Чтение онлайн

– Мэлис Крэш, – представилась я. Не знаю, зачем. И этого демона Рингил ненавидит сильнее, чем Дэз? Интересно, что же она предпримет, когда решит, что заполучила меня?

– Не думай так, – попросила Эанис. – Нет, я не читаю твои мысли напрямую, хватает того, что написано на лице. В отличие от моей не совсем здоровой в умственном плане коллеги, я признаю тебя идеалом прямо сейчас. И не требую ничего взамен. Я еще не разучилась верить в то, ради чего пришла сюда. Не нужно меня ненавидеть.

– Вы создали меня такой, – я показала на себя, надеясь, что эта женщина – признаюсь, я не понимала, почему не похожа на нее. У Эанис было то, чего мне не хватало – красота без потери неординарности, и она оставалась не только относительно свободной, но и бессмертной. – Думаете, это не причина для ненависти?

– Ты еще не знаешь, какой облик получишь после завершения формирования оболочки, – на автопилоте ответила Эанис, и до меня дошло, с кого брали пример в процессе создания моего сознания. Нет, все-таки хорошо, что не с Дэз… – А он может и не узнать, – женщина посмотрела на Рингила. – Чистой воды безответственность.

– А самоликвидаторы демонам ставить – хороший показатель ответственности? – я вскипела. Реакцией на близость Рингила, могущего в любую минуту очнуться (перестанет же доверять, если узнает, что обманула!) было полное отсутствие малейшей сдержанности. – Любуйтесь на дело рук своих, бабуля, вот ваш нарушитель всех глобальных законов, – я опять показала на себя. – Приятно знать, что в любой момент можешь откинуть копыта? Одно хорошо – теперь я с собой могу забрать много тех, кто мне устроил такую жизнь. Вы тоже в этом списке, вторая после Сильвер, муж ее Контер…

– Парочка что надо, а ведь сошлись только потому, что на нее его очарование не действовало, – отреагировала Эанис, совершенно не обратив внимания на мою угрозу. – Мэл, буду звать тебя так, очень уж длинное имя тебе дала мать, не стоит сходить с ума раньше времени, – знакомая фраза, одна из моих любимых. – Это Дэз, мир праху ее мозгов, уверена, что у тебя срок окончания жизни поставлен на двадцать лет. На самом деле самоликвидатор, как ты изящно выразилась, я монтировать не стала. У тебя впереди такая же бесконечная жизнь, как и у всех остальных демонов, если ты сможешь удержаться перед соблазном закончить ее досрочно. А вот за недоработки типа той, что все нанесенные твоей оболочке ранения автоматически записывались в энергетическую матрицу и очень медленно регенерировали, прости, пожалуйста. Средство от этого я почти что додумала, но у меня его сперли. Хорошо, с одной стороны, сделали, теперь Дэз на тебя точно воздействовать не сможет, но у меня талант одноразовый и память никакая, так что свое достижение я повторить не могу. Тот, кто спер – тоже, ведь среди нас его нет, и где он – даже Хаос не в курсе. Ну как, прошла депрессия?

– Прошла, – честно ответила я. Хотелось вопить и прыгать до потолка. – В упор не понимаю, чем вы так полосатику не понравились…

– Поделилась с ним своими мыслями относительно хейтеров, – Эанис рассмеялась. Я поддержала. – А он решил, что это часть воздействия. Только вот я не садистка, и обошлась бы вообще без этих ужасных приемов, – голос непредельщицы посерьезнел. – Мэл, послушай меня внимательно. То, что планирует Дэз – это подрыв последних устоев, на которых держится наша организация. Выход есть, но только один. Если все – от руководителей проектов до последних из их подчиненных – узнают, кто ты и чего на самом деле хочешь, ее просто задавит масса тех, кто еще верит в идеал. Понимаешь? Пока она походя плевала в коллектив, будучи нам нужной – мы утирались, но теперь она сама не понимает, во что ввязалась. Только нужно быстрее все провернуть, пока она тормозит, как все истинные. Поправка, один понимал значение времени, только где он теперь…

– Это вы кого имеете в виду? – заинтересовалась я. Истинный, обладающий каким-то достоинством – редкость бешеная, в смысле с точки зрения полукровок.

– Отца твоего, светлая ему память, последнего истинного, – отрезала Эанис. – Не повезло ему с жизнью, только теперь ничего не поделаешь. Он у меня, кстати, и взял ту программку, чтобы тебя вылечить, только использовать не успел. А я теперь не знаю, где она, потому что определенный вид ей придать не успела. Ну так что, Мэл, соглашаешься или нет? – резко сменила тему она. – Отрицательный ответ принимается только с твоими предложениями по сути дела.

