Чтение онлайн

Как оказалось, «Парижские Работы» стали последней оккультной операцией, которую Кроули и Нойберг совершили вместе. Последний по окончании гомосексуальных ритуалов, в которых он принимал участие, бросился в Лондон, и некоторое время избегал Кроули, давая понять безучастным наблюдателям, что предпочитает компанию кого угодно, но никак не человека, коего все еще официально считал своим «Святым Гуру».

В мае Кроули разыскал Нойберга — впервые ему пришлось приложить для этого усилия, ведь ранее ученик следовал за ним как домашняя собачка — и у него произошел ожесточенный спор с Хэйтером Престоном, близким другом семьи Нойбергов, которые совершенно не одобряли связь между своим родственником и Кроули, и пребывали в состоянии, близком к отчаянию, по поводу своих значительных финансовых средств, в конце концов, оказывавшихся в кармане Кроули. Нойберг был приглашен провести лето с Оливией Хаддон, женщиной, некогда связанной с некоторыми эпизодами магической деятельности Кроули, которая снимала три коттеджа в Брэнскомбе, в Девоне.

Там у Нойберга проводил время за долгими беседами на оккультные темы с Витторией Кремерс, некогда поклонницей Кроули, которая теперь привычно ссылалась на него как на «этого самозванца» и «этого шарлатана». Она, похоже, укрепила зарождающееся решение Нойберга порвать с Кроули, и между 23 сентября и 24 октября он собрался духом, посетил Кроули и сказал ему о своей решимости покинуть АА (Серебряную Звезду) и не иметь больше ничего общего с человеком, которым, по его словам, он был «погружен в самые глубины ужаса, что переполнило чашу терпения». Кроули ритуально проклял его как предателя.

Распространено поверие, будто ученики Кроули обычно заканчивали свои магические карьеры самоубийством или насильственным заключением в психиатрические лечебницы. Так как Нойберг близко ассоциировался с Кроули и его оккультными практиками в течение пяти лет, не будет преступлением против истины сказать, что за всю жизнь Кроули ни один человек не имел такой продолжительной или тесной оккультной связи с ним, как Нойберг. К слову, его последующая карьера не лишена интереса. Сразу же после того как Кроули проклял его, Нойберг психически заболел — неспособный сконцентрироваться, писать или управлять своей жизнью должным образом — с ним произошло то, на что в то время ссылались как «на нервный срыв». Его лечил Э.Т.Дженсен, врач, руководивший церемонией в ходе Элевсинских Ритуалов и отредактировавший некоторые из произведений Кроули. Дженсен, после чего также разорвал свои отношения с Кроули, был одним из первых английских почитателей Фрейда и очень возможно, что он лечил Нойберга своего рода психоанализом. Или же он использовал традиционные бромиды английской медицины, или применял некоторую комбинацию обоих способов, однако нет никакого сомнения в том, что он завоевал признательность своего пациента; покойный К.Р.Кэммелл владел портретом Нойберга кисти Ховарда Соммервилля, на задней стороне которого была сделана благодарственная надпись: «Моему дорогому Лекарю, Эрнесту Томасу Дженсену, Эсквайру, Д.М. От его беспутного пациента-поэта Виктора Б. Нойберга, XIII: XII. MCMXVI». [73]

В следующем году Нойберг был призван на военную службу как рядовой в составе частей тыла сухопутных войск и отправлен во Францию, прибыв в Ле Гавр 20 сентября. Он был наименее воинственным из всех солдат, у него развилась хромота, из-за которой он был вынужден ходить с тростью, и командиры обеспечивали Нойбергу наилегчайшие из всех облегченных режимов. Его биограф Джин Овертон Фуллер привела описание Нойберга его старшиной: «Его можно было сохранять в целости, чуть ли не связав бечевкой и запаяв сургучом. Он никогда не мог побриться, не порезавшись, так что всегда выглядел как Смерть из «Тысячи Порезов». Он совершенно не обладал физической ловкостью и сноровкой. Его движения не были слаженными, как если бы его руки и ноги работали, будучи управляемыми двумя разными динамо-машинами. Он был ходячей насмешкой над всей армейской системой и всем, что из этого следовало». [74]

К осени 1919 года Нойберг уже демобилизовался и жил в Вайн Коттедже — собственности его тети — в Сассекской деревне Стейнинг. Именно здесь, когда он и его друг обозревали окрестности с железнодорожного моста, Нойберг сделал экстраординарное заявление об Иони де Форест, профессиональной танцовщице, нанятой, чтобы принять участие в Элевсинских Ритуалах. «Кроули, — сказал Нойберг, — убил Иони де Форест». В традиционном понимании Нойберг говорил ерунду; Иони де Форест покончила с собой в самом начале августа 1912 года. С другой стороны, эти слова объясняли слишком многое в изменении отношения Нойберга к Кроули, резком переходе от любви до ненависти.

