Чтение онлайн

Раздевшись, я забежал в необычайно тёплую воду, сплавал до буйков и обратно, после отправился на спортплощадку, но толком позаниматься не получилось, поскольку люди и нелюди полезли в озеро, и пришлось фланировать по пляжу, контролируя количество голов, которое должно торчать над водой. И то волной кого накроет, то надувной матрас перевернётся. Отдыхающим — веселье, мне — нервотрёпка.

К счастью, Эд надолго на барахолке не завис и вскоре притопал к спасательной вышке, принялся резкими свистками призывать отдыхающих к порядку. Я с облегчением перевёл дух, окинул взглядом пляж и покачал головой, поскольку намечался аншлаг. И никаких пожарных норм — сколько горожан сумеет сюда набиться, столько и набьётся.

На волнах блистали солнечные отсветы, у меня заломило глаза и разболелась голова — опустил пониже на лицо панаму, но это нисколько не помогло. Зато когда перевернулся один из перегруженных разномастной мелюзгой надувных матрасов и пришлось лезть в воду, то не только освежился и взбодрился, но и проорался, дав выход раздражению.

Несколько раз приходилось плыть на служебной лодчонке к буйкам, куда отдрейфовывали разнообразные плавательные средства, дабы вернуть их и в первую очередь их владельцев к берегу, дважды выволакивал на мелководье накрытых волнами пловцов, постоянно собачился с не ценившими столь плотную опеку отдыхающими. К обеду вымотался сверх всякой меры, а только вернулся из столовой и наткнулся на Элю, заявившуюся на пляж в сопровождении двух подружек.

Выглядели те несказанно монументальней моей сожительницы, и я невольно даже подумал, что другую такую могу и не найти, но уже после пяти минут общения с этой троицей окончательно уверился в правильности принятого решения. Может, Гу по гороскопу и подходил Эле наилучшим образом, да только я — не он. Мне такого не надо. Опять же, все эти гороскопы — сплошное антинаучное надувательство, просто один из способов законного отъёма денег у доверчивых простофиль.

— Искупаемся? — предложила приобнявшая меня Эля.

— Работаю! — отмахнулся я, и тут перевернулась автомобильная камера — кого-то накрыло ею, и мы с Эдом наперегонки бросились вытягивать из воды расшалившуюся мелюзгу.

— А она у тебя фигуристая, — подмигнул мне напарник. — Есть за что подержаться!

— Хочешь — познакомлю?

— Не! Мне более компактные нравятся! — рассмеялся в ответ островной орк.

Я только вздохнул.

— Мне тоже, Эд. Мне тоже.

— И в чём проблема? — Напарник обвёл рукой пляж. — Выбор на любой вкус и цвет! Лучшие образчики! Прям как на выставке достижений народного хозяйства!

Я отмахнулся от него и поднялся на вышку, дабы уже совершенно точно ускользнуть от Эли. Взялся обозревать пляж, попутно задумался, как быть дальше. Ещё немного, и меня в ЗАГС потащат, а не хочется. Нет, ясно и понятно, что могу пойти — и непременно пойду! — в отказ, но стоит ли доводить дело до скандала? А если она вдруг залетит?

Кое-какой жизненный опыт подсказывал, что в иные ситуации проще не попадать, нежели потом из них выпутываться, так что подумал-подумал и наметил ряд антикризисных мер. Перво-наперво решил в кратчайшие сроки застелить пол в своей полуподвальной комнатушке, дабы иметь возможность в любой момент туда съехать. Вторым пунктом в моём плане значилась покупка резинотехнических изделий известного назначения. И ещё стоило попытаться расшевелить Тони…

— Гудвин!

Крик вырвал из задумчивости, я встрепенулся и увидел забегающего в воду Эда. Он нырнул и поплыл, я соскочил с вышки и рванул следом, только — поздно! Не уследил! Проворонил!

Вытащенная на берег гномиха не подавала признаков жизни, вокруг моментально образовалась толпа, и я рыкнул:

— Расступитесь! Звоните в скорую! Зовите врача!

Кто-то протолкался через зевак и рванул к спорткомплексу, а Эд взялся делать искусственное дыхание, но хоть вроде бы и сумел освободить лёгкие пострадавшей от воды, сколько ни пытался, запустить её сердце так и не смог. Кто-то заголосил, кто-то заплакал.

И — не расходятся.

Мелькнула мысль, что запросто могут впаять халатность, да и жалко было захлебнувшуюся всего-то в десятке метров от берега дурынду, так что я решительно отпихнул назад подскочившего к нам светловолосого бородача, опустился на корточки и потеснил Эда в сторону.

— Отойди!

Обращаться с дефибриллятором учили на курсах, и пусть под рукой у меня сейчас этого замечательного прибора не было, но сотворить электрические разряды я мог и сам. Только бы с этим не переборщить! Какая там сила тока должна быть?

Я положил ладони на грудь утопленницы и разжёг в себе раздражение на всех и вся, вытолкнул его из себя.

Разряд!

Послышались удивлённые возгласы, разбежались по мокрой коже искорки, но гномиха даже не дёрнулась, что меня попросту взбесило.

Да как так-то? Что делаю неправильно?!

Разряд!

Я чуть откорректировал характер воздействия, при этом заметно его усилив, и конечности утопленницы легонько дрогнули. Есть контакт!

— Пульса нет, — разочаровал меня Эд.

Сильнее! В третий раз я отбросил осторожность, и едва с силой тока не переборщил, но зато коренастая женщина сильно вздрогнула и пришла в себя: захрипела и перевернулась на бок, её вырвало.

— Уф-ф! — протяжно выдохнул Эд. — Пронесло!

Прибежал фельдшер из медкабинета спортобщества, разогнал всех, но отдыхающие так на нас и пялились, возбуждённо переговариваясь, пока не притопала бригада скорой помощи. Необходимости в оказании неотложной помощи на месте уже не было, и гномиху уложили на носилки, понесли к машине, а мне врач сказал:

— Неаккуратно сработал. Могут ожоги остаться.

Я только руками развёл.

— Меня такой ерунде не учили! На днях только третий разряд получил.

— Третий? — поразился врач. — Чёрт! Ещё повезло, что ты ей потроха не поджарил!

Он поспешил вслед за санитаром и фельдшером, а мы с Эдом двинулись к наблюдательной вышке.

— Тебе, поди, медаль теперь обломится? — пихнул я в бок притихшего напарника.

— Выговор мне обломился за ненадлежащее выполнение трудовых обязанностей! — буркнул тот в ответ. — Вот если б её кто посторонний спас — тогда да, а я не уследил. Мы не уследили.

— Но от халатности отпетляли?

— Отпетляли, — кивнул Эд. — Ты сразу не убегай никуда, объяснительные писать будем.

Остаток смены прошёл всё так же суматошно — разве что никто больше не утонул. Ближе к вечеру волны заметно усилились, но пляж не закрыли, мы только не пускали никого в воду с надувными матрасами, камерами и кругами. Устал в итоге как собака, но в первую очередь морально, поэтому после написания объяснительной отправился в спортзал и битый час грёб, грёб и грёб там на тренажёре.