже раза три или четыре встречались – правда, давно.