Чтение онлайн

— Нам надо пройти, остальной не ваше дел. Или вы сомневаться в словах воина Мортербрана? Владыка Гиендук быть недоволен.

— Нет-нет! Что вы? Не сомневаюсь. И провизию выделю…

— И проводник, — отрезал Хашим.

— И проводника, — кивнул боров.

Было видно, что он испугался имени владыки и спорить с крылатым не хотел, во избежание больших проблем.

— А карта мира у вас есть? — спросил я.

На меня все уставились как на придурка. Только местные с удивлением, а товарищи с видом «ну что у тебя шило в заднице что ли?» Похоже, что так.

— Нарисую, — проговорил старикан, закидывая в рот очередную ложку похлёбки и по-прежнему уставившись в тарелку.

Теперь все взгляды обратились на него, а я даже перегнулся через стол, чтобы получше его разглядеть. Чем-то напомнил одного волшебника из Англии, только этот был невысокого роста и щупленький.

— Раз господин Оллин сказал, значит нарисует! — хлопнул по столу боров. — Знаете он какой учёный? Книг множество прочитал! Гномий знает, и даже эльфийский! Голова! Повезло, что застали его! Он же раз в круг приезжает, привозит бумагу, указы и прочее, детишек, что народились от шлюх забирает.

Мы с Рисей переглянулись. Ну и нравы тут. А я наклонился к Леху и шёпотом спросил:

— Раз в круг?

— Год, по-вашему. В Транникии кругом называют, в Ронгорне семион, от Бога Семиона, что временем и погодой правит. Но так-то везде кругом стали звать.

Я кивнул и уставился в тарелку. Находится здесь было неприятно, но есть хотелось жутко. Так что я молча набивал брюхо, как и Рися. А Лех с Хашимом взяли на себя беседу. В основном спрашивали о новостях столицы и Мортербрана, да что творится в дебрях Догрила. Не обошли стороной и паскудников эльфов. Этих гадов нигде не любили, хором желали им подохнуть самой страшной смертью.

Так прошел, по моим ощущениям, час, и я уже начал клевать носом, когда Хашим объявил, что нам пора отдыхать.

Боров попросил господина Оллина проводить нас до казармы и наказать дежурным выделить комнату. Сам он, кряхтя, вышел провожать на порог. Я огляделся, но Марти нигде не увидел. Опять смылся засранец! Хотя сейчас я был скорее рад этому: нечего свиньям задавать лишние вопросы. А Марти для этого мира животинка слишком приметная.

Распрощавшись с хозяином сего оплота безнравственности и свинства, мы направились к казармам вслед за стариком.

Господин Оллин по дороге размышлял о жизни на границе вдали от цивилизации. Сетовал, что везти ему в приют аж целых три младенца. Кормить их придётся одной матери, которую потом отправят обратно под конвоем. Рабыня, ничего не поделать. Я начал проникаться уважением к старику. Говорил он об этом с сожалением, и явно был за отмену рабства, но ничего поделать не мог.

В казармах нас встретил заспанный и нетрезвый вояка с пивным брюхом и трёхдневной щетиной. Выделил комнату на первом этаже. Комната господина Оллина была в конце коридора, куда я за ним и направился. Остальные остались и принялись готовится ко сну.

Комнатка старика больше походила на коморку два на два метра. Узкая кровать, стол и колченогий стул — вот и все убранство, не считая холщевого мешка, что одиноко стоял в углу.

— Сейчас, я быстро, — сказал господин Оллин и сел на стул.

Он зажёг свечу, взял сложенный лист желтой плотной бумаги, развернул его. Это оказался пустой лист формата примерно А3. Чернильница и перо лежали тут же на столе. Обмакнул перо в чернила и, наклонившись так низко, что почти доставал крючковатым носом до бумаги, он начал выводить кривые линии.

Я стоял рядом и терпеливо ждал пока закончит. Что удивительно, сон как рукой сняло. Мне было чертовски интересно, где мы и где гребаный Лейдар. Опять я словил странное ощущение, когда, рисуя очередное государство, Оллин написал его название непонятными закорючками. Взгляд мой расфокусировался, а потом я тряхнул головой и увидел уже русские буквы. Надпись гласила «Гинвиндел». Ого, туда нам и надо!

Рисовал он действительно быстро, и вскоре вручил мне карту. Я постоял с минуту рассматривая ее, да и чернилам надо было подсохнуть.

— Значит, Лейдар тут, — я указал на обширные южные земли.

— Все верно, молодой человек. Да вы, наверное, в курсе, что эльфы жили в Валлестине, а потом захватили много территорий, но первым пал Лейдар. Они перенесли туда свою столицу, в знак победы над лейдами, хотя никакой победы и не было. Лейды просто покинули свой дом, после разрушения Ильманы. Но эльфийской королеве нужна была кровь, и она не остановилась. Сея хаос и разрушения, при поддержке своих верных воинов, продолжила кровавый путь дальше. Эх, а потом вернулся эльфийский король и, думаю, она пожалела о своей преданности и мести.

— Почему? — на самом деле я ничего не понял, а спросил просто из вежливости.

— Она отомстила за якобы смерть владыки, но любовь находит всех и, когда она собиралась посадить рядом с собой на трон нового избранника, своего верного и преданного эльфийского князя, вернулся король. Он убил ее возлюбленного и женился на ней. До разрушения столицы она была всего лишь невестой, но второй после него в очереди на эльфийский престол. Фактически сестрой, хотя у эльфов с родственными связями все очень запутанно. Доподлинно известно, что она сирота и глава своего рода.

— Да, не повезло ей, — покачал я головой, хотя жалости не испытал.

— Не повезло вдвойне. Говорят, Клемиан вернулся другим. Не похожим на эльфов, и только демонстрация магических сил заставила их поверить в то, что это действительно он.

— Не понял, а каким же он вернулся?

— Кто же знает? Сам он на поля сражений не суется, а сидит в своем замке, колдует. Оргашит слабеет. Может и узнаем скоро. Поговаривают, он заключил сделку с демоном скалистых островов, и уже не тот, кем был раньше. Ни физически, ни духовно. Ну идите мил человек. Чем смог, тем помог, — внезапно попрощался старик.

— Спасибо огромное, вы и вправду очень помогли. Даже не знаю, как вас благодарить, — улыбнулся я.

— Да мне ничего и не надо. Надеюсь, карта вам поможет.

— Ещё бы!

Я распрощался с господином Оллином, и направился в комнату к друзьям.

Там стояло пять коек с дырявыми шерстяными одеялами. Хашим уже дрых, засунув руку под подушку. Я бы поспорил на что угодно, что там он держал кинжал. Рися с Лехом не спали, ждали меня тихонько переговариваясь, а на руках у Риси сидел Марти.