– Можно подумать? – не дожидаясь ответа, я отошла к краю крыши. Из двух повисших передо мной проблем вопрос с родителем мужского пола отполз на второе место, как менее важный. Концентрироваться пришлось на втором. Похоже, мое желание воспользоваться мозгами здесь приветствовалось. Непредельщица, по совместительству – бабуля, осталась там, где стояла, не сделав попытки ко мне прицепиться. Несмотря на это, думалось мне с трудом. Видела я уже, чем гипотетически может закончиться мое пребывание на высоком посту. Ничего хорошего из моего согласия, соответственно, не выйдет. И не потому ситуация плохая, что игры с непредельщиками ничем положительным не могут закончиться, просто я на руководящую должность не тяну по определению. «А как же ваш бесценный опыт работы оперативным руководителем?» – ехидно подсказала родная память. Конечно, какие-то лидерские данные мне должны были заложить, только вот камушки считают, что мне их не хватит. Интересно, а ошибаться они могут? Вот первые, по идее, очень даже должны были к их советам прислушиваться, и где они теперь? Хотя вполне реально, что они сейчас находятся там, где находятся, просто потому, что пропустили не вовремя ценный совет мимо ушей. Идея права на жизнь не лишена, но все-таки слишком красивая перспектива передо мной открывается, чтобы забивать на все из-за каких-то мелких неясностей. Или из-за двух инициативных кусочков камня, которые еще и разошлись во мнениях по поводу того, как мне следует поступить. Нет, так я ни к какому определенному решению не приду. Оторвавшись от зрелища темной улицы далеко внизу, я внимательно посмотрела на все еще отдыхающего Рингила (похоже, решил отработать весь недосып за последние семь лет) и подумала, что мне до лампочки, на что любоваться в процессе обдумывания сложнейшего решения, долженствующего повлиять на остаток моей жизни. Поскольку Рингил вполне мог положительно воздействовать на мое эстетическое чувство, я подошла ближе. Впрочем, картину несколько портила хорошо заметная царапина на лице созерцаемого объекта. Можно было обойти Рингила и смотреть с другой стороны, но я решила поступить иначе. Если змеюк обладал какой-то положительной силой, действующей на таких недоработанных демонов, как я, то вполне мог помочь и полосатику. Прикинув, как на привлекательном лице (и как я могла подумать, что он на меня похож? Ничего ведь общего с тем кошмаром, что я ежедневно наблюдаю в зеркале!) будет смотреться тонкий, почти незаметный шрам, я подумала, что можно попробовать, всяко хуже не будет, а пока Рингил в отключке, его голос не требуется. Я жестом подозвала Змея и объяснила в двух словах, что от него требуется. Бывший змеюк согласился. Когда на щеку чем-то интересующего меня хейтера упала змейская слеза, я ожидала повторения чуда. Конечно, кроме как чудом, такое назвать нельзя, если элементарную регенерацию в меня не заложили намеренно, а в него и не думали. Ведь Эанис прямым текстом сказала, что он может и не дожить до подросткового возраста. Но никакого чуда не произошло.

– Ты что, свойства не сохранил от исходной оболочки? – не хуже самого змея прошипела я. Даже Эанис заинтересовало, чем я там занимаюсь в процессе обдумывания ее предложения.

– В чем дело? – нависнув над скульптурной группой «Два героя спасают раненого друга», спросила она. – Что за эксперименты без надзора старших?

– Да вот… Мне помогло, а ему не помогает, – данное малопонятное объяснение было сопровождено тыканьем в то, что осталось от порезов на моей руке, и автограф мутантской ежевики на лице Рингила. До Эанис не дошло, и она решила потрясти на предмет четкого и ясного ответа Змея, как единственного с виду нормального в этой компании страдающих крышей. Тот как мог пояснил, что вообще первый день как осознал себя в полной мере разумным существом и не понимает, почему его слеза сработала в качестве ускорителя регенерации для меня, но не для этого мальчика, которого он даже не запомнил, как зовут. Я озвучила пришедшее мне в голову «гениальное» предположение, что причина в том, что по словам Дэз змеюка обратил мой отец, хотя Хаос меня забери, но я все равно не понимаю, как это могло повлиять. Эанис в ответ на это сделала нечто такое, что вполне могло показаться успешной сдачей экзамена на право присоединиться к уже имеющейся в наличии компании сдвинутых по фазе. В смысле, со всей силы стукнула себя по лбу и заржала, указывая при этом пальцем на Змея. Тот стопроцентно укрепился в мысли, что зря ему просто дали ум, надо было еще и свести с него, чтобы не выделялся.

