Чтение онлайн

Удивительно, но мою длинную тираду оба мужчины выслушали, не перебивая, пусть Йоган и морщился от моего командного тона. А когда я закончила, Лейтон повернулся к другу.

— Ты слышал ее. Думаю, мы ничего не потеряем, если проверим. Займись этим, Йоган, а я пока побеседую с леди. Возможно, она знает и то, как нам его вылечить. — Он посмотрел на меня, вопросительно подняв бровь, и поинтересовался: — Это ведь так?

Не спеша выполнять указания графа, прибывший с герцогом целитель замер, ожидая моего ответа. И пусть в его глазах я видела сомнения, он наверняка желал спасти своего пациента любыми путями.

— Думаю, что да, — осторожно ответила я, не слишком уверенная в этом.

Сделать что-то без нужных препаратов и процедур, которые отсутствовали в этом мире, представлялось невозможным. Если бы не одно «но» — магия. И если правильно все объяснить Лейтону, он должен справиться.

***

— Рассказывайте! — потребовал главврач, едва мы оказались у него в кабинете.

Опустившись в кресло, я отрешенно уставилась в окно за спиной графа, не спеша отвечать. Не говорить же ему, что я вообще не отсюда и что медицина в моем времени и мире продвинулась гораздо дальше, чем здесь. Не поверит, а то и упечет в комнату с мягкими стенами.

На помощь пришла память настоящей Лиры, подбросившая как нельзя кстати воспоминание о том, как девушка, будучи еще подростком, гостила в деревне у родственников. И о случае, что произошел там.

— Несколько лет назад, в Видланте, где живет бабушка, моего друга детства укусило насекомое, — начала я осторожно, складывая историю, как мозаику, из лоскутков памяти. — Тот самый клещ, о котором я говорила. Тогда тоже никто ничего не мог понять, а парень угасал буквально на глазах.

— И ты его спасла? — иронично произнес Лейтон, однако в его глазах зажегся неподдельный интерес.

— Что вы! — Я замотала головой, изображая наивность. — Я ж тогда и магичить-то не умела. Нет, в деревне той жила, а может, и ныне здравствует, одна травница, Делиния из числа одаренных. Поселилась там, переехав из другой деревни, да так и осела насовсем. И когда ей притащили Сэма, моего друга, она быстро нашла причину. Говорила, что это уже не первый случай, с каким она сталкивалась, и даже придумала название этой напасти.

— Складно говоришь... — задумчиво протянул мужчина, погладив бородку. — Что ж, может, оно и так. Надеюсь, та травница и о способе лечения поведала?

Кивнув, я открыла рот, чтобы рассказать ему все. Но не успела произнести ни слова.

Дверь в кабинет со стуком распахнулась, и внутрь буквально влетел взбудораженный Йоган.

— Я нашел его! — взволнованно возопил он, упершись руками в стол Лейтона. — Эту проклятую букашку!

— Так, значит, Лира была права. — Лейтон рассеянно погладил бородку, глядя на меня крайне заинтересованно.

Лицо Йогана приобрело сконфуженный вид, и он недовольно поморщился.

— Ей просто повезло, что она уже с таким сталкивалась, — отмахнулся он с пренебрежением. — Надо будет внести эту болезнь в реестр.

— Так, может, и вылечишь герцога сам? — поинтересовался главврач, хитро сощурившись. — Докажешь, что удача — ничто в сравнении с настоящим профессионализмом?

Я с трудом удержала смешок, притворившись, что закашлялась. Целитель же, сердито фыркнув, надменно вздернул подбородок и самоуверенно заявил:

— Неужели простолюдинка откажет в помощи самому герцогу Далтону? Тому, в ком течет королевская кровь.

От его слов мне вдруг поплохело, и я сразу ощутила придавивший меня груз ответственности.

Черт, если он помрет, мне точно несдобровать! А это вполне может случиться, ведь прошло целых три дня, и болезнь прогрессировала. Восстановится ли мозг и способна ли магия на такое?

Больших трудов стоило снова взять себя в руки и не поддаться панике. Наверное, только опыт прошлой жизни да воспоминание о том, как приходилось лечить людей, каждую секунду ожидая опасности, и помогло мне собраться. Раз уж тогда не спасовала, стыдно будет сейчас отступиться.

Поднявшись из кресла, я окинула Йогана хмурым взглядом и бросила ему, забыв про церемонии.

— Хотите, чтобы я спасла его? Хорошо. Но при одном условии. Вы будете делать все, что я скажу, и не станете спорить или обсуждать мои указания. Иначе мне нет смысла даже браться за это.

Глаза мужчины полыхнули гневом, и я ощутила, как воздух вокруг него затрещал от магии. Даже увидела это — словно марево во время жары. Испуганно попятившись, я воззвала к собственной магии, но слишком уж волновалась, чтобы она меня послушала.

— Прекрати сейчас же, Йоган!

В кабинете полыхнул еще один источник магии, и мне захотелось провалиться сквозь землю. Сбежать отсюда, чтобы не оказаться между молотом и наковальней. Застывшие друг против друга маги смотрелись грозно и пугающе, и я боялась, как бы они в порыве гнева не разнесли весь госпиталь до основания.

Но, видимо, такие разногласия случались между этими стариками не раз. И их ярость утихла очень быстро, сменившись угрюмым раздражением. Граф Лейтон смотрел на Йогана неодобрительно, словно на неразумное дитя. Герцогский целитель же пусть и сверкал сердито глазами, но магию отозвал, и в кабинете повисла напряженная тишина.

— Хорошо, — выдавил из себя с неохотой Йоган, явно не желая уступать. — Но если из-за ваших опрометчивых действий герцог умрет... — Он кинул на меня исподлобья злой взгляд. — Тогда вам точно не сносить головы, учтите это!

— Могу ничего не делать. — Я пожала плечами. — Тогда он точно умрет. И это не мои догадки, а факт.

***

Герцога разместили в отдельной палате, уютной и комфортной, выглядящей почти как жилая комната. И прислали по моей просьбе сразу пяток целителей, чтобы наверняка.

У мужчины, судя по симптомам, развилась худшая форма энцефалита — очаговая. И просто так вылечить бы его не вышло — нужно было помочь организму бороться и не сдаться, чем и должны были заняться мои временные помощники. Следить за дыханием, чтобы в мозг пациента попадало достаточно кислорода, отслеживать давление и пульс и прочие показатели, сигнализирующие о состоянии больного.

Несмотря на невеликий технологический прогресс этого мира, аппаратура в госпитале все же была, пусть и не совсем привычная мне. Так, например, аппарат для искусственной вентиляции легких представлял собой сплав науки и магии и выглядел весьма примитивно. Что-то вроде большого кожаного бурдюка, от которого к герцогу шла резиновая трубка, заканчивающаяся лицевой маской из такого же материала. Воздух же нагнетался в бурдюк магическим плетением, энергию для которого давал кристалл-накопитель, встроенный в этот замысловатый аппарат.