Чтение онлайн

– Да-а-а, тяжело, – проникся информацией Вольский и снова спросил: – А здесь, в нашем городе, вы сколько деток сейчас ведёте?

Дарья негромко рассмеялась и предложила:

– А давайте, Александр, уже вы что-нибудь о себе расскажете. Ну, чтобы у нас с вами всё-таки диалог получился, обмен, так сказать информацией. – Девушка показала ладонями жест «туда-сюда». – А не мой монолог, больше похожий на пусть мягкую и душевную, но всё же форму допроса. Мне, в отличие от Дмитрия Егоровича, Любовь Андреевна не сообщила о вас вообще никакой информации, кроме утверждения, что я могу вам доверять. – И предложила вариант продолжения их ночной откровенной беседы: – Мне вот, например, тоже необычайно интересно, Александр Александрович, чем вы занимаетесь? Работаете на себя или служите в госучреждении? А кем?

И, заметив, как мужчины обменялись быстрыми, короткими взглядами, что-то там передав друг другу невербально, спросила удивлённо:

– Что? Это запрещённая тема какая-то? Вы часом не разведчик какой или шпион? – двинула Дашка шутливую версию.

– Нет, – рассмеялся её предположению Вольский.

– Тогда что вы загадочно переглядываетесь друг с другом на мой вопрос? – заметно похолодевшим тоном спросила она и тут же, выставив ладошку вперёд, поспешила остановить возможный ответ мужчин: – Впрочем, если это тайна и ваш секрет, то и оставьте его при себе, не стоит меня в него посвящать.

– Не то чтобы секрет, Дашенька, – ответил вместо Вольского Дмитрий Егорович, – но и не открытая для доступа информация: Александр у нас лётчик.

– Лётчик, – сильно удивившись, повторила за ним Дарья и спросила: – И, как я понимаю, не гражданской авиации?

– Нет, не гражданской, – снова вместо Вольского ответил Егорыч, – Александр действующий боевой лётчик ВКС.

– А ВКС у нас?.. – попросила разъяснений Дарья

– Военно-Космические Силы, – расшифровал ей аббревиатуру Дмитрий Егорович.

– То есть, я правильно поняла, – посмотрела на Вольского Дарья, – вы военный лётчик?

– Так точно, – посмеиваясь, откликнулся Вольский.

– Так, – осмысливая услышанное, произнесла Дарья. – А в каком вы звании?

– Гвардии подполковник, – ответил Александр.

– И я так понимаю, что спрашивать, где вы служите и кем…

– Правильно понимаете, Дашенька, – снова ответил за Александра Егорыч. – Эта часть информации уже относится к строго засекреченной. Как всякая иная информация о деталях его жизни. То есть снимать видео и фото с Александром, как и со всяким другим военным лётчиком нашей страны, сейчас запрещено. И если съёмки всё же приходится делать по какой-то официальной надобности, то лица их обязательно заблюрены, а голоса изменены. Такие вот реалии. Впрочем, подобные установки касаются не только России, во многих европейских странах и в Америке личности военных лётчиков секретят с той же тщательностью, что и у нас.

– Почему тогда вы мне раскрыли этот секрет? Вдруг я возьму да и наснимаю его тайно, а потом выложу этот контент бог знает где в сетях? – попросила разъяснений Дарья.

– Потому что за вас поручилась Любовь Андреевна, а она человек весьма ответственный и абы кому свои рекомендации не выдаёт. Ну и считайте, что мы вас официально уведомили о необходимости строго соблюдать сохранение тайной информации, – пояснил ей Дмитрий Евгеньевич.

– А сейчас вы в отпуске? – допытывалась Дарья и уточнила: – Это же не секретная часть сведений о вас?

– В числе прочей не для широкого доступа, – всё так же посмеиваясь столь очевидному удивлению девушки, подтвердил Александр.

– Угу, – расспрашивала дальше Дарья, отчего-то испытав не свойственный ей обычно сильный прилив любопытства: – А здесь вы, как я понимаю, в гостях у Дмитрия Егоровича?

– Да, вот, можно сказать, навестил дядю Митю, – покивал Саня.

– Вы родственники? – спросила Даша, посмотрев на хозяина дома.