– И все время… под самым носом, – не в состоянии прекратить смеяться, проговорила Эанис, затем глубоко вдохнула и успокоилась. – Мэл, искать уже ничего не надо. Вот он, – она снова показала на змеюка. Тот отодвинулся. – В смысле, вот он и является тем самым, если можно так выразиться, патчем к такой хорошей программке под названием МК2-О!

Я повторила достижение Эанис в методах убеждения всех окружающих, что мы здесь все нуждаемся в капитальном ремонте мозгов. Параллельно до меня дошло, что бабуля действительно мне добра желает, а то бы просто не сказала мне, что именно она поняла. Мое желание согласиться на ее предложение немедленно взяло верх над противоположным. Пока меня опять не замучили сомнения, я (может быть, слишком поспешно) сказала:

– Насчет представиться, типа «здравствуйте, я ваш идеал, приятно познакомиться», так я не против, в принципе. А вы уверены, что они вытерпят девятилетнего ребенка во главе организации? – опять я не к месту со своей самоиронией! Похоже, в данном моменте чувство юмора Эанис совпало с моим.

– Насмешила, – честно призналась она. – Кто ж тебя заставляет так сразу? Я что, непонятно выразилась? Просто покажешься народу, народ взвоет от радости и пошлет Дэз к ее несуществующей свекрови. Что-то я не думаю, что тебя заставят принимать на себя все обязанности по контролю, но если и найдутся у нас такие придурки, в чем я крупно сомневаюсь, никаких вопросов – обозначишь прямым приказом того, кто временно будет занимать твое место и доводить до народа твои повеления. Идет?

– Идет, – с интонацией, прямо противоположной предполагаемой, ответила я. – А этого заместителя, я так понимаю, будут звать Эанис Джайнис, так?

– А ты других подходящих на это место знаешь? – небрежно бросила Эанис. – Если знаешь, просьба огласить список кандидатур, помогу выбрать. Я все равно не ждала, что ты окажешься хотя бы минимально благодарной за то, что я для тебя сделала…

Недорезанная совесть подняла голову, прислушиваясь. Потом прицелилась, вцепилась зубами и начала меня грызть. Между прочим, бабулю никто не заставлял пытаться следовать правилам честной игры. Могла без проблем заложить в меня на стадии разработки любое контрольное средство. Могла скооперироваться с Дэз и затем убрать ее с дороги. Могла сделать что угодно, но предпочла не класть хвост на оставшиеся у нее идеалы и меня в куче, в конце концов! А я у демона последний шанс поизгаляться над бывшими коллегами отнимаю! А с другой стороны, что я сама могу придумать в качестве приказов достигнутого идеала? Рингила выпустить и больше не трогать? Не пойдет, куда его выпускать, такого недоработанного? Хотя если я воспользуюсь мощью организации, чтобы ему помочь, он же не так поймет! Нехорошо получится… Если же взять проблему глобальную, как взаимоотношения непредельщиков с хейтерами, то и здесь мое вмешательство уместным не будет. Нелимитированные не поймут, с чего бы это их так долго ожидаемая предводительница стоит не за них, а хейтеры, чего греха таить, обидятся. Как же – такой хороший способ развлечься отнимают! А вот Эанис наверняка знает, на что будет нужнее направить мощь организации, ежу ясно… Задавив в себе прорывающееся через укоры совести подозрение, я подобрала слова и сказала:

– Теперь я уверена, что ты подойдешь. Лучший руководитель всегда получается из того, кто не считает свое место конечной и единственной целью. Но я должна точно знать, что происходит в организации, так что большая просьба не рассчитывать на полное отсутствие контроля, – конечно, будет у меня время разбираться со всем! Наверняка придется подмахивать не читая и разрешать, не вникнув в суть проблемы, но может, хоть недолго Эанис удержится от злоупотреблений властью?

– Мэл, чтобы я… Да можешь хоть сейчас посмотреть все документы, моя программа вообще была единственной, которая не шла с перерасходом по классу «Л», какие еще злоупотребления? – вполне естественно возмутилась Эанис. Только вот в ответ на мои мысли… Похоже, эту мыслю она тоже перехватила, потому что принялась извиняться. Ну что же, я так и думала, что ей доверять нужно с оглядкой.