Чтение онлайн

– Чтоб тебя, – ругнулась я. – Руку вот травмировала.

– Я это знал. – внезапно произнес Итачи.

Я в растерянности подняла на него взгляд.

– Что знал?

– Что ты не отпустишь меня.

Я моргнула. Уголки его рта подались вверх.

Улыбается?!

– Эээ, – мой мозг стал лихорадочно собирать пазлы минувших дней. – Ты сейчас пытаешься сказать, что..

– Я знал, что ты спасешь меня, Сакура. Поэтому ушел на битву с Саске. Я не бросал тебя. Я просто хорошенько все продумал.

От накрывшего меня ошеломления я раскрыла рот и постаралась найти в его лице зацепки призрачного опровержения.

– Узнав тебя как следует, я решил рискнуть. Стопроцентной уверенности в выполнении тобой предполагаемых мною действий не было, но другого пути я уже искать не мог. Оставалось слишком мало времени. Бой с Саске был неизбежен, я должен был избавить брата от проклятой печати и пробудить его мангеке. Я также должен был попытаться вернуть его в Скрытый Лист. Конохе угрожала опасность, а в Саске скрыт огромный потенциал. Я сожалею, что тебе пришлось тогда расхлебывать перед Пейном заваренную нами кашу, но я знал, что ты остаешься не одна. Признаться, твое вызволение из заточения при помощи Хидана и Сасори меня удивило, однако я уже давно подметил, как благотворно ты повлияла на некоторых из акацки. Насчет Конан и Дейдары у меня сомнений не было. А уж когда я увидел в твоих воспоминаниях, что вы с ней спасли Джирайю-сенсея, то окончательно убедился в прочно созданном тобой альянсе с напарницей лидера. Воскрешение саннина во многом играло нам на руку, это был огромнейший козырь и я решил не мешкать. Внушив тебе и остальным, что четкого плана нет и лучше нам готовиться к худшему, я стал приводить в действие свою задумку. Я разыскал сенсея неподалеку от границ страны Дождя (как он вам и говорил) и открыл перед ним свои карты. Заручившись друг у друга поддержкой, мы на ходу объединили наши планы. Когда ты погибла от руки Саске и воскресла в Амегакуре, а затем вернула к жизни бывших джинчурики пятихвостого и шестихвостого, я перехватил их по пути домой и внушил им не высовываться до нужного мне момента. Если бы они рассказали, кто их воскресил, Коноха бы узнала, что ты жива и все могло покатиться в пропасть. Ну да это ты уже знаешь. Моей целью была внезапность. Сначала ты, потом Джирайя и, наконец, джинчурики. Тайная встреча и переговоры с ними были задачей саннина, и он превосходно ее выполнил. После краткой беседы с Джирайей я должен был вернуть доверие Пейна и зомбировать его новую, такую строптивую подчиненную. Кстати, у лидера была масса идей касательно того, как можно выгодно использовать бывшую куноичи против ее друзей. И одна из них заключалась в эмоциональной дестабилизации Наруто и впоследствии легкий захват джинчурики девятихвостого. Я не знаю откуда, но он знал, что Узумаки испытывает к тебе особую привязанность. И собирался, в случае твоей капитуляции, на этой привязанности сыграть. Но вернемся к моей первоначальной задумке. Постоянно уводя тебя в дебри страха и отчаяния, я обезопашивал наше будущее и готовил почву для финального удара. Риск, что ты ненароком выдашь Нагато наши планы, заставил меня так жестко обойтись с тобой и бросить в пекло, но как я уже говорил, я умел просчитывать твои шаги. Конечно же, я очень хорошо знал, как работает «семицветная» и какой импульс я должен был для тебя подготовить. Только сильнейшее душевное потрясение могло высвободить технику без сложения печатей, и действовать ты должна была, стоя на безопасном расстоянии от коноховцев. Любое промедление приближало угрозу срыва, я не мог допустить начала настоящей схватки и, выбрав последний подходящий для иллюзии момент, поймал тебя в свой мангеке, перед этим озвучив все нужные инструкции.

Он закончил говорить и я, тупо глядя на его бесстрастное лицо, покачнулась и с размаху уселась на обвитый кустистым лишайником ствол поваленного дерева.

Итачи подошел ко мне, присел на корточки и, словно извиняясь, погладил по руке.

– У меня не было выбора, Сакура. – черные глаза упрямо искали мой взгляд. – Я знаю, что ты испытала. И знаю, что до сих пор страдаешь. Но только таким путем мы могли вырвать у него победу. И мы это сделали.

– Зачем ты убил всех? – резко спросила я, отдернув руку, за которую он держал меня. – Зачем убил меня?

– Я никого не убивал. Я никем не управлял. Все, кто был в моей реальности, действовали по своей воле. Я не создавал вымысла. Я создал будущее, которое бы наступило, не сделай ты то, что сделала.

– Я не понимаю, как это возможно. – потрясла я головой. – Ведь тогда ты должен знать все про каждого.

