Чтение онлайн

Одной из самых значительных "проговорок" стал "Пророк". Споры вокруг него не утихают второе столетие. Братья вольные каменщики считают это стихотворение масонским. Противники их - абсолютно христианским. Если воспользоваться выражением А.И. Тургенева, то в данном случае действительно обе стороны правы.

"Пророк" написан в июле - сентябре 1826 года, это начало религиозной жизни Пушкина. Он ещё не свободен. В это же время он создает чисто масонское стихотворение "Послание в Сибирь", насыщенное некоторым количеством масонских смысловых криптограмм. Они есть и в "Пророке", но скрывают они не масонские штампы или ритуалы, а глубинное значение слов.

"Сущность и сила такого произведения, как "Пророк", - писал почти сто лет назад профессор Харьковского императорского университета Н.Ф. Сумцов, заключается не в том или другом частном его истолковании, частном применении - к Библии, истории, литературе, а в глубине образа, в неисчерпаемо возможном его содержании".

Сумцов прав. Глубина образа достигается точным употреблением слова, которое, благодаря этой точности, приближается к "неисчерпаемости" Логоса.

Пушкин не следует покорно за текстом VI главы Книги пророка Исайи, содержание которой послужило сюжетной канвой стихотворения. Он делает принципиальные изменения: в Книге Исайи ангел не совершает сложной операции по пересадке органов человека - языка, - а только дотрагивается до его уст раскаленным углем. Это очистительный огонь, близкий и понятный для христианского мировоззрения. Пушкин меняет очистительный огонь на поцелуй. Иначе и нельзя понять строку: "И он к устам моим приник, и вырвал грешный мой язык". Дальше идут масонские мотивы: "И жало мудрыя змеи В уста замершие мои Вложил десницею кровавой".

В мистической практике часть целого тождественна самому целому. Жало змеи должно и можно рассматривать как змею целиком.

Змея, свернувшаяся кольцом, - символ масонской мудрости. Изображение змеи на печатях масонских лож.

Кажется логически правильным, если правой рукой серафим вырвал "грешный" язык, то и жало змеи он влагает в "замершие уста" "десницею кровавой". С этим можно было бы согласиться, если бы не глагол "приник".

Словарь Вл. Даля дает четкое и однозначное толкование: приникнуть пригнуться, принаклониться, присесть на ногах, припасть, прилечь, прижаться к чему-либо.

Рукой (десницею) серафим мог прикоснуться, дотронуться, но приникнуть можно было только всем телом и лицом. Но если так, то речь идет о том, что Серафим не только поцеловал будущего пророка, но и откусил ему язык.

Это ритуал принятия в братство нового члена. Последний лишается своего "языка". Отныне он говорит языком вольных каменщиков.

Но откуда взялась "кровавая десница", если язык был не вырван рукой, а откушен? При приеме нового масона братья прокалывали себе правую руку, смешивали и пили кровь.

Духовная жажда, толкнувшая Пушкина в братство вольных каменщиков, не была удовлетворена. Не смогла удовлетворить эту жажду и официальная церковь. В сердце - мрак, в душе - раскол.

5. Великий раскол

В письме к Жуковскому в 1826 году Пушкин говорит, что был масоном той ложи, из-за которой закрыты все ложи в России.

Было бы легкомысленно предположить, что все российские ложи закрыты из-за мало кому известной кишиневской ложи "Овидий", которая "работала" меньше года, находилась на задворках империи и серьезного значения не имела.

Единственный её грех - привлечение к своей "работе" священнослужителя. Им стал болгарский архимандрит Ефрем. Участник событий И.П. Липранди вспоминал: "В числе привлеченных в ложу был один болгарский архимандрит Ефрем. Дом Кацика (в нем была устроена ложа.
– А.З.) находился в нижней части города, недалеко от старого собора, на площади, где всегда томилось множество болгар и арнаутов, обративших внимание на то, что архимандрит, въехав на двор, огражденный решеткой, отправил свою коляску домой, что сделали и некоторые другие, вопреки существовавшему обычаю. Это привлекло любопытных к решетке, тем более что в народе прошла молва, что в доме этом происходит "судилище дьявольское". Когда же увидели, что дверь одноэтажного длинного дома отворилась и в числе вышедших лиц был и архимандрит с завязанными глазами, ведомый двумя под руки, которые, спустившись с трех-четырех ступенек крыльца, тут же вошли в подвал, двери которого затворились, то болгарам вообразилось, что архимандриту их угрожает опасность. Подстрекнутые к сему арнаутами, коих тогда было много из числа бежавших гетеристов, болгары бросились толпой к двери подвала (арнауты не трогались), выломали дверь и через четверть часа с триумфом вывели, по их мнению, спасенного архимандрита, у которого тут же каждый просил благословения. Это было до захода солнца, а к вечеру весь город знал о том".

Болгары, не подозревая того, действительно спасли своего архимандрита не от физической опасности, а от возможности потерять веру в Бога. Существовала опасность подмены Бога и Троицы чужеродным четвертым элементом - Сатаной. Основатель русского розенкрейцерства профессор Шварц писал: "Первый Ангел Люцифер, желая насладиться сам собой, не допускал разделяться в круге своем входящий свет, напрягая все свои силы к сопротивлению этому разделению и к привлечению в себя единого сего втекающего света, дабы довольствоваться оным одному и после разливать свет самому на все творения и сделаться Богом".

Случай с архимандритом Ефремом, конечно, скандальный. Но в масштабах России мог считаться частным. Основной причиной закрытия масонских лож в России при Александре I стало яростное соперничество между петербургскими ложами, работавшими по шведской системе, и московскими розенкрейцерами, которых иногда не совсем верно называют мартинистами, приведшее к внутреннему кризису и расколу в среде масонов.

История соперничества началась ещё в 1782 году, когда В. Шварц добился от участников Вильгельмсбадского европейского масонского конгресса признания России VIII масонской провинцией. Шведские масоны в конгрессе участия не принимали, а следовательно, не принимали в них участия и представители петербургских лож шведской системы. Фактически московские розенкрейцеры, ориентирующиеся на герцога Брауншвейгского, представляли все масонские ложи России.

К 1792 году скрытое до сих пор противостояние вылилось в открытую агрессию со стороны шведских лож, во главе которых стояли князь А.Б. Куракин и князь Г.П. Гагарин. Последний проникает в одну из московских лож и получает секретную информацию, среди которой главное место и значение имеет факт получения московскими розенкрейцерами финансовой помощи от герцога Брауншвейгского. Донос князя Гагарина попадает к Екатерине, давно имеющей зуб на московских масонов. Ненависть и страх императрицы в отношении их были столь велики, что она утверждала, что во время проезда её через Москву масоны красили деревья и дома специальной краской, в состав которой внесены яды, могущие повредить её здоровью и даже жизни.

Екатерина терпеливо ждала повода. Гагарин его предоставил: сношение с представителем иностранного государства и получение от него денег. Этого достаточно. Московские ложи закрыты. Руководители арестованы.

Трубецкой, Тургенев и Лопухин высланы в свои деревни. Тяжелей пришлось Николаю Ивановичу Новикову. Четыре года в крепости. Император Павел I освободил его, но к активной деятельности Новиков уже не годен. Пока он сидел в крепости, умерла его жена, дети болели серьезными психическими заболеваниями. Новиков оказался без средств к существованию. Братья отвернулись от него. Кажется, Николая Ивановича просто подставили. Он уехал в свою подмосковную деревню. Вместе с ним поселилась вдова основателя ордена розенкрейцеров в России - профессора Шварца.