Чтение онлайн

Только сегодня с утра привезли двоих контуженных, которые, к счастью, легко отделались. А когда я перевязывала одного из них, в палату ворвался непривычно взволнованный Йозеф.

— Лира! Собирайся, нужна твоя помощь! Один я не справлюсь!

— Что случилось? — Я недоуменно посмотрела на мужчину, по-быстрому забинтовывая пациенту обработанную руку.

— Мы едем на границу! Говорят, сразу пятеро попали под какое-то проклятие, и полевой медик не смог его идентифицировать.

— Пятеро? — охнула я, глянув на него с тревогой.

Скосив глаза на притихших больных, что тоже слышали слова целителя, Кросвуд взглядом указал на дверь, и мы вышли.

— Да, — мрачно кивнул он, едва мы оказались в коридоре. — Вот только сначала эта дрянь поразила только одного. Понимаешь, о чем я?

Расширившимися глазами глянув на мужчину, я невольно вздрогнула.

— Эпидемия? Проклятие заразно?

— Похоже, что да, — угрюмо подтвердил мужчина. — Лагерь оцепили, никого не выпускают, и если мы не сможем им помочь, они погибнут. Или от проклятия, или от рук своих же. — Он замолчал, посмотрев на меня виновато, и добавил: — Это опасно, и мы тоже можем погибнуть. Так что... Я не могу заставлять тебя, и если откажешься, пойму.

— Не говорите глупостей! — возмущенно воскликнула я, давя в себе приступ трусости. — Конечно, я с вами!

Наш экипаж по пути в лагерь сопровождал целый отряд вооруженных до зубов солдат, словно мы с целителем были королевскими особами. Командование крепости, понимая важность миссии, не поскупилось на охрану, ведь дорога до лагеря пролегала по самой границе фронта, и ожидать можно было чего угодно — от прилета по нам вражеского заклинания до засады или нападения.

Поежившись, я вгляделась вдаль, разглядывая утопающие в тумане горы. Еще неизвестно, что опасней — враги реальные или те, кого не видно невооруженным взглядом: вирусы, бактерии и прочая дрянь, что могла легко выкосить целый город. И против этого бороться было гораздо сложней. Не ударить орудиями и не взорвать заклинанием, разве что выжечь заразу вместе с зараженными.

С эпидемиями вживую мне пока не доводилось сталкиваться, но от этого было не легче. В теории-то вроде ясно и понятно, но я прекрасно понимала, что в реальности все может обернуться совсем иначе. И без должного опыта соваться в зараженный лагерь — сущее безумие.

Наверное, я действительно сошла с ума, раз решила все-таки поехать туда. Но я просто не могла не сделать этого и просто остаться в крепости, зная, что могу помочь. Разве я бы тогда имела право называть себя настоящим врачом, если хотя бы не попыталась сделать хоть что-то, испугавшись за свою жизнь? А опыт Кросвуда плюс мой дар при должном везении могли совершить то чудо, что сейчас было нужно этим несчастным.

— Не передумали?

Голос Йозефа отвлек от созерцания гор. Мужчина глядел на меня так внимательно, что стало не по себе.

Неужто отговорить попытается? Не поздновато ли?

— Нет, я с вами. — Я покачала головой, не собираясь менять решения.

Усмехнувшись, Кросвуд подпер подбородок рукой и задумчиво протянул:

— Вам говорили, что вы удивительная женщина? Не каждый из мужчин обладает такой смелостью, как вы. Действительно не боитесь?

— Боюсь, — честно призналась я, скромно улыбнувшись в ответ. — Но если не мы, то кто?

— Какие правильные слова, — издал смешок мужчина. — Надо будет запомнить.

Спустя полчаса езды по разбитому, неровному тракту, все ухабы и кочки которого я ощутила на себе, мы свернули в лес, двинувшись по просеке. Лошади едва вытягивали повозку за собой сквозь заросшую травой лесную дорогу, но, к счастью, лагерь оказался всего в полукилометре от тракта. И уже через несколько десятков минут впереди показались бревенчатые стены лагеря.

Он оказался устроен весьма основательно и размерами был с небольшое поселение. А прямо возле его стен по всему периметру расположился еще один лагерь. Карантинный заслон, выставленный военными, чтобы не допустить распространения заразы.

Даже ров выкопали, утыкав его дно кольями, и проволоку вдоль края натянули. Оставили лишь узкий проезд, перекинув через ров доски, и наша карета там точно бы не проехала. Пришлось вылезать и идти пешком, а после ждать на пропускном пункте, который представлял собой наскоро сколоченную деревянную будку, пока наши документы проверят.

Но и после мы не сразу попали внутрь. Я остановила Кросвуда, едва он шагнул к лагерю. Из рассказов посыльного, который принес весть в крепость, и сбивчивых реплик взволнованного происшествием солдата на посту мы знали, что проклятие, чем бы оно ни было, заражает при контакте. Однако я решила не рисковать, и отбрасывать возможность того, что воздушно-капельным путем оно тоже передается, как обычный вирус, тоже не стоило.

— Что ты делаешь? — удивился мужчина, заметив мои манипуляции с магией.

— Подожди, — отмахнулась я, пытаясь сотворить на лице подобие маски, что закрывала бы дыхательные пути, пропуская исключительно молекулы воздуха.

Но магия, специализирующаяся на исцелении, не слишком-то хотела выполнять иные функции. Лишь спустя несколько долгих минут мне удалось сформировать какое-то подобие энергетической пленки, закрыв нос и рот, мысленно задав маске нужные свойства. Сделав вдох, я убедилась, что могу нормально дышать, и с удовлетворением посмотрела на Кросвуда.

— Думаю, вам стоит сделать так же. Мы ведь даже не знаем толком, с чем столкнемся. И была бы моя воля, я бы полностью в магию оделась, как в костюм. Чтобы уж наверняка.

— Костюм? — Мужчина растерянно глянул на меня, заставив прикусить язык.

Проклятье, опять не слежу за словами! Надеюсь, он про обычный костюм подумал, а не те, что носят при эпидемиях. Хотя тут таких еще и не изобрели, наверное.

В месте расположения заградительного отряда царили мрачные настроения. Хмурились угрюмые бойцы, что несли караул по периметру, следя, чтобы никто из потенциально зараженных не выбрался наружу. С мрачным видом поглядывали на стены лагеря командиры, видно, гадая, как скоро отдадут приказ уничтожить тут все.

И больше всех, кажется, был озадачен здешний фельдшер, которого мы нашли в палатке лазарета. Когда мы вошли к нему, он растерянно перебирал инвентарь, который был сейчас бесполезен, и на наше появление отреагировал не сразу. Пришлось Кросвуду дать о себе знать негромким покашливанием.

— Ох, вы уже здесь! — спохватился мужчина, повернувшись к нам.

Невысокий и худой, он казался карликом по сравнению с тем же Йозефом, но его профессия не могла не вызывать уважения. Я сразу отметила заострившиеся черты лица фельдшера и темные круги под глазами. Словно мужчина давно не спал и устал неимоверно, что было, скорей всего, недалеко от правды. Он даже про маски на наших лицах не спросил, будто его было уже ничем не удивить. Пусть те и были практически прозрачны, однако странное мерцание воздуха перед нами не могло не вызвать вопросов.