Чтение онлайн

Сатико, однако, сочла, что это будет неучтиво по отношению к Итани. Они с Юкико устали ничуть не меньше Кой-сан… Через несколько минут всё трое уже спускались в холл.

Не теряя времени на приветствия, Итани сразу же приступила к делу. Для начала она сообщила сёстрам, что ей только что звонили из театральной кассы: с билетами в Кабуки на послезавтра всё в порядке, правда, всем вместе им сидеть не удастся — для госпожи Макиока с сёстрами оставлено три места, в одном ряду, для Итани с дочерью — в другом, а господину Мимаки придётся сидеть отдельно.

Затем Итани заговорила о Мимаки, и неожиданно для себя сёстры узнали от неё важные новости. Как выяснилось, Итани не только успела рассказать о Юкико супругам Кунисима и самому Мимаки, но и показала им её фотографию. Фотография произвела в высшей степени благоприятное впечатление. Всё сошлись на том, что Юкико выглядит намного моложе своих лет. Мимаки сразу же сказал, что о лучшей невесте нельзя и мечтать и, если семья Макиока сочтёт его достойным, он готов жениться на ней хоть завтра. Итани не сочла возможным что-либо приукрашивать и как на духу рассказала ему всё, что знает о семье Макиока, — об отношениях между «главным домом» и Асией, о неладах Юкико и Таэко со старшим зятем, о причинах, приведших к размолвке между ними. Мимаки воспринял её рассказ совершенно спокойно и ничуть не поколебался в своей решимости жениться на Юкико. Будучи сам отнюдь не праведником, он, как видно, не склонен строго судить других. Во всяком случае он не выказал ни малейшего желания вдаваться в какие бы то ни было подробности.

Почувствовав, что разговор коснулся весьма деликатной темы, Юкико и Таэко поспешили допить свой чай и откланялись.

— Честно говоря, я рассказала ему и о пятнышке, — понизив голос, сообщила Итани, глядя вслед уходящей Юкико. — Лучше предупредить его заранее, чем ждать, когда он сам спросит об этом.

— Вы совершенно правы. Да и нам так будет спокойнее… Всё это время Юкико ходила на уколы, и, как видите, не напрасно. Врач говорит, что после замужества пятно должно совершенно исчезнуть. Не могли бы вы объяснить это господину Мимаки?

— Да я и так всё ему объяснила. Он сказал, что будет счастлив в этом убедиться.

— Неужели он вправду так и сказал?

— Ну конечно. Теперь относительно Кой-сан. Я не знаю, известно ли вам об этом или нет, но — как бы это лучше сказать? — ходят разные слухи. И тем не менее, даже если эти слухи небеспочвенны, вам не стоит особенно беспокоиться. В каждой семье кто-то один обязательно не похож на всех остальных, и это, по-моему, к лучшему — иначе было бы неинтересно жить, не правда ли? Господин Мимаки говорит, что, какая бы молва ни окружала Кой-сан, ему это совершенно безразлично, ведь он собирается жениться не на ней.

— Я вижу, господин Мимаки и впрямь человек без предрассудков.

— Знаете ли, люди, умеющие получать удовольствие от жизни, как правило, не бывают педантами. Он так и сказал мне: я не имею непосредственного отношения к сестре госпожи Юкико, поэтому вы можете откровенно рассказать мне всё как есть, если, конечно, сочтёте это нужным… — Поняв по лицу Сатико, что эти слова её успокоили, Итани сразу же спросила: — А как отнеслась к этому предложению госпожа Юкико?

— Видите ли… Дело в том, что…

Дело в том, что Сатико попросту ещё ничего не обсуждала с Юкико. До сих пор она предпочитала думать, что главная цель их поездки в Токио — проводы Итани. Нет, она, конечно, помнила о сватовстве, но старалась не принимать его всерьёз — по крайней мере до того, как они познакомятся с Мимаки. Ей не хотелось тешить себя напрасными надеждами из боязни испытать новое разочарование. Сегодняшний разговор с Итани впервые заронил в ней настоящий интерес к этому сватовству.

