Чтение онлайн

Дорога человека, 14 мая 2006, Москва

Полковник ФСБ Сарычев, стоя у окна в своём кабинете на Лубянке, смотрел на улицу и курил. Мелкий дождь, который зарядил с утра, с наступлением вечера только усилился. Выделяя в толпе привлекшие его внимание мечущиеся под дождем фигурки людей, Сарычев пытался отследить их перемещения и угадать маршрут движения. Это занятие хоть как-то отвлекало его от нудного кабинетного ожидания в этот воскресный вечер. Полковник ждал своего заместителя майора Коваленко, который должен был вот-вот появиться с докладом по одному важному делу, свалившемуся на голову Сарычева сегодня в форме неожиданного поручения руководства.

Днём позвонил его начальник генерал Костылев. Генерал был откровенно раздосадован тем, что в воскресный день, отдыхая на даче, ему приходится заниматься служебными делами, и что его телефон уже раскалился добела от нервных и возбуждённых звонков разных влиятельных и высокопоставленных персон. И все эти звонки были связаны с одним странным происшествием, случившимся сегодня в Москве. В Битцевском парке был найден труп швейцарского адвоката Генриха Келлера, прибывшего в Москву накануне вечером.

– Значит, всё в сторону, срочно займёшься этим делом, - давал Сарычеву поручение его начальник.
–  Не знаю, что там за мёртвую птицу нашли в Битце, но, видно, важная была, раз мне такие люди звонили.
–  Ударение было сделано на слове «такие».
–  Я завтра с утра буду на месте – доложишь все детали.

Сарычев пытался определить, как поведет себя под дождем молодая парочка, выбежавшая из перехода метро на улицу, когда в кабинет заглянул Коваленко:

– Иван Прокофьевич, разрешите войти?

Несмотря на то, что Коваленко был лет на пять старше Сарычева, он всегда называл своего начальника по имени-отчеству и был предельно уважителен, стараясь соблюдать необходимую субординацию во всём.

Сарычев махнул рукой:

– Заходите, Анатолий Ильич, садитесь.

Коваленко присел на стул, положив на стол небольшую папку с документами, достал оттуда листок бумаги и тяжело вздохнул:

– Значит, по делу об убитом швейцарце, Иван Прокофьевич, могу доложить следующее. Сегодня 14 мая, в 9 часов 30 минут утра в районе Битцевского парка был найден труп мужчины 65-70 лет. Труп обнаружила одна пожилая семейная пара. Супруги живут неподалеку от места происшествия. В воскресное утро они вышли на прогулку в парк… Сразу была вызвана милиция. При убитом находились паспорт и водительские права на имя Генриха Келлера, гражданина Швейцарии. Рядом был обнаружен пустой бумажник, предположительно принадлежавший убитому и две визитные карточки на имя Генриха Келлера, партнёра адвокатской конторы «Гербер и Келлер» из Цюриха. По предварительным данным смерть наступила в результате прямого огнестрельного ранения в область сердца. Выстрел был произведён с близкого расстояния из пистолета – предположительно «ПМ». Сейчас проводится экспертиза… Убийство, скорее всего, было совершено в другом месте, тело перевезено на машине и брошено в районе парка. Характерно, что преступники (или преступник) даже не стали скрывать следы преступления. Труп даже не пытались спрятать.

– Когда наступила смерть?

– Приблизительно в 23 часа 13 мая.

– Как он оказался в Москве?

– Келлер прибыл в Москву 13 мая в 20 часов рейсом «Swissair» из Цюриха. Многоразовая российская виза была открыта полгода назад.

– Посольство Швейцарии информировано?

– Да. Просят забрать тело из морга – отправить на родину, и предлагают помощь в расследовании.

– Что у нас с братьями по оружию?

– Дело расследует прокуратура. Мы будем осуществлять оперативное сопровождение.

– Что удалось узнать про этого Келлера, про его нахождение в Москве?

Коваленко вкратце поведал о том, что успела узнать по делу об убийстве швейцарца следственная группа прокуратуры и ФСБ.