– Нет. То, что я тебе показал – была проекция будущего. Это одна из техник моего мангеке, которая называется «Дзэнто»*. Для активации этого дзюцу мне необходим напарник. Я погружаю его в иллюзорный мир, где ему волей-неволей приходится сражаться с моим или нашим общим противником и таким образом вычисляю стратегию боя, вижу все сильные и слабые места, и, конечно же, получаю практически полную информацию о способностях врага. Эта техника расходует очень много сил, как у носителя шарингана, так и у пойманного в иллюзию напарника. Как и в «Цукуеми», секунды в реальном мире могут равняться несколько дням в реальности «Дзэнто». Поэтому нам с тобой потребовалось лишь пару мгновений глядеть друг другу в глаза, в то время как в моем мираже ты уже успела поучаствовать в нескольких битвах.

Я медленно поморгала.

– А-то думала, ты погружал меня в «Цукуеми».

Итачи покачал головой.

– И как часто ты использовал эту технику?

– Это был первый раз.

Из моей груди вырвался смешок.

– Раньше у тебя не было столь хорошего напарника?

– Не было столь критической ситуации.

Я вздохнула.

– Значит, он бы и правда меня убил?

Учиха отвел взгляд.

– По крайней мере, ты была для него довольно надоедливым противником.

– О да, – фыркнула я. – Это стоит принять как комплимент.

Пару секунд молчания.

Я приложила ладонь ко лбу и зажмурилась. Просто великолепно, Сакура. Ты все это время была марионеткой.

– Ты прекрасно выполнила свою работу. Отвела от Конохи смертельный удар и спасла тысячи жизней. Но я должен сказать, напарник ты, в общем-то, так себе.

Я распахнула глаза и в немом возмущении впилась взглядом в его посветлевшее лицо.

– Твоя детская непосредственность и некая истеричность довольно-таки ощутимо мешали мне все это время. Однако я не могу не сказать, что, несмотря на твой вздорный характер, ты одна из лучших шиноби, которых я знаю и когда-либо знал.

Обида, едва не побудившая меня ему надерзить, тут же скрылась за маской смущения и удовольствия, которые доставили его последние слова. Чувствуя, как розовеют щеки, я полувнятно пробурчала:

– Долго ты еще так собираешься сидеть передо мной?

Учиха переместился на дерево.

– Ты что-то хочешь спросить?

Я почесала кончик носа.

– Каким образом такого шиноби как ты могли запечатать во время боя?

– Никто меня не запечатывал. Я лишь сделал вид, что вышел из игры.

– Но Дейдара тогда сказал мне..

– Правильно, для Дейдары и остальных меня запечатал Пейн. В действительности же я не мог вмешиваться в ход битвы. Мне надо было, чтобы ты пережила трагедию и высвободила свои силы. И для этого я покинул тебя.

– У меня еще есть к тебе кое-какие вопросы.

– Я слушаю.

– Зачем ты солгал мне, что твоя печать не действует, когда рядом находится Саске?

– В тот раз, когда ты встретилась с ним и его отрядом впервые в образе акацки, я должен был увидеть ваше истинное отношение друг к другу и сделать для себя кое-какие выводы. Поэтому я не вмешался в ваш разговор и дал Дейдаре твои координаты, чтобы он вызволил тебя.

– Это правда, что если Саске убьют, а мы все еще будем связаны договором, умру и я?

– Нет.

– Тогда зачем ты сказал так Дейдаре?

Итачи примолк. Я с интересом покосилась на выражение его лица. Он едва заметно улыбался.

– Понятно, тебе всегда нравилось его злить.

– Не без этого, – с усмешкой подтвердил Учиха и подмигнул мне. – К тому же я не переставал надеяться, что ты вернешься к моему брату.

Я закатила глаза.

– При всех твоих удивительных способностях и остром уме, в вопросах любви ты обыкновенный валенок.

– Ну знаешь ли, – он принял вид гордого орла. – Я бы ничего не сделал против твоей воли. Все, к чему я тебя когда-либо склонял, я видел в твоей душе.

– Почему ты так уверен, что я лучшая пара для Саске?

– Кто? – наигранно изумился бывший наставник. – Ты?! Да ни разу не лучшая! Когда это я тебе такое говорил?

– И-т-а-ч-и, – у меня задергалась бровь. – Прекрати издеваться.

– Ты ужасно эмоциональная, вздорная маленькая вредина. Жить с тобой под одной крышей.. Я просто преклоняюсь мужеству Дейдары, который собрался терпеть твой взрывной характер.

Я треснула кулаком по древесине.

– Что ж ты тогда так упорно навязывал меня Саске, если я такая невыносимая??

– Потому что если ты любишь, то растворяешься в человеке. – сверкнул глазами брюнет. – Ты способна простить, способна понять. Ты всегда останешься надежным тылом для выбранного спутника жизни и будешь преданным, лучшим другом для тех, кого когда-то впустила в свое сердце.

К моим щекам опять прилила кровь.

– Мне было неважно, кем ты станешь для него. Мне было важно сохранить вашу дружбу и ваши узы. Вначале я думал, что покину Саске, и мне надо было найти человека, который бы принял его таким, какой он есть. И таким человеком была ты. Прости, что так много требовал от тебя. Но я не мог оставить его одного.