Из слов Итани следовало, что на сей раз дело действительно идёт к свадьбе. Сатико смущало только одно: Юкико наверняка не прельстит перспектива жить в Токио. Впрочем, дело было не столько в Юкико — теперь уже она вряд ли станет упрямиться, а если и станет, к её возражениям совсем не обязательно прислушиваться, — сколько в самой Сатико, которой почему-то была неприятна мысль о том, что сестра уедет в Токио. Она от всей души желала, чтобы Юкико с мужем поселилась где-нибудь в Киото, Осаке или Кобэ.

А где предполагает жить господин Мимаки после свадьбы? — спросила Сатико у Итани. Она слышала, что виконт как будто бы готов купить молодожёнам дом, но где, в каком городе? Разумеется, она отнюдь не намерена выдвигать какие-либо условия, просто ей интересно знать, хочет ли господин Мимаки остаться в Токио, или, может быть, он не возражал бы переехать в Кансай? Гм, пробормотала в ответ Итани, ей не пришло в голову спросить его об этом, но теперь она непременно всё выяснит. Впрочем, ей кажется, что господин Мимаки не захочет уезжать из Токио. А что, разве госпожа Макиока возражает против Токио?

— Да нет… — неуверенно произнесла Сатико, но тут же поправилась: — Вовсе нет.

Ну что ж, в таком случае они пока попрощаются, сказала Итани, но не надолго. После ужина должна приехать Мицуё вместе с господином Мимаки. Итани будет ждать сестёр Макиока к себе.

Итани позвонила в девятом часу вечера. Она прекрасно понимает, что госпожа Макиока с сёстрами устали, но только что приехал господин Мимаки, и она просит их втроём заглянуть к ней в номер.

Сатико достала из чемодана нарядные кимоно с поясами и разложила их на обеих кроватях, после чего они с Таэко помогли Юкико одеться. Когда же настал их черёд заняться собственным туалетом, снова позвонила Итани с просьбой поторопиться.

— Проходите, пожалуйста, — сказала Мицуё, впуская Сатико с сёстрами в дверь. — Извините, у нас тут ужасный беспорядок.

И действительно, посреди комнаты стояло несколько чемоданов, повсюду громоздились какие-то коробки, картонки, пакеты, прощальные сувениры.

При виде сестёр Мимаки тотчас же поднялся со стула. Когда Итани представила их друг другу, он подвинул свой стул дамам, а сам устроился на чемодане:

— Пожалуйста, пожалуйста. Здесь мне даже удобнее. В комнате было всего четыре стула. Их заняли Сатико с сёстрами и Итани. Мицуё присела на край кровати.

— Ну так как, госпожа Итани, — сказал Мимаки, как видно продолжая прерванный разговор, — быть может, вы всё-таки продемонстрируете, нам свои туалеты? Глядите, сколько у вас зрителей.

— Нет, господин Мимаки, как раз перед вами я ничего демонстрировать не буду.

— Напрасно, ведь я поеду провожать вас на пароход и тогда, всё равно увижу вас в одном из ваших европейских нарядов, хотите вы того или нет.

— Ошибаетесь, я буду в кимоно.

— Как? Вы и на корабле собираетесь ходить в кимоно?

— Не знаю, во всяком случае, я постараюсь как можно реже надевать европейское платье.

— Ну, это совсем непонятно. Зачем же тогда вы сшили себе всё эти туалеты? — Мимаки повернулся к Сатико. — Вы знаете, перед вашим приходом у нас зашла речь о том, как одевается госпожа Итани. Скажите, пожалуйста, вы когда-нибудь видели её в европейском платье?

— Нет, ни разу, — ответила Сатико. — Сколько мы знаем госпожу Итани, она всегда ходит в кимоно. Удивительно, но это так.