Чтение онлайн

В тот же момент на лидера, кота и трибуну обрушился простой российский парень Леха. Вопреки предположениям кота, трибуна была более легкой и хрупкой, чем дот. По крайней мере, веса Лехи она не выдержала и рухнула вместе с лидером, Лехой, Мессиром, графином с водой образца прошлого века и пламенной речью лидера. И в тот же самый момент на место, где стояла трибуна, с небес грохнулось нечто громоздкое, громыхающее, булькающее.

Телохранители лидера схватили мобильные телефоны и начали судорожно набирать «02». В зале поднялась веселая и задорная паника: кто-то кричал: «Революция свершилась!», кто-то пел «Марсельезу», кто-то хохотал гомерическим смехом и плакал, как новорожденный младенец. И только один человек сохранял присутствие духа. С того момента, когда Мессир вышел на сцену, этот человек держал пальцы возле крупной пуговицы на пиджаке, которая по сути своей являлась скрытой камерой.

* * *

– Я давно чувствовал, что Зюзюкинск не всегда будет пребывать в статусе провинциального городка. Судьбой ему предназначена слава, если не второй столицы России, то уж третьей – точно. И вчера было получено реальное подтверждение моему предсказанию. Или, как говорят религиозные люди, знамению.

Ворохватов сделал небольшую театральную паузу, немного подумал и заложил одну руку за обшлаг кителя. Ему казалось, что так он больше похож на какого-то артиста или даже видного политического деятеля. Деятель, кажется, еще говорил с иностранным акцентом.

– Вчера, ровно в пятнадцать ноль восемь по Гринвичу, на подведомственной мне территории произошло покушение на жизнь видного политического деятеля. Покушение было тщательно спланировано и старательно подготовлено. Если бы террористам удалось воплотить свой план в жизнь, то оно вошло бы в историю. Но благодаря умелым и решительным действиям агента, подготовленного лично мной в свободное от работы время, план фашистских гадов был порушен.

Полковнику Подтяжкину нестерпимо хотелось узнать о подробностях покушения, но спросить он стеснялся. Как-то неудобно было показать, что он не в курсе великих событий, происходящих в его родном городе.

Капитан Мочилов не был столь опытен, поэтому не выдержал и спросил:

– А что, собственно, произошло-то?

– Всему свое время, – не удостоил его даже взглядом Ворохватов, а Подтяжкин с облегчением вздохнул. Значит, расскажет. Хорошо, что Мочилов, а не он опростоволосился.

– Не знаю, имею ли я право разглашать подробности теракта, но думаю, что могу возложить на себя высокую ответственность по принятию решения в этом вопросе по поводу принятия решения о возложении на себя высокой ответственности за разглашение подробностей теракта по… В общем, во время выступления высокого гостя перед общественностью вражескими агентами ему на голову была сброшена емкость под кодовым названием «ведро». Для усиления убойного действия емкость была наполнена вязким маслянистым веществом желтого цвета, предположительно, подсолнечным маслом. Масло было предназначено для утяжеления емкости и для дискредитации светлого образа лидера.

– Э-э-э, то есть в смысле он весь измажется и будет некрасивым, и нести его будет неприятно и неудобно, и врачи мараться не захотят, а без оказания быстрой медицинской помощи он умрет, – проявил смекалку Мочилов.

– Я сам хотел это сказать, – остановил его Ворохватов. – Вы, как всегда, меня грязно перебили. Действительно, террористы подстраховались. Даже если бы ведро и не убило лидера, то ни один врач не рискнул бы оказать ему помощь. Жена говорит, подсолнечное масло не отстирывается, а халаты хирурги покупают на свои деньги. К тому же масло несло в себе дискредитирующую функцию. Мне удалось установить, что уборщица, которой пришлось отмывать масло со сцены, грязно ругалась в адрес лидера носовцев, лидеров города, района, области, страны нашей и других дружественно настроенных к нам стран мира. Таким образом врагами партии НОС был завербован один как минимум сторонник.

– Позвольте вопросик? – робея от собственной смелости, подал голос Глеб Ефимович и, дождавшись величественного кивка, продолжил: – Я не совсем понял, как ведро упало с неба. В клубе, кажется, крыша есть. Даже если его сбросили с самолета, то оно не могло пробить крышу, чердак и потолок. Да и масло бы разлилось преждевременно.