– В каком-то смысле да, родственники, – на сей раз, словно поменявшись местами, вместо Дмитрия Егоровича ответил Александр и дал определение степени их родства: – Егорыч вообще-то мой тесть.

– Тесть? – переспросила Дарья, несколько обескураженно посмотрев на Вольского, и поинтересовалась: – А где ваша жена?

– Жены нет, а тесть имеется, такой вот у нас расклад получается, – рассмеялся Саныч.

– Как нет? – растерялась Дарья его непонятному веселью. – В каком смысле нет? – И разозлилась немного: – Не умерла же она, в самом деле?

– Нет, Дашенька, что вы, – снова перехватил инициативу разговора Егорыч, – Леночка жива и здорова, и всё у неё в порядке, слава богу. Просто они развелись с Саней и у неё теперь другая семья.

– А Маруся?.. – Даша указала куда-то в сторону двери пальцем.

– А Марусенька – дочь моей третьей, младшей дочери, Веры, – объяснил Егорыч.

– Так, – снова повторила Дарья, как бы ставя точку в этом пуле информации, систематизируя в уме всё, что услышала: – Значит, получается, что вы, Дмитрий Егорович, бывший тесть Александра, а ваша дочь и его бывшая жена уже имеет другого мужа, а он почему-то приезжает к вам в гости навестить, – и выдвинула предположение: – Наверное, вы были очень хорошим тестем.

– Отличным! – подтвердил с чувством Вольский, показав большой палец. – Никогда ни во что не вмешивался и ничью сторону в споре не занимал, придерживаясь правила: сами разбирайтесь. За что и ценю безмерно.

– Да слушайте вы его, – отмахнулся Егорыч, посмеиваясь, и разъяснил ситуацию: – Мы с его отцом, тоже Саней Вольским, давние и близкие друзья. Росли вместе и учились вместе, служили вместе и воевали вместе.

– Вы тоже военный?

– Полковник ВВС. В отставке, – подтвердил Егорыч. – У нас же Саня-младший из потомственных: его дед Константин Александрович, основатель их лётной династии, был боевым лётчиком, Саня-старший пошёл по его стопам. А мы с ним в детстве ещё познакомились, сдружились сразу и крепко, посильней братьев родных, в училище лётное вместе поступили и Афган вместе прошли. У нас же с ним Саня один сынок на двоих, у меня все трое девок, и у него ещё дочка, а пацан вот один. Так вот у нас сложилось.

– А у вас, Дарья, тоже династия? – спросил Вольский и объяснил своё предположение: – Я почему спрашиваю. Ладно я, у меня все мужчины военные в роду: прадеды – пехота, артиллеристы, а начиная с деда Кости – лётчики, и это понятная и ясная служба. А чтобы пойти в такую редкую и непростую профессию, как ваша, это же надо хотя бы знать о её существовании. Как вы такую специальность-то выбрали себе?

– Это не я её выбрала, а она меня нашла и выбрала. А я вообще хотела музыкантом стать, на скрипке играть в оркестре, и непременно в «Виртуозах Москвы», – хмыкнула иронично Дарья. – А династии как таковой у нас нет, только отчасти: прабабушка, считавшаяся целительницей, и мама у нас фельдшер, проработала на скорой помощи половину жизни. И ещё бы работала и работала, если бы я её не уговорила уйти и помогать мне. Папа тоже на скорой больше тридцати лет проработал, но не медиком, а сначала простым водителем, потом получил заочное образование и возглавил транспортное подразделение.

– Так что же вас, Дашенька, сподвигло выбрать себе работу с младенцами? – спросил Дмитрий Егорович.

– А это, как говорится, в известном телевизионном проекте, «уже совсем другая история». К тому же не самая простая, – не стала отвечать Дашка, решив закончить на этом их ночные разговоры и признания. – А у нас вон уже, – указала она кивком на окно, – светает. Надо попытаться хоть немного поспать, а то завтра, вернее, уже сегодня не самый простой день предстоит. – И указав на пустую чашку, стоявшую перед ней, поблагодарила хозяина: – Спасибо вам большое за чай, Дмитрий Егорович. И за приятную беседу. Пойду, попытаюсь заснуть. – И, встав с кресла, пожелала мужчинам: – Спокойной и вам ночи.