Подписи под фотографиями и рисунками:

1. Кроули-школьник, в возрасте 14 лет.

2. Кроули в возрасте 23 лет.

3. Кроули в 31 год.

4. Кроули в 31 год.

5. Кроули в 35 лет.

6. Кроули как английский джентльмен.

7. Кроули как молодой маг, с набором аксессуаров магики, включающих мантию, корону со змием, жезл, меч, чашу, колокольчик, елей и стелу.

8. Кроули как «Бафомет, Верховный и Священный Король Ирландии, Иона, и всех Британцев, что находятся в Святилище Гнозиса».

9. Лейла Уодделл, она же Эдит Уай, возлюбленная Зверя, отмеченная его клеймом.

10. Кроули со своей первой женой, Роуз Келли, и дочерью Лолой Зазой.

11. Кроули со своей второй женой, Марией Терезой Феррари де Мирамар.

12. Кроули в мантии Золотой Зари, приблизительно в 1900 году.

13. Кроули, проводящий Ритуал Сатурна, 1910 г.

14. Первое коммерческое издание «Книги Закона» Кроули.

15. Портрет Лиа Хирциг, она же Багряная Жена, она же Блудница Бабалон, она же Алостраэль, авторства Кроули.

16. Портрет Марии де Мирамар, она же Верховная Жрица Вуду, авторства Кроули.

17. Фаллический автопортрет.

18. Фаллический автопортрет «Мегатерион (Великий Зверь) 666».

19. «Фокусник» — карта из колоды Таро, разработанная Кроули и нарисованная Фридой Харрис.

20. Кроули как «Хранитель Пламени».

21. Кроули, «приветствующий солнце на заре».

22. Руки Виктора Нойберга, демонстрирующие нанесенные самому себе порезы бритвой, которые Кроули предписал за употребление местоимения «Я».

23. Кроули и Лиа Хирциг с детьми Пупи и Дионисом (сыном Лиа) и Гермесом (незаконнорожденным ребенком Кроули) в Аббатстве Чефалу.

24. Джейн Вулф и Лиа Хирциг в Аббатстве.

25. Внутри Аббатства Чефалу.

26. Демоническая фреска Кроули, Аббатство Чефалу.

27. Демоническая фреска Кроули, Аббатство Чефалу.

28. «Четыре Красных Монаха Несут Черного Козла Сквозь Снега в Никуда»; картина Кроули.

29. «Мэй Морр»; картина Кроули.

30. «Вход в Пустынную Землю»; чернильный рисунок Кроули.

31. Снимок Кроули с автографом, в возрасте около 37 лет, часто использованный для его демонизации газетами, такими как «Sunday Express», которая поместила его на переднюю страницу выпуска от 25 февраля, 1923 года, где сообщалось о «непристойных и отвратительных оргиях» в Аббатстве Чефалу.

32. Кроули, сфотографированный приблизительно в 1941 году.

33. Магико-фаллический логотип (печать) Зверя 666.

34. Печать магической группы Кроули, А.А. (Серебряная Звезда).

35. Кроули с кадуцеей, приблизительно в 1943 году.

36. Кроули в Гастингсе, 1946, за год до своей смерти.

37. Погребальная служба по Кроули, Брайтон, 5 декабря 1947 года.

«Иони де Форест» — сценический псевдоним, взятый Джоан Хейес, бывшей студенткой Королевской Академии Драматического Искусства со своеобразным и довольно скромным окружением — ее отец владел домом с меблированными комнатами на Брикстон Роуд, а плата за обучение в RADA вносилась местным бизнесменом, возможно, букмекером или бакалейщиком. [75] Она принимала участие в Элевсинских Ритуалах, не имея какого-либо особенного интереса к ним или же знания оккультного в целом и магии в частности. Она просто откликнулась на рекламное объявление в «Сцене» и с того времени продолжила танцевать в образе различных богинь под руководством Кроули. Нойберг был очарован ею с самого начала и чувствовал к ней привязанность, и даже любовь, к которой, как это могло показаться, Кроули отнесся неодобрительно на основании того, что девушка была «Цирцеей» и могла околдовать Нойберга, совратив того с магического пути. Вследствие этого он испытал огромное облегчение, когда в декабре 1911 года Джоан Хейес вышла замуж не за Нойберга, а за его старого друга по имени Уилфред Мёртон.