Чтение онлайн

– Нет, блеск для губ я не люблю! Он липкий и мерзкий! – Геля безуспешно пыталась отпихнуть от себя Розины руки.

Роза же в практически приказной форме попросила ее просто немного раскрыть губы и посидеть смирно. Блеск она все-таки отложила, а вместо него нанесла слой нежной коралловой помады.

– Странно. Я думала, чт…

– Да не болтай ты, пока я тебя крашу! А то все лицо в помаде будет. А она так, на минуточку, водостойкая.

– …что помаду наносят в последнюю очередь.

– Доверься мне, – и с тяжелым вздохом, как бы невзначай добавила: – Надо бы тоже в салон сходить, волосы нарастить.

– Откуда у тебя столько бабла – волосы наращивать постоянно? Преподам что, зарплаты повысили?

– Ну я, вообще-то, еще в Питере начала копить. Хотела машину взять. А то права валяются просто так. Но… что-то руки так и не дошли. А теперь уже че-то даже и не хочется, – немного подумав, Роза спросила сама у себя: – Может быть, здесь, в Томске, какую-нибудь подержанную взять? Какую-нибудь такую, с небольшим пробегом. Так, чисто до универа и обратно. Или… да ну ее на фиг, – она взялась за волосы Ангелины, состояние которых оставляло желать лучшего. – Тебе бы шампунь сменить. Я потом зайду в аптеку, куплю, а то прям клоками лезут. Ты так скоро вообще без волос останешься. Нужно было тебе давно шампунь сменить.

– Да, думаю, здесь не в шампуне дело.

Пока Роза наводила Ангелине марафет, они совершенно беззаботно разговаривали на отвлеченные темы, улыбались и даже смеялись. Обе очень старательно делали вид, будто ничего, заслуживающего внимания, не происходит. Пусть будет так, хотя бы до завтра, до понедельника. Или когда там будут готовы «судьбоносные» анализы.

– Потерпи еще минуту, я уже почти все.

Как только Роза закончила и, наконец, позволила оценить результаты своей работы, Ангелина, рассматривая себя в зеркало, осталась более чем довольна. Легкий, неброский макияж освежал ее бледное измученное лицо. И хотя слой тонального крема не мог скрыть жуткие отеки под глазами, выглядело очень даже неплохо и вполне естественно. Ангелина попыталась, но не смогла вспомнить, когда в последний раз ходила накрашенной. Наверное, в одиннадцатом классе, когда прихорашивалась перед «Белкой» или дискотеками в Доме культуры.

Забавно. Раньше она стремилась следить за своей внешностью, чтобы понравиться Артему. И сейчас, перед встречей с ним, тоже (пусть и не своими руками) сделала макияж, причем впервые за год. Но она не чувствовала, что на сей раз преследует цель привлечь к себе внимание. Если бы не Роза, она бы даже не подумала воспользоваться косметикой.

«Влюблен в Алену Кузнецову», – сразу вспомнилась графа «семейное положение» в профиле бывшего одноклассника.

– Ну, теперь ты хоть стала похожа на девушку, а не на зомби, – ухмыльнулась Роза, также смотря на отражение Ангелины и пропуская сквозь пальцы ее тщательно расчесанные, редкие волосы.

– Ну спасибо.

Роза еще хотела что-то сказать, но в следующую секунду ей уже было не до шуток. Она только сейчас заметила, что за левым ухом у Ангелины все расчесано почти до мяса.

– Геля, это же просто пизд… пипец! Сейчас я мазь принесу…

– Она закончилась, – будто бы оправдываясь, пропищала Ангелина. Она видела взгляд сестры в зеркале, и одного этого взгляда хватило, чтобы прямо сейчас отчаянно захотелось забиться в какой-нибудь самый дальний угол.

– Ты как маленький ребенок! Нельзя ТАК расчесывать кожу! Нужн…

– Ну а что я могу поделать, если чешется!

– Записаться к дерматологу для начала!

– Ага, щас, к еще одному врачу! – но, поняв, что начинает перебарщивать, Ангелина мигом сменила тон. – Успокойся, все нормально. У меня просто эта… сезонная аллергия началась.

– Какая на хрен сезонная аллергия?