– Хороший вопросик, – смилостивился Ворохватов. – Я тщательно изучил место происшествия и путем нечеловеческого напряжения и активизации всех своих умственных способностей вычислил, что ведро с маслом стояло на лесах над сценой и было скинуто с помощью дистанционного управления, то есть с помощью дергания веревки. Мой агент, загримированный под простого зрителя, успел сбить своим телом с ног дорогого гостя города, поэтому пострадал только костюм вождя – на него попало несколько капель трудновыводимого масла.

– Вы, наверное, наградили агента, – с уважением протянул Мочилов.

– Нет, придется награждать, когда его найду, – пообещал Ворохватов. – Мой скромный герой скрылся с места происшествия и не выходит на связь. А теперь о главном. Главное состоит в том, что в связи с покушением на дорогого гостя усиливаются меры по охране этого самого гостя и наведению в городе общественного порядка. И ваши курсанты официально снимаются с патрулирования улиц города и назначаются на охрану лидера носовцев. Для введения врагов в заблуждение необходимо переодеть курсантов в гражданскую форму. Вот. И еще дайте мне тех самых, которые присутствовали при совершении моего подвига по поимке дурковедов. Уж очень они у вас замечательные. А на патрулирование улиц города поставьте кого похуже.

* * *

– Как вы думаете, меня точно никто не узнал? – В глазах Лехи Пешкодралова наблюдался не то испуг, не то кошмар, не то все вместе.

– Хорошо бы, если не узнал, – не совсем уверенно произнес Кулапудов. – Плохо только, что ты без перчаток работал. Пальчиков наоставлял и на трибуне, и на кошелке, и на коте.

– Ой, а что мне будет, если поймают? Я в тюрьму не пойду. Там неуставные отношения.

– Боюсь, плохо тебе будет. Политических преступников во все времена строже судили, чем простых уголовников. И попробуй докажи, что ты не на лидера носовцев напал, а за котом гнался. Да еще ведро это. Какой дурак его на лесах оставил? И зачем вообще над сценой должно стоять ведро подсолнечного масла? Может, им механизмы какие смазывают? Или примета такая у артистов? Непонятно, – задумался Санька.

– Да не переживай ты, Леха, – похлопал его по плечу один из Утконесовых. – Во-первых, ты в гриме был, даже эта твоя незнакомка тебя не узнала.

– Во-вторых, – продолжил его мысль второй брат, – у тебя стопроцентное алиби. Светочка за тебя по-честному от Ленина до Столыпина весь день ходила. Даже задержала бездомную собаку, которая пыталась осквернить один из памятников посредством справления своей собачьей нужды прямо на пьедестал. И Мочилов со Смурным своими глазами видели, как она, то есть типа ты, за этой собакой гонялась.

– И кто вообще поверит, что зюзюкинская милиция сможет тебя найти? – заразился их оптимизмом Кулапудов. – Кому искать-то? Ворохватову?

– Все шестеро – в кабинет Подтяжкина, – пушкинским Командором вырос на пороге дежурный. – За вами пришел старший лейтенант 125-го участка Ворохватов.

* * *

– Ух, натерпелся я, ребята, – лицо Лехи пылало, словно он вывалился из парной, а не из кабинета начальства. – Он так пронзительно смотрел, что я совсем было признаваться начал.

– Почему ты нам раньше не говорил, что работаешь тайным агентом Ворохватова? – строго спросил его Кулапудов. – Нехорошо скрывать от товарищей правду о себе.

– Не ругайся на него, Веня, – вступился Ганга. – Может, его пытали… Или угрожали. Ворохватов, он знаешь какой неприятный?!

– Да вы чего? – вытер рукавом струйки пота Леха. – Все же при вас было. Может, он вообще не меня имел в виду, может, он про кота говорил? Кот же первым бросился сшибать носовца, а я уж за ним. Так что не виноватый я вовсе. Век воли не видать.

– Точно, кот! – обрадовался Ганга. – Эта сволочь такая вредная, что запросто в агенты продаться может. За кусок ливерной колбасы. Я давно его заприметил, он давно нашего Леху изжить хочет. Может, он даже двойной агент. Вклинился в органы и подтачивает их изнутри.