Чтение онлайн

– Как ты умудрился тут запутаться?
– Сетовала я.
– Ловушка должна сработать, если дернуть за конец веревки, а Роки я нигде поблизости не вижу!

Мне почему-то казалось, что мишка меня понимает, такими глазками он смотрит на меня! Распутав горе-поедателя вкусненького, я уселась на землю, а медведь в благодарность стал лизать мои щёки. Вот мы и подружились, решила я.

В плену у орков я была всё время в напряжении. На душе впервые стало спокойно и радостно. Я, смеясь, трепала его за теплые уши, а он пытался улечься на моих коленях.

Через полчаса нашего баловства, я решила, что мне пора идти обратно в деревню. Если меня потеряют, то начнут искать, и найдут малыша. А искать точно будут, особенно после моей истерики. Почему-то я не хотела, чтоб мишку обнаружили.

– Я домой. И ты домой!
– Я показала ему рукой в сторону леса. – Иди, давай, пушистик!

Мишка внимательно на меня глянул, боднул мои колени и потрусил в чащу. Умный какой!

Меня обдал легкий ветерок. По-честному, надо отметить, что больше меня не душила жара. В этой одежде было приятно и легко. На время я даже забыла о стеснении. Скоро, и правда, привыкну. Тут же все так ходят! Это в высшем обществе меня бы не приняли в таком наряде… А здесь орчихи сверкают красивыми плоскими животами, а орки накачанными мускулами и стальным прессом. Правда плоского живота и красивого пресса у меня и подавно нет, но тут уж что поделать…

Я взглянула на босые ноги. Надо будет напомнить старухе про обувь. Орки ходили в кожаных сапогах, они были легкие, мягкие и удобные на вид. Мой размер ноги был явно меньше, чем у женской половины орков, поэтому на меня ничего не нашлось. Скрутив волосы в пучок, я потрусила в деревню.

Вернувшись в шатер к Гадде, я решила всё узнать у нее об орках и медведях. Но войдя в пустой домик, я поняла, что старухи нет. Она вернулась лишь ближе к ночи, принеся в лопухе мясо для меня.

Оказывается, Гадда была Оракулом! Целителем, если по-нашему! У нее не было кровных сыновей, но все мужчины именовали ее не иначе, как матушка! Она заговаривала боль, помогала разродиться орчихам и зашивала раны мужчинам, полученные в бою. Она видела потоки энергии, могла хватать ее руками и направлять в больное тело, будь то волк, медведь, или орк! Больной получал дополнительную энергию от окружающего мира и выздоравливал!

Пока мои зубы вгрызались в мясо, я выведала вот какую информацию.

Сейчас мы находились в Клане Медвежьего Когтя. Есть еще другие Кланы орков, поменьше – Кланы Белого Волка и Красного Кабана.

Клан Волка находился близко, за рекой, всего день ходьбы отсюда, а Красный Кабан раскинулся далеко на севере.

Клан Медведей был самым большим и самым сильным. Титул вождя занимал сильнейший, и таким был вождь Акита, самый могучий и рослый воин среди орков. Когда он станет стар, место вождя может занять любой сильный воин, способный защитить свой Клан. Но, скорее всего, место Акиты займет его сын Дагул. Пока что ему нет равных. Любой из орков может бросить вызов, и вождь не имеет права ответить отказом. Будет честный поединок, побежденный умрет, а победитель станет новым вождем.

– Это очень жестокие правила.
– Вздыхала я.- У нас не так… Только королевская династия занимает Трон последние века. От отца к сыну.

– Наши правила жестоки, но справедливы. Слабый не может вести орду.
– Терпеливо объясняла мне Гадда, покуривая свою трубку.
– Когда мальчик достигает совершеннолетия, он уходит в лес один, без оружия и еды. Если месяц он сможет выжить в лесу, то по возращении он будет провозглашен мужчиной.

Вот почему маленький Роки учится ставить ловушки на кабанов.

– Во сколько лет мальчики достигают совершеннолетия?
– Продолжала я пытать Гадду.

– В 16 лет.
– Старуха затянулась в последний раз и протянула мне трубку.
– На вот, попробуй, расслабляет.