– На холод. Ты че, не слышала о таком? Такое у многих бывает, у меня и раньше, еще в деревне, такое тоже было. Как наступают морозы, кожа начинает чесаться и облазить. Но потом это проходит, – и, прежде чем сестра успела еще что-то добавить, Ангелина схватила рюкзак и прошмыгнула в прихожую. – Ладно, я убежала, – второпях зашнуровывая ботинки, она вновь пресекла попытку Розы вставить хоть слово. – Помню-помню, шлю «океи» каждый час. И всегда на связи.

– Попробуй только не взять трубку!

Но входная дверь за Ангелиной уже захлопнулась. Роза вымученно выдохнула. Сейчас в их жизни, в их семье (пусть и родители пока об этом не подозревают) снова происходит что-то по-настоящему кошмарное, а они еще умудряются дурачиться и делать вид, что все нормально, что все так и должно быть. Вот это – по-настоящему ненормально.

Или это просто защитный механизм психики, такой способ не свихнуться? Ведь результатов анализов ждать еще по меньшей мере почти сутки…

Сказать, что она нервничает перед встречей с Артемом, – значит не сказать ничего. Он ведь наверняка будет ее обо всем расспрашивать, о тех трех годах, о том, что вообще произошло. Такое просто невозможно не спросить.

Терзаемая тошнотой, Ангелина тряслась в автобусе, облокотившись щекой о стекло. Она еще не успела проехать половину пути до Лагерного сада, но уже два раза была вынуждена сходить на случайных остановках и на глазах у всех выворачиваться в мусорку. Кроме того, из-за обильного питья сильно хотелось по малой нужде. Оставалось надеяться, что на Лагерном есть хотя бы один общественный туалет. Раньше задумываться о подобных вещах особо не приходилось, но сейчас это было как никогда актуально. Одно дело оконфузиться дома, и совсем другое – в людном месте.

Тщательно обтерев лицо и руки влажными салфетками, закинув в рот жевательную резинку, Ангелина запрыгнула в очередной автобус. Повезло, что сегодня воскресенье, и общественный транспорт не забит. Не хотелось бы ехать стоя. Болевой синдром никуда не делся, поэтому спазмы в животе, которые заставали всегда врасплох, периодически давали о себе знать. Иногда Ангелине требовалось несколько минут посидеть без движения, чтобы боль утихла.

Весь оставшийся путь ее по-прежнему мучили рвотные позывы и позывы в туалет. Поэтому когда створки автобусной двери разошлись напротив остановки «Лагерный сад», Ангелина испытала невероятное облегчение. Поскольку ехать пришлось, можно сказать, с пересадками, она уже прилично опаздывала, из-за чего чувствовала себя неловко. Она, конечно, написала Артему, что припозднится, но не рассчитывала, что на сорок минут. Даже «приличные» девушки обычно опаздывают максимум на десять.

Уже привыкшая к постоянной слабости и головокружению, и потому не придававшая им значения, Ангелина пыталась взглядом выцепить из толпы знакомый силуэт. Боялась не узнать вот так сразу. Со вчерашнего вечера она успела посмотреть все фотографии в профиле Артема, но это совсем не одно и то же, что живой человек. Интересно, как он изменился за это время? Стал выглядеть более взросло, мужественно? Или, возможно…

– Эй, привет! – Артем обнял оторопевшую Ангелину сзади. Когда она повернулась к нему лицом, то увидела его искреннюю, такую открытую улыбку. – Блин, я уже и отвык, что ты такая маленькая. Это хоть ты? Я тебя не узнал.

– Почему? – с ответной улыбкой спросила Ангелина.

– Ты стала такой… тощей.

– А ты вообще не изменился.

И они еще раз обнялись.

Сначала просто прохаживались вдоль скамеек, даже подошли к памятнику и Вечному огню; день сегодня выдался довольно теплым, поэтому самое время для прогулок. И Артем, и Ангелина чувствовали неловкость, что удручало обоих. Чтобы не молчать, они задавали друг другу типичные вопросы, которые обычно задают после долгой разлуки, и давали на них такие же типичные ответы. Было ясно: если все и дальше продолжится в том же духе, то скоро напряжение начнет буквально искриться в воздухе.