Чтение онлайн

Она расслабляется в моих объятиях, прижимаясь спиной к моей груди, а я прячу лицо в её волосах, вдыхая кокосовый аромат.

— Спасибо…Ага. Позвони, когда будут новости. Тебе тоже. Пока! — Она кладёт трубку, разворачивается в моих руках и прижимает губы к моим. — Доброе утро.

— Доброе утро, малышка. — Я опускаю руки на её бёдра и сжимаю её упругие ягодицы. — Почему Исла оказалась в нашей постели?

— Кто знает? — Она пожимает плечом. Приближаюсь и захватываю её нижнюю губу зубами. — Ай! — Она отстраняется и мстит, дёрнув меня за волосы на затылке.

Толкать и тянуть. Именно это я люблю в ней больше всего. Игру. Лёгкую охоту. Похвалу. Ролевые игры. Мы готовы на всё. И даже после рождения ребёнка наша сексуальная жизнь остаётся такой же страстной, как и раньше.

— Она проснулась, когда я только начала утреннюю рутину, так что я взяла её в кровать и ушла, когда она снова уснула, — объясняет она.

— Чем занималась сегодня? Йогой? Растяжкой? — Её утренние ритуалы всегда заводят меня. Если я не просыпаюсь с стояком, то он точно появляется после того, как я на неё посмотрю.

— У леди должны быть свои секреты, — подмигивает она мне.

Смеясь, я перекидываю её через плечо и направляюсь на кухню. Сегодня воскресное утро, сезон окончен, и в такие дни я люблю готовить завтрак.

— Я могу идти сама, знаешь ли.

— Но в моих руках ты сидишь идеально, — шлёпаю её по попе.

Усаживаю её на кухонный стол и достаю продукты. Исла обожает блинчики с бананами, так что я их освоил. Всё для моей девочки.

— Можешь включить кофеварку? — спрашиваю я Беллу.

— Есть, сэр! — Она показывает мне язык, спрыгивает на пол и направляется к кофемашине.

— Хватит дразниться. Я уже думаю, стоит ли мне продолжать готовить завтрак или наказать тебя.

Она оглядывается через плечо, и в её глазах вспыхивает огонь. Затем качает головой:

— Как бы заманчиво это ни звучало, думаю, тебе стоит продолжить готовить завтрак. Наша дочь скоро проснётся.

— Ладно. Я прощаю тебя…пока что. — Грозлю ей лопаткой, заставляя хихикать. — Но я не забуду.

— На это и расчёт. — Она достаёт тарелки из шкафа, накрывает на стол и наполняет миску Мило водой.

— Ты разговаривала с Лу сегодня утром? — спрашиваю я, выкладывая первый блин на тарелку.

— М-м-м, — мычит она. — Келли в восторге от дизайна детской для второго ребёнка, который мы придумали. Мы нашли почти всё, кроме чёртовых обоев. — На её губах появляется лёгкая улыбка. — Лу позвонила сказать, что наконец нашла их.

— Отлично.

— Какое облегчение. Как только их наклеят, можно будет собирать комнату и браться за следующий проект.

— Кухня Колтона и Авы? — Я качаю головой. — Кто бы мог подумать, что я так сдружусь с центровым из «Громов»? Я даже хоккеем никогда не увлекался.

— Ты многое теряешь, — подмигивает она. — Вы ладите почти так же хорошо, как Исла и их мальчик.

Из коридора доносятся звуки маленьких босых ножек и цоканье когтей. Затем появляется Исла: её тёмные волосы растрёпаны, лицо помято сном, а за ней следует Мило. Белла отталкивается от столешницы и подхватывает дочь на руки.

— Вот ты где, солнышко. Как спалось?

При виде них по моим венам разливается тепло. Моя любовь к ним безмерна и необратима.

Когда панкейки готовы, я подхватываю Ислу и ставлю её тарелку рядом со своей. Белла строго соблюдает режим, но моя девочка ненавидит свой стульчик для кормления, так что я обычно уступаю.

Неудивительно, что Белла бросает на меня неодобрительный взгляд.

— Что? — делаю я невинное лицо.

— Что это за приспособление? — указывает она на стульчик.

— Детский стул, — отвечаю я.

Она торжествующе фыркает, будто думает, что выиграет этот спор.

— А ещё тюрьма.

— Невероятно. — Она хлопает себя по лицу ладонями. — Это стульчик, созданный специально для детей. Она ребёнок. Это её стул.

— Детка, — говорю я, разрезая панкейк на кусочки вилкой, — когда меня нет, можешь сажать её в этот стул. Ни слова не скажу. — Целую макушку дочери, вдыхая аромат её детского шампуня. — Когда я здесь, она может сидеть с нами. Точка.

Белла сужает глаза и поднимает чашку с кофе. Я хорошо знаю этот взгляд: она готовит ответ. И через мгновение её лицо озаряется сияющей улыбкой, она подпирает стол локтём.

— Хорошо, тогда на следующей неделе, когда мы будем в Канкуне, я не стану просить детский стул. Он нам не нужен, верно? Она всегда может сидеть на коленях у папы.

Я хмурюсь. Наши друзья едут с нами. Не представляю, как буду есть, если дочь будет у меня на коленях.

— Звучит так, будто ты немного ревнуешь. — Наклоняюсь к ней и понижаю голос. — Ты тоже всегда можешь посидеть у меня на коленях.

Её рот открывается, она вскакивает, хватает свою тарелку и чашку.

— Всё, я с тобой закончила. — Резко разворачивается и выходит из кухни, оставляя меня наедине с Ислой и Мило. Она же знает, что в перепалках я всегда побеждаю.

— Не волнуйся, малышка. Папа всегда будет рядом. — Целую Ислу в щёку. — Кого ты любишь больше всех?

Она смотрит на меня своими большими голубыми глазами. У неё такой же вздёрнутый носик, пухлые губки и тёмные волосы, как у мамы. Она такая же красивая, как Белла, и это меня пугает. Я не подпущу к ней ни одного мальчишку, пока ей не исполнится шестнадцать… или восемнадцать… а лучше двадцать один.

Да, двадцать один — звучит куда лучше.

— Папу, — говорит она, продолжая жевать блинчик.

Во мне вспыхивает восторг, и я крепче обнимаю её. В прошлом месяце, когда у нас гостили родители, мама сказала, что дочь обвила меня вокруг пальца и что я её балую. Наверное, она права, но у меня просто не хватает духу отказать Исле в чём бы то ни было.

— И маму, — добавляет она, улыбаясь мне.

Я смеюсь и качаю головой. Иллюзия была недолгой. Она любит нас одинаково.

Ровно в восемь вечера я закрываю дверь комнаты Ислы и иду в гостиную. Свет приглушён, Белла сидит на диване с Kindle в руках, на столе перед ней — бокал белого вина и открытая бутылка пива. Из её колонки, стоящей где-то в комнате, тихо играет музыка.