Чтение онлайн

— Так точно, мой генерал!

— Мя-а-а-а!

— Клим, как слышишь, приём?

— Слышу тебя хорошо, Макс. Чего хотел?

— Наши на низком старте. Переброска завершена, сейчас лид сформирует рейд, и минут через пять начнут движение.

— Понял, принял! Как обстановка в целом?

— Стандартная. Никаких аномальных проявлений. У вас?

— А у нас глухо, как в танке! Эксперт ничего не чувствует.

— И не должен! Вырубаев, скажи этому своему, как его?! Что я не РЛС, у меня дальность действия не сотни километров, и даже не десятки! И помех в городе полным-полно! Плюс отвлекают всякие!

— Слышал, Макс?

— Ага. Моё почтение, Амелия Лукулловна!

— Да засунь его себе!..

— Всё, отбой связи, Клим!

— Отбой связи, Макс!

— Ничего?.. — уже, наверное, в сотый раз поинтересовался я.

— Ничего! — рыкнула Милли. — И вообще, Вырубаев! Задрал! Я на такое не подписывалась!

— А на что подписывалась? — не сдержал я любопытства. — И где? И чем? Кровью, да? Кровью? А в роли демона-искусителя, небось, Назар Лукич выступал?

— Клим, ты можешь посерьёзней? — нахмурилась моя подружка.

— Это чтобы ты ещё угрюмее стала?

— Не переживай, не стану! — заверили меня. — Дальше просто некуда!

— А чего так? Устала? Нервы? Может, тебе ещё кофейку? Или, наоборот, сахарку?

— Давай! — оживилась Мила.

— А нету! — обломал я её. — В смысле, сахарку! Но есть шоколадка — вон, в бардачке глянь.

— Я тебя обожаю, Вырубаев!

— Только не чавкай!

— Ладно! Чавк… ой!

— Мя-а-а-у-у-у!

— И с котейкой поделись!

— А она будет?!

— Вот заодно и проверим!

Диалог этот имел место почти через час после того, как Макс доложил о старте рейда. Пока что, если ему верить, всё у толпы игроков шло строго по плану: ранее изученные мобы выносились в одну калитку, а новых — в смысле, совсем новых — не появлялось, так что оставалось лишь ждать. К этому моменту уже были повержены три из четырёх мини-боссов, и передовые отряды вышли к тому самому рекордному Алвиру. Правда, рейд-лид запросил минут двадцать на передышку, здоровье и запасы манны восстановить, да тактику боя обговорить. Так что момент «Х» неумолимо приближался. А у нас, говоря по чести, ни-че-го! Никаких подозрительных эманаций, и уж тем более возмущений магического фона! Всё исключительно рутинное и набившее оскомину, по выражению Милли. К тому же нам надоело бесцельно нарезать круги по районам-сервитутам, а какой-либо закономерности в предыдущих появлениях аномальных хтонических тварей выявить так и не удалось. Вернее, выявили, но совершенно для нас бесполезную. И даже неприемлемую. По той простой причине, что большинство точек укладывалось в дугу окружности, при достраивании которой выяснялось, что мнимый эпицентр располагается в глубине Самарской Луки, в самом сердце национального парка. То есть в глухом лесу за речкой Усой, да ещё и как бы ни на отроге Жигулей. Так что какой-то оптимальной для нас позиции в пределах Корсакова-Волжского попросту не существовало. Вот и мыкались, как неприкаянные.

И с каждой минутой Милли хмурилась всё сильнее. А её настроение поневоле передавалось и всем окружающим, то бишь мне с Изольдой Венедиктовной. Кошаре, впрочем, на это было плевать — сжевав очередную вкусняшку, она забралась в переноску и теперь беззаботно дрыхла — а вот мне приходилось составлять компанию девице, что сидела рядом мрачнее тучи. У меня и так-то с тучами далеко не самые приятные воспоминания связаны, а тут ещё такое! Вот я и пытался её в меру своих способностей и сил — весьма скромных, хе-хе — отвлечь. Ну или хотя бы развлечь.

— Слу-у-у-ушай, Мил!

— Чего? — вздохнула та.

— Ты же, помнится, говорила, что я тоже должен чувствовать… ну, всякое? — не сумел я подобрать нужных слов. — Потому что классическая магия доступна всем, даже пустоцветам? И от специализации не зависит?

— Ну да… — удивлённо покосилась на меня Милли. — А что?

— Да так, к слову пришлось…

— Всего-то?! Офигел, Вырубаев?! — ощерилась девушка.

Получилось, если честно, жутковато. Видимо, чего-то там неосознанно намагичила.

— Эй, ты чего?! — возмутился я. — Я аж напугался! И волосы, вон, дыбом!

— Да у тебя их нет! Ты ж под машинку стриженый!

— На руках! Вот, гляди! — сунул я соседке под нос правое предплечье, на котором и впрямь топорщились волоски. И, что характерно, их было прекрасно видно, поскольку рукава я по обыкновению закатал до локтей. — Убедилась?!

— Хм… а чего это я?.. — растерялась моя подружка.

— Это я у тебя спрашиваю!

— Ладно, ладно, поняла! Я спокойна, совершенно спокойна…

— Но я бамбук! Пустой бамбук!..

— Чего?! Какой ещё бамбук?! — удивлённо округлила глаза Милли.

— Я московский пустой бамбук! — допел я низким голосом, и довольно улыбнулся: — Вот видишь, всё не так уж плохо! Даже если нет в кармане пачки сигарет!

— Шутишь? — дошло до моей спутницы.

— Пытаюсь. Так расскажешь?

— Что?

— Ну, как это — чувствовать магический фон? Может, методика какая-то есть, чтобы научиться? Помнится, братец ваш, несравненная Амелия Лукулловна, меня медитировать заставлял…

— Когда?! — оживилась Милли.

— В первые же дни, как я сюда попал. Ещё в госпитале.

— Ну и?.. Получилось?

— Как видишь! — развёл я руками, на миг выпустив руль. — Боевые способности пробудились, спасибо Климу-твердянскому!

— Ну да, ты ж боевик-пустоцвет…

— И ещё воздушник! — напомнил я. — Вы ж это вдвоем определили! Правда, тоже пустоцвет! Да и, если честно, какой-то я ущербный воздушник.

— В смысле?

— Ну, молниями шарашить не получается, а очень хочется! — поделился я надеждой с соседкой. — Как тогда, в штольнях, помнишь?

— Ну…

— Чего «ну»?

— Это ж инициация была!

— И? Думаешь, это всё объясняет?

— Конечно! — удивлённо воззрилась на меня Милли. — Во время первой инициации пробудившиеся магические способности кратно превышают те, что впоследствии доступны пустоцвету. Магу, если так можно выразиться, дают прикоснуться к толике потенциального могущества, а потом организм включает защитный механизм, и возможности эти очень сильно урезает. Чтобы, значит, маг сам себе не навредил.

— А смысл тогда какой?! Поманили пальчиком, поматросили, и бросили!

— Нет, смысл есть! — возразила Милли. — И смысл глубочайший! Мало пробудить способности, надо ещё ими овладеть на должном уровне! А для этого требуется соответствующая перестройка организма с последующей адаптацией.

— То есть я сейчас адаптируюсь? — дошло, наконец, до меня. — Типа, в спящем режиме?

— Ну… наверное, можно и так сказать.

— А если второй инициации не будет?

— Значит, так и останешься в этом своём… «спящем режиме», вот!

— А что делать? Ну, чтобы повторно инициироваться?