После прибытия в Москву Келлер из Шереметьево на такси отправился в гостиницу «Националь» – там на его имя был забронирован номер люкс. Дежурная в гостинице сказала, что швейцарец пробыл в своём номере буквально десять минут и ушёл из гостиницы, оставив свой ключ. Больше он в отеле не появлялся. Работники отеля, которым показывали фотографию Келлера, вспомнили, что тот покинул гостиницу примерно в 22:10, сразу же поймал какого-то частника на тёмно-зелёном «фольксвагене»-универсале и уехал по Тверской улице в сторону Пушкинской площади. Номера машины никто не запомнил. Следовательская группа прокуратуры и работники ФСБ провели осмотр номера Келлера, но там практически ничего не нашли. Келлер не оставил в номере ничего, кроме своих отпечатков пальцев и журнала «Шпигель», который он, видимо, читал в самолете и купил ещё в Швейцарии.

– А что таксисты? Около «Националя» наверняка всегда стоят свои дежурные таксисты, – заметил Сарычев.

– Они тоже вспомнили Келлера. Тот не стал вызывать такси через портье и отказался ехать с местными таксистами, перешёл на другую сторону Тверской и стал ловить машину там. Номера тёмно-зелёного «фольксвагена», который увёз Келлера, никто не запомнил. Правда, один таксист отметил, что Келлер долго разговаривал с водителем. Таксист даже смог рассказать, как выглядел тот, кто увёз Келлера. Но в описании его внешности не было ничего примечательного. Темноволосый, худощавый парень лет двадцати – двадцати пяти.

– Машину надо попытаться найти как можно быстрее, – сказал Сарычев. – Сделайте всё возможное, даже если придётся проверить все тёмно-зелёные «фольксвагены»-универсалы Москвы и Московской области. Надо опросить всех, кто мог что-то видеть или слышать в парке. Дело на особом контроле там, – Сарычев показал пальцем в потолок, – и посему надо с ним разобраться кровь из носу и побыстрее.

Коваленко устало, без особого энтузиазма, но согласно кивнул.

– Что Келлер делал в Москве? – спросил Сарычев.

Коваленко откровенно пожал плечами:

– Пока это неизвестно.

Сарычев постучал пальцами по столу:

– Ну, хорошо, Анатолий Ильич, – сказал он, – на сегодня, полагаю, всё. Оставьте мне бумаги, я хочу их посмотреть.

Когда Коваленко вышел, Сарычев взял бумажную папку с копиями следственных документов и стал их внимательно читать.

После всего, что рассказал Коваленко, Сарычев ещё более уверился в том, что дело весьма странное. Что делал швейцарский юрист в Москве? Почему убийцы не спрятали тело и даже оставили документы? И зачем его обокрали? Ведь не нашли никаких вещей, кроме пустого бумажника. Инсценировка ограбления? А что если швейцарец действительно стал просто жертвой разбойного нападения, и никакого заказа не было? А интерес наверху возник просто по причине определённого знакомства убитого с кем-то у нас, кого афишировать не очень-то хотят. Но это могло быть и заказом. Тогда ситуация должна быть прочитана по-другому, и надо искать заказчика через связи убитого. Так или иначе, всё упиралось в личность господина Келлера, а о нём пока ничего определённого известно не было. Самым скверным было то, что эта личность, судя по всему, имела при жизни серьёзный вес в каких-то высоких кругах, и потому связи Келлера могли быть запутаны и опасны.

Раздался телефонный звонок. Это был приятель Сарычева полковник милиции Травкин.

– Привет, Ваня, – бодро начал Травкин.

– Здравствуй, Юра, – откликнулся Сарычев.

– Давно вас не было слышно, Иван Прокофьевич, – язвительно протянул Травкин на другом конце телефонной линии: – Совсем вы нас забыли.

– Юра, ну ты же понимаешь, сезон пошёл. Ни минуты свободного времени. А наша служба…

– …и опасна, и трудна. Знаю-знаю… Скажи лучше, когда на рыбалку поедем? Мне понравилось там, на озерке, помнишь?

– Где три щуки поймали?

– Четыре!

– Три щуки и одного большо-о-го леща.

– Ладно, порадуй, пригласи на рыбалку.

– Как ребус разгадаю, так сразу и поедем.

– Что-то серьёзное и срочное?

– Не то слово, – грустно ответил Сарычев. – Может, поможешь в плане информации? – Сарычев надеялся, что если убийство было не заказным, а произошло во время ограбления, Травкин и милиция со своей агентурой могли бы помочь выйти на след убийц.

– Рассказывай, – со вздохом разочарования проговорил Травкин. – Ты же без работы не можешь.