Меня с тобой связал Баку...
Шрифт:
— Нет…
— Тогда бояться нечего.
Мама встала со стула, сделала два шага и пошатнулась. Из ее руки упал цветок, благо Амир успел его подхватить, чтобы она не упал.
— Что с тобой? — Взволнованно спросила я, усаживая ее обратно.
— Все хорошо. Просто закружилась голова, — обессиленно прошептала она.
— Пожалуйста, поешь что-нибудь.
— Потом поем. Сейчас я не голодна, — Озадаченно протянула она.
— Ты вся бледная. Видно, что давление упало. Тебе обязательно нужно что-нибудь съесть.
Я упрашивала ее как маленького ребенка; с одной стороны, это выглядит довольно забавно, а с другой стороны — мне очень страшно за нее. Мне не хочется ее терять, когда я с каждым часом привыкаю к ней все больше и больше.
— Как себя чувствуешь? — спрашиваю я, домыв последнюю тарелку. Аккуратно протираю ее и кладу на полку к остальным.
— Лучше, — успокаивающе махнула она рукой, — Может, выйдем на свежий воздух? Погода просто великолепная.
— Хорошо, — согласилась я, вспомнив, что по дороге сюда неподалеку видела парк. Там сейчас наверняка много народу, никто не сможет на нас напасть.
В парке, как я и предполагала, народу было предостаточно. Прекрасная погода радует обилием солнечного света и майского тепла. Детишки катаются на качелях и их радостные голоса разливаются по всему парку. Хорошо ведь быть ребенком. Не думать ни о чем, жить на эмоциях — здесь и сейчас.
— Каждый раз, когда я смотрела на твою фотографию, вспомнила последний день с тобой. Мне казалось, что из моей памяти стерлись все моменты, и остался лишь тот злосчастный день.
Она опускает глаза, я вижу, как лучи солнца поблескивают на ее волосах, придавая им золотистый оттенок. Она снова поднимает голову и смотрит мне прямо в глаза, а я не отвожу взгляд.
— Иногда я просыпалась и удивлялась тому, что все еще жива, потому что та надежда, что ты жива давным давно умерла. Я считала, что раз я жива, ты, даже после смерти продолжала дарить мне силы.
— Если бы я только знала обо всем раньше… — с горечью говорю я.
— Скажи, а как ты узнала о том, что я… твоя мама?
— По фото, которое ты показала мне. Когда сказала, что твою дочь звали Зара, я вспомнила все. Все до мелочей.
— Какой она была? — Внезапно спросила она ни с того ни с сего.
— Кто?
— Женщина, которая тебя растила.
Я нырнула в карман брюк и достав фотографию, протянула его ей: Это фотография сделана была два года назад на Новый год. Мама здесь такая счастливая, она искренне улыбается.
Меня внезапно начало распирать изнутри, когда я почувствовала, что жутко скучаю по ней. Она отзывается болью в сердце при каждом воспоминании о лучших моментах с ней. На мои глаза навернулись слезы, которые я сразу смахнула рукой. «Не время плакать.» — подумала я.
— Она очень красивая, — Говорит она, не отрывая глаза от фотографии, — Как ее звали?
— Анджела, — Тихо шепчу я.
— Даже если она умерла, Зара, она все равно останется твоей мамой, и никогда не перестанет быть ею. Я знаю, она любила тебя не меньше, чем я, — Сказала она и во мне просто все перевернулось. Я вижу слезы на ее глазах и просто не выдерживаю. Я подсела к ней ближе и крепко ее обняла, зарывшись лицом в ее распущенные волосы. Я вдыхаю запах ее волос, от которых пахнет лавандой.
— Ты с Дэвидом уже виделась, не так ли?
Резкие изменения в интонации ее голоса меня умиляет. На долю секунды повисла тишина:
— Да.
— И что он сказал в свое оправдание? Почему он так поступил с нами?
— Ничего не рассказал.
— Я так и знала… — Она поджала губы.
— Он ничего не рассказал, потому что боится Большого Папу, — Я почувствовала, что мое сердце быстро переползает куда-то в пятки. Вздохнув, я продолжила, — Я видела сны, в которых раньше не видела смысла. Но сейчас, вспоминая каждый виденный мною сон, начинаю понимать все. Я видела тебя во сне. Тот самый момент, когда меня похитили. Видела маму, которая пыталась донести до меня, что я не ее дочь. Отца, которого шантажировали, чтобы тот делал то, что они хотят. Да, он поступил подло, но на самом деле, на то есть причина, которую, к сожалению, предпочитает не говорить. Но это факт. И винить в случившемся нужно не его, а Большого Папу. Это ведь его рук дело.
— Все они виноваты. И твой отец тоже, — Едва слышно произнесла она. Она зажмурилась. Я видела, что у нее в душе шла внутренняя война.
Приятно проведя оставшееся время в парке, через час мы вернулись, и я уже была готова постучать в дверь, вдруг услышала, как в замке поворачивается ключ. Не успела я ничего сообразить, как передо мной оказался Амир. По нему четко видно, что он зол. Его правая рука сжата в кулак, а левая в кармане.
— Что-то произошло, — утвердительно произнесла я, смотря на взволнованное лицо парня. Ох, не нравится мне его взгляд.
— Сигнал пропал, — говорит он. От удивления я чуть раскрыла рот, — Они возвращаются. Нам сейчас же нужно уезжать, чтобы успеть пересечь границу.
За окном вот-вот спустятся сумерки и ночь накроет все вокруг плотным покрывалом. Дома уже начались сборы. Путь, конечно, не самый близкий, ведь ехать часа четыре. Дорога казалась мне жутко изнурительной. Мы остановились на бензозаправке, Амир вышел из машины. Недалеко от нашей машины стоит дорожный знак с надписью «Баку». Значит до столицы нам ехать около двух часов.
— Есть хочешь? Купить тебе что-нибудь перекусить? — повернувшись к маме, спросила я, на что та отрицательно покачала головой, — Я все же возьму.
Только я вышла из машины, как внезапно послышался визг машин, который заставил меня обернуться. К нашей машине подъехал черный тонированный внедорожник; окна задних мест открылись и оттуда показались пистолеты. Амир, который стоял рядом, успел быстро среагировать; вытащив маму из машины, он схватил меня за руку, побежал в сторону леса, где были большие дубовые деревья. Толкнув нас к одному из них, он велел как можно крепче прижаться спиной к дереву, а сам подбежал к другому. Одна пуля пролетела буквально в миллиметре от Амира, а другая от меня.
Спустя несколько секунд стало тихо. Снова слышу визг шин и замечаю, как машина скрывается из виду. Я облегченно выдохнула и обернувшись, буквально застыла на месте. Мама садится на влажную после весеннего дождя землю, сжимая рукой левое плечо, из которого струйкой сочилась кровь. Эта злосчастная пуля пролетела мимо меня и попала в нее.
Чувствую «Дежавю». И снова мои душераздирающие крики, снова меня окружает страх и боль, снова я стою лицом к лицу со смертью. Мой мир снова рухнул, распался, как осколки от разбитого стекла. Я отчаянно заморгала, пытаясь убедить себя в том, что-то, что сейчас я вижу является моим очередным сном или это просто глюки.