– Ну а девочки? – любопытствовала я. Чужая культура и обычаи – это, оказывается, так интересно! Сейчас как затянусь…

– Женщинами мы становимся тоже в 16 лет, как приходит кровь. Но к этому времени мы должны уметь готовить, чтобы прокормить семью. Шить – чтобы одевать свою семью. Наши старшие матери собираются в один день и принимают экзамен у девочек, смотрят, чему научились. Мы следим чтоб к приходу новых мужчин нашего Клана встретили вкусным горячим ужином и сшитыми одеялами. Такое вот посвящение. Но если девочки хотят заниматься помимо прочего воинским искусством - это только поощряется. Семьи мы можем создавать с 17-18 лет. Чем раньше- тем крепче любовь и сильнее пары. Так считалось… Но в последнее время молодые не спешат связывать себя узами семьи…- стала вздыхать Гадда. – Мужчины не спешат выбирать жен, вон сколько одиночек ходят…

– А почему Дагула уже окрестили новым вождем? Ведь любой может встать во главе орды.
– Я затянулась, во рту разлился пряный аромат, мгновением позже он стал таким терпким, что у меня навернулись слезы, и я закашлялась.

Оракул постучала меня по спине и попыталась забрать трубку, но я, почувствовав расслабление в мыслях и теле, затянулась еще раз. Старуха посмеялась и продолжила рассказ.
– Ты не задумывалась, почему наш Клан именуется Медвежьим Когтем? Как таково у нас нет Бога как у людей. Но у нас есть духи предков, и мы в это верим. Наши предки были дикими Кадьяками, теперь их медвежий дух живет в нас. Медведя невозможно приручить, его можно победить в схватке. Он признает только сильного духом хозяина. Они умны, чуют магию и силу энергии, которая есть в наших телах. В нашем Клане всего двое мужчин смогли победить медведя – Акита и Дагул.

– У Дагула тоже есть медведь? – Я поперхнулась. Вот это поворот. Интересно, а чего это Малыш ко мне липнет. – Что-то я его зверя пока не видела…

– А ты часто что ли к Дому Вождя ходишь?

– Ясно. Медвежьи посиделки там проходят… А как идет схватка с медведем?

– По-разному.
– Усмехнулась Гадда.
– Когда жена Акиты скончалась, он ушел в лес и через месяц вернулся с Элли. Говорит, она вышла на него, когда тот кинулся со скалы. Его любимая умерла, он не хотел жить. Его падение задержали ветки и камни. Медведица не отходила от него несколько суток, она приносила ему в зубах рыбу. Акита решил, что дух жены вселился в медведицу, и назвал ее именем жены -Элли. Она почуяла в нем силу и стала послушной, как собака. Жена Акиты, кстати, тоже была человечкой, как и ты. Но более сильной. Ты то совсем неженка.

Я потрясенно вздохнула. Даже как-то и не обидно.

Как так вышло, что человеческая женщина вышла замуж за орка? Я в Замке только и слышала о том, как они кровожадны и тупы. Кто-то распространял ложную информацию об орках всему обществу, кому же это было надо?

Мои мысли прервала Гадда, она стукнула веером по моим пальцам, и я выронила трубку. Упасть та не успела, потому что старуха ее поймала и затянулась. Я надула губы. Надо будет выпросить себе такую же. Хорошая вещь! Эти орки знают толк в расслаблении.

– Ну, а Дагул встретил Шипа в лесу, будучи шестнадцатилетним мальчиком, когда ушел в лес становиться мужчиной.
– Взгляд старухи стал рассеянным, она вся погрузилась в воспоминания. – Шип почувствовал в нем силу, но не захотел подчиняться. Он напал на Дагула, разорвал ему лицо. Видела его лицо? Хммм… Дагул тоже успел ранить медведя, он бил камнем по голове зверя и смог оторвать тому ухо. И каким-то чудом сумел вырвать ему коготь на передней лапе.

Я вспомнила черный длинный коготь, висящий на шнурке на шее у Дагула, и подняла брови. Вот так схватка! Значит, медведи идут на магию, чего же тогда Малыш ко мне привязался? Я ведь абсолютно ею не владею, и совсем не сильна духом. Он, наверное, мал и глуп. Хорошо, что не напал на меня, как Шип. Победить его я бы точно не смогла… Лежала бы сейчас где-нибудь под кустиком с распоротым брюхом…